Свободный ритм - Ольга Дервиш

стараниями, будем с Асей сосать… палец, вместо ужина. — Еще один вздох, Климов еле сдерживался. — Идите. Оставьте ее в покое.

Женщина, взгляд которой с бессмысленного сменился на презренный, сделала шаг в его сторону.

— Асия, моя дочь, не предназначена для тебя! Верни ее пока не поздно!

Макар наклонился, чтобы по ту сторону не услышали то, что он собирался сейчас сказать.

— Поздно. — тихо, низким тоном. — Я уже ее трахнул.

Женщина завизжала, вскинув руки, чуть не впиваясь ногтями парню в лицо. Руслан едва успел пресечь этот порыв, но судя по жжению на щеке, атака имела успех.

Черт. Психушка плачет по ней!

— Мама успокойся, — Руслан прижал женщину к своему боку. — А ты… открывай. Я знаю, Асия там. Давай решим всё миром, ты вернешься на работу, моя сестра в семью. Останемся при своих, никто не в обиде. Как ты не понимаешь, что все равно будет так, как надо!?

— Это мы посмотрим. — Мак отвернулся, вставляя ключ в скважину, отпирая дверь, за которой маячила беспокойная девушка. — Вот она, наша Ася. — Демонстративно чмокнул ее в губы, преодолевая ее явное сопротивление. — За тобой пришли, малыш. — Обернулся, наблюдая, как родственники топчутся в дверях. — Пойдешь? Или остаешься?

Пойти? Остаться?

Макар действительно сейчас это спросил?

Ася в шоке смотрела в голубые глаза, ища там ответ на прозвучавший вопрос. Он хочет, чтобы она ушла? Или осталась? Аллах, как это сложно вынести, весь этот бедлам, происходящий в их семье, все сомнения, которые рождает Макар!

Девушка непроизвольно сделала шаг назад, на что Климов кивнул и снова повернулся к незваным гостям.

— Она остается.

— Асия! — резко окликнула мама. — Ты посмотри на себя, как ты опустилась! Ты сбежала из дома, обманула нас, Мухаммеда — честного и доброго человека! Твои браться вынуждены краснеть за твое поведение! А обо мне… обо мне ты совсем не думаешь! Как, о Всемилостивый, я должна это пережить!? — по всему было видно, мама вжилась роль жертвы. Она умела играть, а роль пострадавшей ей удавалась особенно хорошо! — Ты, единственная моя дочь, единственная молодая женщина, невеста, благодаря которой семья может процветать, ты… так низко пала! Кто он и что с тобой сделал? Гипноз? Может, чем-то опоил? — женщина всмотрелась в Мака, подняв глаза.

— Что за бред опять, о Господи! — парень провел ладонью по лицу и шагнул в комнату.

— Не бред, не бред! Моя девочка не могла сделать этого по собственному желанию!

— Представьте себе, так всё и было…

— Мак! — Ася не могла позволить ему хамить матери. Ни к чему хорошему это не приведет, только разозлит ее еще больше.

— Асия, — подал голос брат. — Собирайся, ты едешь домой. Рафик не смог приехать за тобой, поэтому я привез маму, шутки кончились. Так или иначе здесь ты не останешься. Хватит и так позора на нашу фамилию!

Климов вздохнул.

— Ладно. Разбирайтесь тут. Приглашать на ужин не буду. Кстати! — Макар посмотрел на девушку. — Дорогая, ты приготовила ужин?

Ужин? Ася растерянно посмотрела на него.

— Я…

— Впрочем, ладно. Нас все равно позвали в гости, не парься.

— Я всё сделаю… — Аллах, она совершенно забыла про ужин! Да и рано еще для ужина, а обед… Для обеда, получается, уже поздно, наверное Макар голоден…

— Забей, — повторил Мак, наблюдая за ее беспокойством. — Я тут, если что. — Показал пальцем в сторону компьютерного стола и скрылся в комнате, закрыв за собой дверь. Ася осталась в прихожей наедине с ближайшими родственниками, хотя чувствовала себя как на допросе в Гестапо.

— Где твоя сумка? — спросил Руслан. — Мама поможет собраться если ты уже успела… расположиться.

— Я не поеду. — тихо, но твердо. — С вами — не поеду. Если я и поеду куда-то, то домой. К бабушке.

— Асия, твой жених не привык шутить. Рафик, ты знаешь, тоже.

— Это не шутки. Моя жизнь — не шутка! — выкрикнула Ася ему в лицо.

— Дочь, ты сейчас же пойдешь и соберешь вещи. Иначе поедешь без них! — мамино лицо исказило от ярости.. — Всё равно поедешь!

— Нет.

Девушка почувствовала резкую боль в запястье — мать схватила ее, впившись ногтями глубоко в кожу, и потащила в открытую дверь. Руслан легко подталкивал сзади. Из глаз потекли слезы.

— Макар! — это было так стыдно, звать его, но другого выхода она не видела. — Мак!

Дверь в комнату открылась, парень обеспокоенно осмотрел помещение. Остановил взгляд на мертвой хватке матери, приподнял брови. Руку освободили.

— Ася, если ты остаешься, иди в комнату. Дальше я сам.

— Я…

— В комнату иди.

— Ася едет с нами, — Руслан кажется едва ли до конца понимал происходящее. На его лице обычно гордом и спесивом отражалось смятение. Ася даже подумала, что брат боится высокого и накачанного парня после того разговора во дворе.

— Ася не едет с вами. — Макар пошире распахнул входную дверь. — На выход.

— Как ты смеешь? — зашипела женщина. — Ты! Нечестивый! Неверный! Хам и грубиян!

— Пофиг. Уходите. — Выражение его лица было каменным, но очевидно, что Климов еле сдерживался, чтобы не взорваться.

— Мы это так не оставим! — не унималась мама, пятясь к лифту. — Рафик придет за ней сам! И тогда тебе не поздоровится!

— Ок. Учту. Пока-пока! — Мак с хлопком закрыл за ними и развернулся к Асе. — Твоя родня меня достала. По всем фронтам! Их, блин, много, а я — один!

— Мне уйти? — шепотом поинтересовалась Ася.

— Да ёN;%ть, Ася! Ну иди, если хочешь! Иди! Я смотрю, ты прям рвешься от меня свалить, да? Я не держу! Иди!

— Я… не хочу доставлять тебе неприятности.

— А, ты об этом? — Макар прошел на кухню и схватил обычные сигареты из ящика стола. — Поздно. Ты уже доставила. Вот как увидел тебя — ты же ходячая неприятность, Ася! То дерзишь, то кидаешь, то вот это… Бл@, всё. Не хочу больше об этом. Ты здесь со мной. Так? Поэтому хватит.

— Рафик не оставит нас в покое.

— Думаешь? А что еще он может сделать? Выкрасть тебя, что ли? У вас это практикуется?

— Убить.

Макар округлил глаза, не веря. Потом усмехнулся:

— Ну и скажешь же ты…

— Это правда.

Асия не знала наверняка, но могла представить, что брат способен на такое. За честь семьи он мог сделать что угодно.

— Перестань. Сейчас не лихие девяностые! Ха, даже смешно!

— Я просто хочу предупредить…

— А, ну, спасибо, конечно! — веселился Мак. — Но в таком случае, тебе, и правда, было бы лучше уйти. Я жить хочу, — улыбаясь, Климов сделал еще одну затяжку и выкинул окурок в раковину. — Черт, мне всего двадцать восемь!!! Я не успел пожить!

— Хорошо. —