Под маской дьявола - Юлианна

выпить. Но в следующий раз, поверь, я не посмотрю на это. Накажу. Спишу первый раз на твое незнание и толику любопытства.

— Отпусти я сама, — язык Полли заплетался, а его смех злил ее.

От того, что резко отпустило, ноги не хотели идти, а руки слушаться. Поэтому он быстро поднял ее и понес наверх.

— А как же гости? — спросила она, когда он положил ее на кровать.

— Подождут.

— А мама?

— Все-таки тебе стыдно? — смеется он и она краснеет. — Я скажу, что тебе стало нехорошо, и ты решила прилечь. Не волнуйся, тебя никто не побеспокоит. Я через час приду и проверю как ты.

— Не приходи. Со мной все в порядке.

— Я сам решу, — он присел рядом и, обхватив щеку, нежно прикоснулся к ней. — Не зли меня больше Полли. И не надевай таких откровенных платьев, если не хочешь чтобы люди пострадали по твоей вине, как Бруно.

— Где он?

— Неважно. Важно чтобы ты не делала глупостей.

— Иди к черту!

— Мы уже в аду.

Его смех преследует ее даже когда она уходит, мягко прикрыв за собой дверь, и она откидывается на подушках.

Полли скинула платье, приняла душ, и стала ждать его прихода, вспоминая, что он обещал ей сюрприз. Сомневаясь в том, что это будет что-то хорошее, она морально настраивалась.

Энрико спустившись в зал, объяснил матери, что Полли стало плохо, и попросил пока не подниматься к ней. Она посетовала на его плохое обращение и ушла. А он уже искал глазами Леонору, чтобы провести с ней беседу.

Она разговаривала с Марио, и он легким движением головы привлек ее внимание. В кабинете он прождал недолго, она влетела в него с улыбкой, обнимая со спины и думая, что он позвал ее для секса.

— Соскучился?

— Леонора, когда ты вдруг стала игнорировать мои просьбы? — спросил он резким и сухим тоном.

— Ты о чем?

— Я попросил тебя не рассказывать Полли о нашей связи.

— Я и не говорила, — она пыталась врать, а этого Энрико ненавидел больше всего, поэтому тут же схватил за шею и впился в лицо.

— Не смей мне врать! Думаешь, она сама догадалась? Или за идиота, меня держишь?

— Энрико?! — прошипела она и он, разжав руки, отбросил ее от себя.

— Ни слова! Не смей оправдываться!

— Почему ты не видишь, как я люблю тебя? — вскрикнула она, понимая, что теряет его. — Она тебя не любит, у нее есть Мэтью, с которым она спала! А ты вцепился в нее как репей и не видишь, что она вытирает об тебя ноги!

— Леонора, замолчи! — прошипел он, теряя самообладание. — Иначе я тебя придушу!

— Придуши! Придуши! Это лучше, чем видеть как очередная идиотка, не стоящая тебя, позорит твою семью и не ценит, тогда, как я была с тобой все это время и любила!

— Потому что я люблю ее! Я! И мне плевать на другого, скоро он будет мертв. Я убью его.

— Ты нашел его? — спросила она, а он просто отвернулся, считая разговор исчерпанным.

— Уходи, Леонора, и больше не появляйся в этом доме, слышишь? Я не хочу тебя видеть, никогда!

— Гонишь? — ее слезы не действуют на него, он просто игнорирует ее присутствие. — Лучше убей, чем так…

— Уходи Леонора.

Он хватает ее за локоть и выталкивает из кабинета, давая Марио знак, чтобы проводил ее, а после возвращается в зал и делает вид, что ничего не произошло.

49

Как только мероприятие подошло к концу, Энрико ушел в кабинет. Марио появился, когда он ему пытался дозвониться.

— В пять утра они будут здесь. Будут какие-то указания?

— Да, будь добр, подготовь парня к встречи с нами, — улыбается он и тот кивает, понимая, о чем он просит.

— Будет сделано.

Он устало потирает виски и поднимается в комнату, но на верхней ступеньке сталкивается с матерью.

— Сынок, почему я не могу найти Леонору?

— Я выгнал ее.

— Почему?

— Потому что она пыталась настроить Полли против меня. Именно поэтому та напилась.

— Что? Но почему?

— Мама, я тебя прошу, не надо верить всему, что тебе говорит Леонора! Полли узнала, что я был женат, и приревновала, — Энрико пытался придумать более или менее правдоподобную ложь, что в принципе и не было ложью.

Единственное, он пока не до конца понимал мотивы поступков Полли. Ей было любопытно, это точно, и может она и вправду ревновала, самую малость, просто не хотела этого показывать. Никому не хочется чувствовать себя на вторых ролях.

Он поцеловал ее в щеки и, попрощавшись, пошел в комнату. Тихонько приоткрыв дверь, он увидел спящую Полли. Свернувшись клубочком, она спала. И он осторожно прилег рядом, убирая с лица упавшие пряди волос.

Нежная, чистая, и такая красивая, он просто не мог поверить, что через пару дней она станет его законной женой, и он сможет сжимать ее в своих руках. Предвкушая брачную ночь, он верил, что сможет быть нежным с ней, хотя по сути таковым не являлся. С Леонорой он мог не контролировать себя и подчас их сексуальные игры перерастали в жестокость, но она никогда не возмущалась, отдаваясь ему со всей страстностью на которую была способна.

Он верил, что со временем Полли примет его жестокую сторону, когда полюбит.

Она заворочалась, и ее шелковый халат распахнулся, открывая его взору молочную кожу и грудь, с ярко-розовой бусинкой. В паху моментально прострелило от этого, и он осторожно коснулся соска, лаская подушечкой пальца. Когда она издала легкий стон, он придвинулся ближе, радуясь тому, что в темноте не видно лица, и она не испугается, если проснется, поэтому продолжил, запуская вторую руку в вырез халата.

Когда он распахнул его и склонился над ней, с его губ сорвался стон, и он припал к ним, обхватывая соски поочередно. Его тянуло снять с нее халат. Но он понимал, что она в любой момент может проснуться, и предъявить ему за это. Энрико опустил руку на ее бедро и осторожно провел по нему, собирая стоны и мурашки, а после, нырнув дальше, почувствовал, как трусики намокли от его прикосновений, заставляя улыбнуться.

Он покрывал ее шею короткими поцелуями, добираясь до губ и чувствуя, как она прижимается к нему, отвечая на поцелуй. Его язык нырнул в ее ротик и тут же получил ответную реакцию от нее. Он испуганно дернулся, когда она обхватила голову и, зарывшись в его волосах, громко застонала.

— Мэтью…

Секунда, и он нависает над ней, как маньяк-убийца, обхватив за шею и жестко впиваясь в губы.

— Энрико!

Она от испуга открывает