Мой грозный фитнес-босс - Анна Измайлова

коробки с моей табличкой и приписала: «Наше сопротивление режиму».

Я хихикнула, запивая пончик чаем. Да, детское. Да, мелко. Но чёрт, приятно. Особенно когда в животе война гормонов, а в голове Кирилл с его «дешевым топливом» и «ещё десять».

На всякий случай я поставила коробку так, чтобы из коридора её было не видно. Хоть какая-то маскировка.

Разумеется, это не помогло.

Минут через двадцать дверь в бухгалтерию открылась с тем самым особенным звуком, от которого у людей в зале выпрямляется спина: спокойный, уверенный шаг. Я даже не подняла голову сразу, делала вид, что погружена в отчёт. Но по тому, как резко стихли шепоты и как Таня под столом шевельнулась (да, она теперь живёт там, полный пансион), — стало ясно: пришёл он.

— Доброе утро, — сказал Кирилл, и воздух в кабинете стал плотнее.

Я подняла глаза. Он стоял у дверей, в тёмной футболке и спортивных штанах, волосы ещё слегка влажные после душа. Взгляд сначала прошёлся по столам — ноутбуки, папки, кружки, лица «мы очень заняты». И, конечно, наткнулся на яркий белый лист «Сладкое — моя зависимость» и коробку, из которой торчали цветные глазированные пончики.

Пауза повисла густая, как сгущёнка.

— Инсталляция, — спокойно сказала я, пока никто не рухнул от инфаркта. — Современное искусство.

Он перевёл взгляд на меня. Даже не злой. Скорее… устрашающе спокойный. А вот это уже опасно.

— Блинова, — произнес он. — Вы серьёзно?

— Абсолютно, — кивнула. — Нам нужен баланс. Вы за пресс, я за глюкозу. Симбиоз.

Сзади кто-то тихо хрюкнул от смеха и тут же закашлялся, маскируя. Я услышала, как Артём в коридоре притормозил... да, у него всегда вовремя возникают дела рядом, где обещает разразиться шоу.

Кирилл сделал несколько шагов внутрь, подошёл к подоконнику. Заглянул внутрь коробки так, будто проводит операционный осмотр.

— Пончики, — констатировал.

— Да, — любезно подтвердила. — Видите, вы тоже отличаетесь аналитическим мышлением. Мы с вами команда.

Он закрыл коробку. Взял лист с надписью «Сладкое — моя зависимость», прочитал, снова посмотрел на меня.

— Сладкое не зависимость, — спокойно сказал. — Сладкое - это костыль.

— Костыль ведь тоже поддержка, — парировала я.

Он на секунду задержал взгляд. Я почувствовала, как у меня в груди от его спокойствия растёт раздражение. Мне хотелось, чтобы он взорвался, накричал, запретил. Так проще знать, что ты «против злодея». А он стоял и очень спокойно разбирал мой маленький протест по частям.

Залез рукой в карман, достал телефон. Открыл чат «Pulse Staff» — тот самый общий, где мы обсуждаем рабочие моменты, графики, новые услуги. Набирает что-то. Телефон у меня на столе вибрирует.

Я глянула на экран и прочитала сообщение в общем чате:

Кирилл управляющий: «Команда, напоминаю: сахар в чёрном списке на рабочих местах. Никаких пончиков, конфет и прочего рядом с клиентскими зонами и в офисах. Причины: здоровье + профессиональный вид. Хотите сладкое — пожалуйста, в кафе/дома.

Три смайлика от разных тренеров. Один от Риты с плачущим котом.

Я почувствовала, как поднимается волна негодования. Да, правила, да, бренд… Но у меня сегодня реально внутри маленькая личная война: живот ноет, поясница тянет, настроение скачет.

И единственное, на что у меня хватает ресурсов — это не заплакать от одного вида отчёта по НДС. И он ещё лезет в мои пончики.

— Вы могли бы, — медленно произнесла я, — просто подойти ко мне и поговорить. Зачем устраивать показательную казнь в чате?

Он облокотился ладонью о край подоконника. Спокойный. Сдержанный. Тот самый «тиран с аргументами».

— Соня, — сказал он, — это не казнь. Это правила, которые действуют для всех. В том числе для управляющего. Я тоже не хожу с бургером по залу, хотя иногда хочу.

— Бургер — это вкусно, — пробормотала я. — Но речь сейчас не о вас.

Он перевёл взгляд на мою табличку. Я уже сама понимала, как это выглядит: компенсаторная истерика в виде глазури. Но отступать было поздно.

— Снимите, пожалуйста, это, — кивнул он на лист. — И уберите пончики.

— Нет, — сказала я. И сама удивилась, как ровно. — У меня… обстоятельства.

— Какие такие обстоятельства? — он слегка сузил глаза.

Вот тут меня и повело. Я почувствовала, как в горле встаёт комок, а глаза начинают подступать влагой. Ну нет. Не хватало еще рыдать на работе из-за гормонов, пончиков и красивого босса, который слишком правильно живёт.

Я встала, чтобы не говорить это сидя. Вдохнула. Выплюнула, как пулю:

— У меня ПМС, — сказала чётко. — И я не могу игнорировать желание организма хоть как-то подсластить эти неприятные дни. Я держусь, как могу. Я работаю. Я прихожу к вам на тренировки в семь утра, хотя мечтаю вас придушить ковриком. И если в такие дни мне хочется пончика, я его ем. Это тот минимум, благодаря которому я не превращаюсь в монстра и не швыряю вам в голову отчёт по амортизации.

Тишина повисла такая, что можно было слышать, как бухгалтерский принтер где-то в углу печатает очередной лист.

У Тани из-под стола выкатился степлер. Юля замерла над клавиатурой, как статуя. Даже в коридоре на секунду перестали идти.

Я стояла, дышала, чувствуя, как щеки горят огнём, но назад пути уже не было.

Кирилл смотрел на меня.

Он открыл рот, чтобы что-то ответить…

И в этот момент его телефон завибрировал ещё раз. На экране высветилось: «Маркетинг: срочно по сторис с тренировки». Он бросил короткий взгляд, сжал челюсть.

— Соня, — сказал он, — ко мне в кабинет. Сейчас. Обсудим… обстоятельства.

Развернулся и вышел.

Коробка с пончиками стояла на подоконнике как неприкосновенный запас. Коллеги уставились на меня с выражением «ну ты, конечно, дала».

— Если я не вернусь, — вздохнула я, — помяните меня сахаром.

Взяла свою кружку, телефон и пошла за ним по коридору, чувствуя, как внутри всё сжалось: от стыда, злости, гормонов и того, что мне придётся объяснять мужчине, который знает всё о мышцах и нагрузках, как работает женский организм.

Кабинет управляющего был открыт. Он ждал. И я понятия не имела — он сейчас меня разнесёт, уволит, пожалеет, поймёт… или всё сразу.

Глава 6

Кирилл

Кабинет моя территория. Здесь всё подчинено прямым линиям: стол, стеллаж, стеклянная стена на зал, монитор с графиками посещаемости. Здесь нет места неожиданностям. Во всяком случае,