Двадцать и один год - Ульяна Соболева

что происходит это какой-то сюр. Я никогда не попадала в аварии и сейчас я ехала очень осторожно. Вина была не моя в любом случае. Но Иван и не предъявлял никаких претензий. Кафе оказалось очень уютным, похожим на охотничий домик или старинный кабак. Кирпичные стены, камин, фонари в железных плафонах. Весь интерьер в стиле «лофт».

Иван заботливо помог мне снять верхнюю одежду и пригласил за столик у окна, откуда открывался вид на мягко падающие снежинки и узкие улочки уже покрытые тонким белым покрывалом.

— Снег продолжает идти, — заметил он, указывая на окно. — если температура упадет, то он до завтра не растает. Вообще я довольно чувствителен к холоду. А вы?

— Я не люблю мерзнуть, — сказала я, — но здесь, внутри, так тепло и приятно. Иван улыбнулся в ответ и помахал официанту.

— Два кофе, пожалуйста. И что-нибудь сладкое, чтобы улучшить настроение моей спутницы. Вы какой кофе будете?

— Мне «Латте» без сахара.

— А мне двойной эспрессо. Я почувствовала, как румянец заливает мои щеки, но я была благодарна за этот неожиданный перерыв и расслабляющую атмосферу. Ивану кто-то позвонил и он, извинившись, отошел к окну. На вид ему лет сорок пять или чуть больше. В волосах тонкие седые нити, фигура статная, крепкая. Одет элегантно, с шиком, на запястье часы, на пальцах перстни. Он был довольно приятной внешности. Эдакий бизнесмен с обложки журнала «форбс». Со мной такие обычно не знакомятся. Я не модель и мои параметры далеки от 90-60-90, как и возраст далек от двадцати.

— Простите, дела.

Я понимающе кивнула и улыбнулась.

— У вас прекрасная улыбка, Лена. Почаще улыбайтесь.

Кофейная чашка была теплой в моих руках, и я грела замерзшие кончики пальцев в то время как Иван, с интересом склонившись вперед, задавал мне вопросы.

— Так кем вы работаете? — его взгляд был прикован к моему лицу, словно он искал за моими словами скрытую главу из ненаписанной книги. С одной стороны мужской интерес приятен, а с другой напрягает. Я к нему не привыкла.

— Я писательница, — начала я, чувствуя, как накатывает желание быть осторожней, но в то же время хочется охладить его пыл. — И у меня трое детей.

— Замужем? — его голос был мягким, но я заметила легкую нотку надежды в его интонации.

— Нет, я вдова, — слова вырвались из меня прежде, чем я успела их остановить, и я почувствовала, как моя улыбка становится немного грустнее помимо воли. Дважды вдова. Думаю, про себя и улыбаться больше не хочется совсем.

Иван кивнул с пониманием, и в его глазах я увидела отражение искреннего сочувствия. Его лицо отражало все эмоции, было подвижным, харизматичным.

— Простите, я не хотел лезть в личное, — он сделал паузу, выбирая слова. — Я сам не женат и у меня нет детей. Но я не теряю надежды, что все самое важное еще впереди. Его оптимизм был заразительным, и я почувствовала, как мое настроение поднимается.

— Это хорошее отношение к жизни, правильное, — сказала я, и на мгновение наши взгляды встретились. В его глазах читалась легкость и интерес. Я ему нравлюсь. Женщины чувствуют это безошибочно. Кожей. Иван продолжал, его тон оставался легким и непринужденным.

— Как писательнице вам должно быть интересно наблюдать за людьми, их историями. Каждый человек — это своего рода сюжет для книги, верно?

— Да, каждый из нас носит в себе целый мир историй, — улыбнулась я, подыгрывая его легкому тону. — И иногда эти истории находят отражение в моих книгах.

— Значит, я должен быть осторожен с тем, что говорю, — он подмигнул мне. — Иначе я могу оказаться персонажем вашего следующего бестселлера. Я засмеялась, и его смех присоединился к моему.

— Не волнуйтесь, я всегда меняю имена, — шутливо заверила я его. — В любом случае вы не были бы злодеем?

— Думаете?

— Могу предположить из исходных данных. Время в кафе пролетело незаметно, и я почувствовала, как легкость общения с Иваном заставила меня забыть о причине по которой мы оказались в этом кафе. Он был незнакомцем, который, казалось, владел искусством отвлечь и поднять настроение, и я была ему за это благодарна.

Когда мы вернулись к месту столкновения, на моем лице застыла улыбка облегчения — моя машина стояла там, уже готовая к дальнейшей езде. Механик, который занимался моей машиной, вручил мне ключи с уверенностью человека, который знает свое дело. — Оказывается, это была всего лишь мелкая проблема с аккумулятором, — сказал Иван, подходя ко мне. — Теперь все в порядке." — Я не знаю, как вас благодарить, — начала я, чувствуя, как мне неловко и как завести разговор об оплате за ремонт.

— Вы спасли мой день, Иван. У меня сегодня куча дел и без машины я бы не справилась. Сколько я должна за ремонт.

— Я похож на человека, который выставляет счет красивой женщине?

Мои щеки вспыхнули. Комплимент был приятен, но хотелось побыстрее улизнуть.

— Нет…не похожи. Спасибо вам, вы мне очень помогли. — Для этого и существуют новые знакомства, это была судьба — сказал он с легкой улыбкой. — Надеюсь, это не последний раз, когда мы видимся, Лена. — Все в жизни бывает, — ответила я, прежде чем сесть в машину. Когда я уезжала, он стоял там, глядя мне вслед, и я почувствовала облегчение. Человек очень не любит чувствовать себя кому бы то ни было обязанным. Даже если и испытывает благодарность. В этот момент мы чувствуем себя жалкими и беспомощными и очень хотим побыстрее избавиться от дискомфорта. Дома, после утомительного дня, я рухнула на диван. События дня кружились в моей голове как снежинки сегодня на улице. Но теперь, находясь в безопасности своего дома, я могла вздохнуть с облегчением. Только я устроилась поудобнее, на телефоне загорелось уведомление. Это было сообщение от Дикого.

— Как прошел твой день? Надеюсь, без приключений?

А вот этих сообщений я ждала. Резко приподнялась, чувствуя как разрумянились мои щеки. Как он угадал? Словно чувствует меня.

Лена: было немного волнений. Начала я печатать в ответ,

Лена: но теперь все хорошо. А как твой день?

Дикий: И о чем ты сегодня волновалась?

Лена: Да так, устроила небольшую