Кал-центр - Гектор Шульц

оживал, как только они расходились. Общие настроения пронеслись мимо него, как и обычно.

– Так и сказал, что открыта вакансия старшего менеджера, – пробубнил Алекс, пытаясь прожевать картошку. – Зарплата выше, чем у нас. График нормальный.

– Ну и чего ты еще тут? – ехидно спросил Лео. Ему Антон не звонил, но я был уверен, что и не позвонит, боясь, что я узнаю, найду его и дам пизды.

– Меня все устраивает, – улыбнулся Алекс, роняя картошку. – Блин.

– Правило пяти секунд еще действует, – воскликнул я и покачал головой, когда Алекс замешкался. – Поезд уплыл, паренек. Теперь на твоей картошке ебутся бактерии и плодят новый вирус.

– Дурак ты, Петровский, – буркнул Алекс. – А тебе Козленко не звонил?

– Не-а. И не будет звонить, – мотнул я головой.

– С чего ты решил? – нахмурился Лео.

– Боится, что я залезу выше него, – улыбнулся я и, убрав пустой контейнер в пакет, встал из-за стола. – Ладно, пошли работать, Нова.

– Почему это я Нова? – не понял Лео. Только Алекс захихикал, пытаясь удержать картошку во рту.

– Нова, как Казанова, – пояснил я. Лео побагровел, заставив Алекса заржать. Но гнев быстро ушел, как только Алекс, подавившись, закашлялся.

– Поделом тебе, – буркнул Лео и, погрозив ему пальцем, пошел за мной.

*****

Перед новогодними каникулами наш офис посетил Губарев, заместитель генерального директора. Приехал он неожиданно и никого не предупреждая, чем всполошил Головко и девушек из отдела входящих. Отдел продаж на него не обратил внимания, разбирая звонки, которые валились на линию в безумных количествах. Губарев удивленно осмотрел пустой стол, за которым должен был сидеть Шульман, о чем-то пошептался с Юлей и, побагровев, пулей вылетел из кабинета. Спустя двадцать минут дверь открылась и к своему рабочему месту, пресмыкаясь, пополз Ефим, вид имея бледный и униженный. Я задумчиво посмотрел на Амилю и улыбнулся, увидев на её лице злое торжество. То, что Ефим получил пизды, поняли все, кроме Лося. Но его мнением по этому вопросу никто не поинтересовался.

На выволочке Губарев не успокоился и устроил день расспросов, когда бледная Головко самолично таскала к нему в переговорную избранных менеджеров. Как только кто-нибудь из них уходил, на Шульмана было больно смотреть. Такого затравленного взгляда я даже у бродячих собак не встречал. Меня Губарев выдернул одним из последних и, когда я зашел в переговорку, кивнул и указал рукой на стул.

– Привет, Денис. Чай?

– Здравствуйте, Игорь Владимирович. Нет, спасибо.

– Просто Игорь, – отмахнулся тот и, откинувшись на спинку, задумчиво протянул. – Ты же с первого потока, так?

– Да, – кивнул я. – Как и Таня Мельникова.

– Отлично. Значит, ты застал Ефима дольше, чем остальные. Что скажешь о нем?

– А что говорят остальные? – поначалу Губарев нахмурился, а потом рассмеялся и погрозил мне пальцем.

– Не волнуйся. Все строго анонимно. Мне несколько жалоб на него в админку прилетели, – посерьезнел он. – Оскорбление, пьянство, прогулы.

– Просто он тяжело воспринял уход Антона. Ефим возлагал на него большие надежды, – ответил я.

– И поэтому начал издеваться над теми, кто увольняется, провоцируя панику в отделе? – поднял бровь Губарев. Я улыбнулся ему, но промолчал. Он открыл блокнот и бегло его пролистал. – Знаешь, где я нашел сегодня Шульмана?

– Здесь.

– Да. Хлестал коньяк и валялся на диване, – кивнул Губарев. – Во время рабочего дня, когда на линии завал. Таня сказала, что у вас был конфликт.

– «Понятно. Мельникова решила отыграться и нажаловалась большому боссу», – подумал я, но озвучил другое. – Мелочь. Просто рабочие споры.

– Почему ты его защищаешь? – улыбнувшись, неожиданно спросил Губарев. – Ты же видишь, что пользы от него ноль.

– Не знаю, что вам еще сказала Мельникова, – я еле сдержал улыбку, увидев, как он дернулся, – но сложные моменты у каждого бывают. Я понимаю Ефима. Уход Антона стал для него неожиданностью. Да, он отреагировал резко, но для отдела продаж он тоже сделал очень много.

– Понимаю тебя, – вздохнул Губарев. – Однако я обязан отреагировать. Приказ главного.

– «Тогда Ефиму пиздец», – подумал я и промолчал, понимая, что любые слова будут лишними.

Ушел Шульман тихо и почти незаметно. Ангелочек Настя сообщила по секрету, что ему разрешили написать заявление по собственному и выплатили компенсацию. Я не застал его ухода, но после того, как вышел на работу, сразу же получил звонок от Головко, которая попросила, чтобы я зашел в её кабинет, что я, не мешкая, и сделал.

– Денис, Ефим покинул нашу компанию, – процедила она, буравя меня черными глазками. Лицо опухшее, взгляд усталый. Неплохо видать Губарев её пропесочил напоследок. – Впрочем, тебе и так это известно. Скажи, есть возможность узнать, кто отправил Губареву жалобы?

– Сомневаюсь, Юль, – почесал я шею. – Если только Андрей логи не ведет или в Москву писать, на крайний случай.

– Ладно. Но ты все-таки поспрашивай, как бы невзначай.

– «Понятно, сердечко от страха прихватило», – мысленно улыбнулся я и кивнул. – Хорошо, поспрашиваю.

– Так. Тане я уже сказала, сейчас озвучу тебе. Нового руководителя брать не будем. Вы вдвоем займете место Шульмана. Да, и получите записи в трудовую, само собой.

– Зарплата, надеюсь, тоже изменится? – поинтересовался я. Головко перекосило, будто она кислого молока хлебнула.

– Пока остается прежней, но на совещании с Москвой, я подниму этот вопрос. Не только о деньгах надо думать, Петровский. У «ВебЛайна» сейчас сложные времена и я прошу о помощи.

– Я не давал повода сомневаться в своей лояльности, – мотнул я головой.

– Да, верно. Напомнить, однако, не помешает. Сейчас подготовлю приказ и напишу сообщение, – в глазах равнодушие и презрение. Все, как и всегда. Я понимал причины, по каким нас с Мельниковой сделали руководителями отдела продаж. Показать менеджерам, что компания не забывает о тех, кто лоялен, и дать недовольным немного остыть. Назначь Головко одного из ведущих и половине менеджеров это бы не понравилось. А так два зайца убиты одной лопатой и можно сосредоточиться на насущном, не сомневаясь, что новые руководители жопу порвут, но восстановят порядок. С этими мыслями я и отправился на долгожданный перекур.

– Привет.

– Привет, солнце, – улыбнулся я, когда на улице встретил Леру Акимову, возвращавшуюся из столовой с пакетом пирожков. Она оглянулась по сторонам и быстро приобняла меня, после чего так же резко отстранилась. – Это что сейчас было? Попытка проявить близость, но не дать остальным понять, что у нас любовь?

– Нет, – рассмеялась она. – Просто решила поздравить.

– А, стало быть все уже знают, – кивнул я. – Спасибо.

– Ты не очень-то рад, – нахмурилась она.

– Все остается прежним. Это просто строчка в трудовой, – вздохнул я и махнул рукой. – Не парься. Меня обуяла черная меланхолия, вот и ворчу, как старый дед.

– Я так