Оболтус - Ядвига Благосклонная

— Только не говори, что ты ничего не помнишь.

— Помню, — честно отвечаю, хотя соврать очень сильно хочеться. — Мы не должны были… И ты не должен был, — несвязно лепечу.

Господи, просто пристрелите меня!

— Почему это не должны?

_ Я была пьяна. Ты воспользовался моим состоянием! — выпаливаю первое, что приходит в голову.

Со мной никогда такого не случалось. Я растеряна, зла, а ещё мне жутко неловко, черт побери!

— Я воспользовался тобой? — изумляется, после чего вскакивает с кровати. — Ну, знаешь ли! Мне, вообще-то, ничего не обломилось. Это ещё кто кем воспользовался, — обиженно сопит, быстро надевает спортивные штаны и вылетает из комнаты.

Черт!

Ладно. Признаю, я не права. Какой бы мужчина отказался? Тем более, когда женщина сама неоднозначно намекает (ага, или конкретно требует) секса. Саша просто взял то, что ему преподнесли на блюдечке. Точнее, не взял. Удовольствие-то получила только я.

Встав с кровати, натягиваю белье, пижаму, а затем сверху еще и халат. Машинально заправляю постель, между тем пытаясь разгрести бардак в своей голове.

И прихожу к выводу, что…

Какого черта? Я же взрослая девушка, в конце концов! Это абсолютно нормально. Я недавно рассталась с парнем, мне хотелось мужского внимания и я его получила. Забыли, перелистнули эту страницу и двигаемся дальше.

Именно. Точно. Так и сделаю.

Поэтому, когда Саша возвращается, первым делом заявляю:

— Давай все забудем. Прости, что обвинила тебя. Ты не виноват. Я сама хотела…. Мы взрослые, свободные люди

— О, серьёзно? — едко выплевывает. — Как у тебя все легко! Забудем и дело с концом! Отлично придумала!

Саша в ярости. Его грудь тяжело опускается и подымается, а челюсти сжаты с такой силой, что, кажется, сейчас зубы начнут крошиться.

Пячусь назад, пока он наступает и сама не замечаю, как упираюсь копчиком в подоконник. Тупик.

— Скажи мне, солнышко, а с чего это ради я должен все забыть? Я-то не получил того, чего хотел. Не то чтобы мне не понравилось ласкать тебя, — похабно улыбается, — но этого определенно мало, чтобы я остался доволен.

Что? Да он…

Вот гад!

— Снова хочешь минет?

— А ты предлагаешь? — вскидывает соблазнительно бровь. — Желание женщины для меня — закон.

— И тогда ты все забудешь?

Я всерьез рассматриваю такой, скажем так, «бартер». Это поможет избежать многих неловкостей, а ещё я перестану чувствовать себя такой сукой.

— Нет, — чётко отрезает.

— Я не понимаю…

— А что тут понимать, Лера? Ты мне нравишься, если ещё не поняла, — как само собой разумеющееся, произносит. — Я намекал и даже говорил тебе об этом прямым текстом. Мы можем попробовать…

— Попробовать «что»? — озадачено на него кошусь.

— Как это называют нормальные люди — отношения.

— Какие отношения, Зайцев?

Да он вообще в своём уме? Или я все еще сплю? Не может же этот абсурд происходить на самом деле?!

— Как у людей, — пожимает плечами. — Не вижу в этом проблемы. Ты мне нравишься, я нравлюсь тебе…

— С чего ты взял? — складываю руки на груди в защитном жесте.

Нельзя позволить его словам добраться до меня. Уж мне ли не знать, как мужчины горазды ездить по ушам.

— Я почувствовал это своим языком, — рывком притягивает меня к себе.

Боже, ему нужно отрезать этот язык! Хотя нет! Я не могу лишать женщин такой радости. Этот парень может хоть немного фильтровать свою речь?!

— Саша, — кладу руки ему на грудь, — это все не имеет смысла. Мы с тобой разные люди.

— Не согласен. У нас много общего. Нам весело с друг другом и мы хотим друг друга.

Этот парень невыносим!

— Этого недостаточно для отношений!

Он кривится, словно мои слова самая большая чушь, которую ему доводилось только слышать. Однако это правда. Я работаю на его отца. Он «золотой» мальчик. Это вам не история «золушки». Это… Это глупо!

— А что тебе нужно? Признания? Цветы? Ухаживания? Млять, я без понятия, как все это делается! — рыкает. — Я просто знаю, что ни с кем и никогда не был настолько… Целостным. Настолько собой. Ни для кого мне не хотелось стать лучше, но… — он кладет свою руку мне на щуку, нежно поглаживая большим пальцем губы, — но для тебя — хочу.

Саша подаётся вперёд и накрывает мои губы своими. Я не нахожу в себе сил противостоять его напору, и поддаюсь этому сладкому искушению. Нежно он проводит языком по губам, чем вызывает мой тихий всхлип. Вжимает меня в себя, а поцелуй набирает обороты в мгновение секунды.

— Стой! — отталкиваю его. — Не нужно, — срывающимся голосом прошу.

— Лера…

— Саша, — с трудом сдерживая слезы, выдыхаю, — я не могу. Я только рассталась с парнем.

— Тогда, какого хрена ты гуляешь с Сэмом? — рявкает. — Или это правило распространяется только на меня?

— Я не планировала. Это было ошибкой, — почему-то оправдываюсь.

— Знаешь, для меня все предельно ясно. И я знаю, чего хочу. А чего хочешь ты?

— Я не могу. Прошло слишком мало времени. Это неправильно…

— Для кого, черт побери, неправильно?

Я не отвечаю. Он все равно не поймёт.

Горько усмехнувшись, Зайцев бросает:

— У тебя есть какое-то гребаное руководство по жизни, где прописаны пункты всего «неправильного»? Где написано, что после расставания ты должна держать обет воздержания? — Саша надевает свитшот, кроссовки хватает со стола ключи от машины и решительно отрезает, — когда я вернусь обратно, то хочу услышать более весомые аргументы. Ты меня не убедила. Я слишком сильно тебя хочу,