(Не)жестокая нежность (СИ) - Ирина Гутовская

Стоит увидеть девчонку, трясёт от безумного желания. Хочу сжать в своих объятиях, да так сильно, чтоб начала хрипеть, задыхаться и умолять меня остановиться или продолжить — продолжить ласкать, целовать на грани с болью, покусывать, ловить губами её сдавленные стоны, срывать с неё одежду и с наслаждением входить в нежное тело…

Она — мой персональный ад, личное наказание, проклятье… Иными словами не назвать. Душу выворачивает наизнанку, как только смотрит на меня своими фантастическими глазами, утягивая за собой в губительную бездну. Но не смею даже приблизиться и о чём-то заговорить, продолжая наблюдать со стороны — делаю безразличный вид, а самого разъедает изнутри от непонятной смеси чувств, чему не нашёл объяснений.

Да и какой смысл? Я неприятен ей… А может вовсе боится? И мечтает избавиться от моего довлеющего присутствия. Между нами ничего быть не может: разные мы, предложить, кроме секса и дополнительного ежемесячного содержания — нечего, в «любовь» и прочую чушь не играю.

«Чёрт… Какая любовь?! Какая нахрен любовь?!! Что за бред в голову лезет?» — во всем виновата девчонка! Внесла хаос в мою стабильно-спокойную жизнь, где нет места эмоциям.

А тут…

Поначалу старался избегать с ней встреч, потом искал повод лишний раз увидеть, испытывая в этом болезненную потребность. Я запутался… Запутался настолько, что впадаю в крайности: то добровольно «лезу в петлю», то трусливо сбегаю…

…Задумавшись, не замечаю, как Тина врезается в мою грудь. Опять столкнулись. Ощущение, будто специально всё это происходит, а она послана кем-то свыше — изводить меня постоянно.

— Всё-таки ты так и не научилась быть внимательной, — аккуратно схватил её за плечи, чтоб не упала. Хотя, по сути, сам виноват, но не дождётся — не признаю. Сейчас больше всего волнует то, что имею возможность прикасаться к ней.

— Простите… — она попыталась отстраниться — не позволил, не желая выпускать из «почти» объятий.

— Иди в машину. Отвезу в город, — мягко произнес. Не спугнуть бы… Может, смогу изменить её отношение к себе? Непонятно только для чего? Затащить в постель? Или… Что? Не знаю…

— А Геннадий? — спрашивает о водителе, а во взгляде замечаю смешанные эмоции, как будто не хочет находиться в моей компании и одновременно не против такого поворота.

— Отпустил, — поясняю. И не могу оторваться от серо-зелёных глаз.

— Может, я на такси? — робко предлагает.

— Когда ты поймешь, что своих решений не обсуждаю? Иди. Я сейчас, — не без труда убрал свои руки, пропуская Тину. Мне нужно собраться с силами и мыслями, чтобы хватило терпения вынести её присутствие.

Пока едем, завожу непринуждённый разговор, аккуратно интересуясь личным… Не в молчании ведь сидеть? — что напрягает ещё больше. И есть шанс познакомиться ближе с этой девушкой, из-за которой потерял покой.

Она охотно отвечает на мои вопросы. Прошу перестать «выкать», предлагая перейти на простое общение, у неё так неловко получается побороть стеснение, но решается и мне нравится, как звучит её мелодичный голос, когда обращается на «ты».

Конечно, хотелось знать о ней буквально всё, но приходится довольствоваться малым. Она рассказала о своём имени, и теперь понятно, чем руководствовался её отец — он посчитал, что его дочь похожа на фею Тинкербелл. Но я впервые услышал, насколько тяжело им живётся, после того, как глава семейства перенёс инсульт и теперь прикован к постели. Захотелось помочь и непременно это сделаю. Ведь на хрупкие плечи Тины легли денежные заботы… И сейчас ощущаю себя ничтожеством, вспомнив тот вечер в клубе — не разобрался в ситуации, лишил работы, в которой она так нуждалась.

В очередной раз проводил её взглядом до подъезда.

«Ничего, у меня будет возможность исправиться… как только вернусь…» — в скором времени по плану поездка к сыну. Месяц не видел Макса, соскучился. И пора заняться вопросом определения его местожительства. Не откладывая, связался со своим адвокатом, чтобы тот начал подготовку документов…

…Неделю я отсутствовал. А стоило зайти в дом, сразу нарвался на обеспокоенный взгляд матери. На мой вопрос — она быстро сообщила, что Тина пропала, и вот уже несколько дней о девушке ничего неизвестно, они пытались разыскать, но результата нет…

Резко срываюсь и еду к ней домой. Решил начать оттуда. А вдруг вернулась?

Нужно найти её скорее. Каждая минута на счёту. Чего только не навыдумывал, испытывая безумную тревогу и страх: от банального «забила» из-за нежелания работать у меня в доме, воспользовавшись моим отъездом, до ужасающих кадров похищения, изнасилования и убийства…

Я не могу её потерять… не могу…

«Куда же ты делась?» — ещё с улицы заметил, что в окнах свет не горит, но все равно поднимаюсь на нужный этаж. Настойчиво звоню несколько раз. И ничего…

Повторяю серию звонков. И, о чудо! Слышу звук отпирания замка.

Вхожу в квартиру. Здесь темно. Нахожу выключатель.

Смотрю на Тину. Она выглядит заплаканной, и не просто расстроенной, а убитой горем… Буквально чувствую, как её разрывает от боли — слёзы снова появились на лице.

— Что случилось? — руки сами тянутся к ней. Хочу помочь, унять мучения.

И тут случилось то, чего никак не ожидал. Девушка сама прижимается ко мне в поисках защиты. Обнимаю в ответ, а голова плывёт от нахлынувших пьянящих ощущений. Зарываюсь в её волосы носом и тащусь от сладковатого цветочного аромата.

Простояв так пару минут, она отстранилась и виновато взглянула, потом смущённо опустила глаза в пол.

— Тина… — подхожу к ней и опять скрываю в объятиях. Сейчас ей необходима поддержка.

Она расслабляется, перестаёт плакать. Наконец, может говорить… Теперь всё ясно, почему внезапно исчезла — смерть отца. Знаю, каково это — терять близких людей. И лучше в такой ситуации не оставаться наедине с гнетущими мыслями. Поэтому забираю Тину и отвожу к себе в городскую квартиру, а пока она собирала вещи — успеваю заказать еду. За то время, что я не видел её, она осунулась, похудела и выглядит излишне бледной, слабой, уставшей…

Смена обстановки должна помочь. А ещё надеюсь: моя компания не противна ей, позволит побыть рядом… Лично я, с ума схожу, понимая, насколько близко она находится: всего-то стоит зайти в соседнюю спальню, лечь рядом с ней, обнять, поцеловать, приласкать…

Ерзаю в кровати, переворачиваясь с бока на бок — сон никак не сморит, и, видимо, не получится уснуть. Поднимаюсь с постели. С трудом удерживаю себя от желания сделать всё то, о чём сейчас думал. Хожу из стороны в сторону, меряя комнату шагами.

И тут через стенку доносится крик вперемешку с плачем.

«А вот и повод