Она мне (не) чужая - Елена Владимировна Попова
― Давай плокатимся на самокатах? ― предложил Матвей.
― Давай! ― согласился Русик, и ребят через секунду сдуло от стола.
― Не бегом! ― выкрикнула Анна Витальевна. ― Только поели же, проказники!
― Как быстро летит время! ― глядя на мальчишек, со вздохом проговорила Юля. ― Еще недавно это чудо принесли домой в конверте, а уже на самокате гоняет!
― Ты права, ― улыбнулась Алиса, и вспомнила, как они с Русланом приняли решение стать родителями этого веселого мальчишки.
Тогда она чуть ли не каждый день ходила в отделение неонатологии и разговаривала с малюткой-сиротой, который чудом появился на свет, но так и не увидел своих настоящих родителей.
Сопереживала, словно родному сыну. Так прониклась его судьбой, что не могла находиться рядом с ним без слез и со спокойным сердцем.
В итоге решила поговорить с Русланом.
― Помнишь пациентку, которую не удалось спасти после обвала крыши? ― спросила она, когда Руслан забирал с работы.
― Помню. У нее еще муж умер.
― Да, и… и знаешь… ― Когда Руслан остановился на светофоре, Алиса взяла его за руку, ― у меня сердце кровью обливается, когда смотрю на него, ― всхлипнула на всю машину и размазала по щекам слезы. ― У него могла быть хорошая семья, любящие родители, но… его отправят в дом малютки, потом ― в детский дом, и неизвестно, как дальше сложится его судьба. Возможно, кто-то заберет его в семью, а возможно он так и не узнает, что такое своя комната, свои игрушки, мама и папа, которые будут о нем заботиться, и…
Алиса поджала губы и всплеснула руками.
― Господи, ну зачем я тебе все это рассказываю? Ты и так знаешь, что такое расти в детском доме.
Они долго обсуждали эту тему, затем взвесили все «за» и «против» и в конце концов приняли решение взять малыша в семью.
Но для начала нужно было уладить кое-какие нюансы: решить вопрос с Романом и отцовством, и официально заключить брак.
С браком проблем не возникло, расписали быстро, а потом Алиса с Русланом закатили торжество, но только для очень близкого круга людей.
А вот с установлением отцовства пришлось повозиться.
Хорошо, что толковые адвокаты Руслана объединились и помогли ускорить этот сложный процесс.
Затем начались суды…
Роман был сам не свой от желания вернуть имущество. Впрочем, Алиса с Русланом и не сопротивлялись, сразу сказали, что им чужое не нужно, вот только отозвать дарственную было не так-то просто. Подключились все: органы опеки, нотариус, адвокаты обеих сторон.
Вся эта тягомотина длилась очень долго, но в итоге разрешилась так, как этого все и желали: Руслан был официально признан отцом Дианы, а Роман получил обратно все свое добро.
Позже Алиса удочерила Диану, и теперь они с Русланом официально являлись и ее родителями, и Матвея.
Души не чаяли с в своих детях. Дианка к своим двенадцати годам так вымахала, что стала выше Алисы на полголовы. Точно пошла в отца!
Училась на отлично, свободно разговаривала на английском и всерьез увлекалась танцами. А какая она красавица выросла, взгляда не отвести! Мальчишки только и вились возле нее, что категорически не навилось Руслану. Переживал за свою принцессу, чтобы никто не обидел, и оберегал так, что Диана даже пожаловалась.
― Мам, он меня и в школу возит, и после школы встречает! ― ворчала дочь. ― Я даже с одноклассниками не могу погулять после уроков! Не маленькая ведь!
На самом деле Ди очень любила Руслана. У них было много схожих интересов, и оба были гиперактивные: то им приспичит полетать на воздушном шаре, то покататься по парку на электросамокатах, то прыгнуть с тарзанки, то еще что-нибудь выдумывали.
Ох… Алиса не всегда за ними успевала.
И если к Диане Руслан относился как к принцессе, то Матвейку растил настоящим мужчиной: с трех лет отдал на карате, повесил в его комнате боксерскую грушу, любил вести с ним мужские разговоры про машины, самолеты, военную технику, и почти всегда брал с собой на рыбалку.
― Алис, там, кажется, кто-то приехал, ― глядя на высокий забор, сказала Анна Витальевна.
Через пару секунд коротко пиликнула сигнализация машины и раздался звонок.
― Кто это? ― идя к воротам, нахмурилась Алиса.
Ее тут же обогнал именинник на самокате и, подъехав к воротам, приложил все усилия, чтобы отодвинуть задвижку.
За воротами стояла сестра Ромы с дочкой.
― Маша! Маша! ― радостно закричал Матвейка, затем обнял Аглаю. ― Пливет, Аглая! Плоходи. У нас еще Луслан есть в гостях.
― С днем рождения! ― скромно улыбнулась маленькая красавица, которая была точной копией Маши, и протянула пакет с подарком.
― Прости, что мы без приглашения, но Аглая о-очень хотела поздравить Матвея, ― виноватым голосом сказала Маша и обняла Алису. ― Рада тебя видеть!
― Я тоже, ― улыбнулась Алиса. ― Пойдем к столу.
Обычно Маша приезжала только на праздники Дианы.
Пять лет назад она сразу заявила, что Диана все равно останется для нее родной и любимой племянницей, и что она будет продолжать с ней общаться, несмотря на все обстоятельства.
И свое слово сдержала.
Маша провожала ее в первый класс, посещала все концерты, где танцевала Диана, и была на каждом ее дне рождения.
В отличие от Романа…
Когда он узнал, что Диана родная дочь Руслана, пришел в ярость.
Приехал к Руслану в офис и устроил такие разборки, что его крик не слышал разве что глухой, затем между ними чуть не завязалась драка.
Когда остыл, все же начал звонить Диане, говорил, что скучает, поздравлял ее с важными событиями и желал с ней встретиться. Но так было только первые два года. Затем его звонки стали реже и реже, он почти не интересовался ее жизнью, а теперь и вовсе пропал со всех радаров.
По словам Маши, Роман сейчас жил в Сочи, занимался развитием своего бизнеса и вот-вот должен жениться.
Маша как-то показала Алисе фото его будущей жены, которая чем-то отдаленно напоминала Киру: ухоженная, длинноногая и стройная блондинка.
― Она мне вообще не нравится, ― фыркнула Маша. ― Стервозная и с короной на голове. Моего брата как магнитом тянет к таким фифам. Только ты была исключением.
«Нет, это не исключение, ― ответила про себя Алиса. ― С Ромой нас свела судьба. Ведь
