Не ошибись с выбором - Валентина Игоревна Колесникова

пристроилась сушилка для белья, рассчитанная килограммов на двадцать. Небольших размеров, но очень дорогая, если учесть то, что все в ней было сенсорное. Разве что крышку надо руками открывать.

Отлично! Можно высушить джинсы и майку, пока греемся в теплой воде! Это просто отлично!

Закинув белье, мы мгновенно сели в огромную ванну, которая тут же набралась теплой водой. Аня постепенно прибавляла жара, поворачивая кран в сторону горячей воды и нежно грелась, бултыхая ножками и что-то напевая себе под нос.

Внезапно зазвонил телефон. Я взяла с тумбочки аппарат и увидела надпись «Куратор»…

Волков… Странно, но любое напоминание об этом человеке меня заставляет вздрагивать. В голове вновь возникли воспоминания, связанные с поцелуем…

— Анечка, тише. Мне нужно ответить на вызов, не бултыхайся в воде хотя бы несколько минут, хорошо?

В отличие от телефона, дочка оказалась более сговорчивой, а вот аппарат отказывался реагировать на мое прикосновение. Экран просто не срабатывал, не признавая во мне свою хозяйку. И как бы я не ругалась, как бы ни шипела на него и не перезагружала — бесполезно. Сенсор просто не работает…

Внезапно пришло сообщение:

«Маша, мне нужно с тобой поговорить…» — первая строчка была видна в бегущей строке, но полностью открыть послание я тоже не могла. Как же это все обидно!

«Маша, перезвони мне. Ты ведь…»

«Позволь все тебе объяснить. Вика — это не то, что ты…»

Не то, что я — Что? Не то, что я подумала? А что я тогда должна была подумать? Стандартная фраза всех мужчин, которых поймали на измене…

Почему из-за этих чертовых сообщений трясутся руки? И вообще, мы же ничего друг другу не обещали. Мы с ним не пара, и оба свободные люди, а я реагирую так, словно Виктор является кем-то большим, чем просто соседом по квартире…

И ведь действительно… Я реагирую слишком бурно. Так нельзя.

Да как ответить на этот чертов вызов?

Телефон разрывался от множества звонков — Виктор не отступал. Ударив телефон несколько раз, я так и не добилась результата. К тому же сел заряд… Хорошо, что мамин номер помню наизусть.

— Мама! Бубубубуууу…

Аня ушла под воду до уровня губ и стала булькать, тут же заставляя расслабиться и принять все то, что происходит за неизбежность.

— Мама, я кушать хочу…

— Тогда пойдем на выход, — сейчас самое время расслабиться, оставить проблемы позади, хотя бы на пару часов и ни о чем сложном не думать. В дверь ванной комнаты негромко постучали, что-то сказали на испанском. Я ничего не поняла, но судя по звуку — за дверью оставили тележку — еле заметный скрип колес дал о себе знать. Странно, я думала, что в подобных домах все должно быть до ужаса идеально, но такие вот не состыковки мне очень нравятся — это наполняет пространство жизнью.

Рядом с ванной на витых крючках висели банные халаты. Самое интересное, что детский экземпляр там тоже был… Это точно не совпадение… Получается, что Преображенский все спланировал? Хотя, он ведь просто мог сообщить о приезде и слуги все заранее подготовили… Думаю, что — да. Это логично и не тянет на манию преследования.

Обернувшись в короткий халатик, я слегка приоткрыла дверь, убедилась в том, что перед ней действительно стоит тележка с аккуратно сложенными вещами и вкатила ее внутрь помещения.

К сожалению, мои и Анины вещи ее не высохли до конца… Интересно, что тут есть… Ого! Ну, нет… Нееет… Такого просто не бывает…

Ультракороткое платье… Это же маечка, да?

— Мама, а это что принеси?

— Это «Принеси», но я не одену!

— А посему?

— Потому что, моя милая. Это платье очень короткое, а милые леди ходят в несколько других нарядах. Поэтому мама сейчас кому-то… В общем… Кто-то сейчас огребет по полной…

Платье с виду безумно дорогое, яркого красного цвета, который я терпеть не могу — он вызывающий, и его нужно уметь носить. Я не умею, и буду чувствовать себя не комфортно. Хм, получается, что Преображенский видит меня именно такой? Может, тут где-то есть лосины или это такая туника? Еще раз оценив фасон, я окончательно убедилась в том, что в моих руках действительно было платье. Просто оно оказалось очень коротким.

— Аня, не вертись, пожалуйста, сейчас я тебя одену!

Одев дочку, я с интересом рассматривала приготовленное детское платье — длинное, с пышной юбочкой небесно-голубого цвета. Сзади нужно было завязать широкие ленты, которые просто идеально складывались в огромный бант. Ну вот, я себе тоже такое хочу… А не это… Красное…

Высушив себе и дочке волосы феном, я слегка накрасила глаза, привела себя в порядок и вновь бросила взгляд на красное платье. Решив примерить это чудо дизайнерского искусства, я замерла прямо напротив огромного зеркала…

— А у меня неплохая фигура, кстати… — Боже, оно действительно чудесно. Несмотря на длину, платье сидело идеально. Фасон простой, но в тоже время этот наряд не выглядел пошло и развратно… Как же так? Но цвет… Нет, я не могу — этот красный не для меня.

— Мамочка, ты класивая!

— Спасибо, родная! Скажи это еще раз, пожалуйста!

— Класивая!

— Ты имеешь ввиду — крррасивая?

— Да! Кл…кл…красивая!

— Правильно! Ты у меня такая умничка! Я безумно тебя люблю, мое солнышко! Ты у меня тоже очень-очень красивая! Словно принцесса!

Малютка тут же заулыбалась, открыла дверь, но вместо того, чтобы выбежать — заехала этой самой дверью Преображенскому по носу…

— Подсматривали? — Я медленно вышла, как следует рассматривая дверь на наличие маленьких отверстий, — чего молчите?

— Я хотел позвать вас вниз, к ужину… Маша… Тебе очень идет это платье…

— Спасибо, но… Можно, я лучше одену что-то более простое? Мне в этом не комфортно… Даже ваша рубашка подойдет, если есть… А джинсы почти высохли.

— Моя рубашка? — Александр замер, нервно сглотнул, но кивнул в ответ, пообещав, что будет мне его рубашка через пару минут…

Да уж… Со стороны все это выглядит не так невинно…

Буквально через пару минут в моих руках оказалась темно-синяя рубашка, которая из-за размера висела на мне парусом и скрывала колени. Все же Преображенский достаточно высокий и мускулистый… И сейчас это бросается в глаза.

Саша сидел в мягком кресле, наблюдал за тем, как яркое солнце постепенно касается линии горизонта. Окна этой огромной комнаты выходили на море и сейчас, устроившись в соседнем кресле, я так же наблюдала за потрясающей красотой алого заката. Рядом с нами был накрыт стол и дети во всю наполняли желудки, что-то тихо обсуждая друг с