Свободный ритм - Ольга Дервиш

— Я фиг знает, вторник или чего? Какая разница? Не важно. Бл@дь… настроение — г-но…

Ася легко поцеловала его в макушку. И сама от этого смутилась, пряча взгляд.

— А как ты узнал?

— Позвонили…

— И всё? Может, стоит туда съездить?

Мак усмехнулся.

— Съезжу. Сейчас, Речь освободится, и поедем.

— Речь — это Илья?

— Да. — Климов как-то непонятно на нее взглянул. — Ты что, не слышала раньше?

— Не помню, — улыбнулась. — А он тебя как называет?

Улыбнулся вдруг и Макар.

— Да ну… не буду говорить, — потерся колючей щекой о ее висок. — Подумаешь еще, что так и есть. Не спрашивай.

— А «Изюмина» — это я?

Климов хохотнул, и крепче прижал ее к себе.

— Да. Потому что маленькая очень. — Показал большим и указательным пальцами расстояние в сантиметр. — Вот такая!

Внутри разлилось тепло.

— Какая уж есть…

— Мне нравится! — он потянулся к ее губам. — Зато моя.

Глава 23

Спустя время Климов сидел в машине напротив «Кленового листа» и, в ожидании друга крутя между пальцами электронный курительный прибор, думал-думал-думал…

Мысль о том, что это случайность, Мак отметал сразу. Он не один год трудился на благо этого заведения, хорошо трудился, ни с кем не ссорился, никого не подсиживал, дорогу не переходил, работал с умом и отдачей. Он был опытнее Ильи, ответственность всегда за всё ложилась именно на Климовские плечи, даже если накосячил коллега. И вот… «приплыли», как говорится.

А если не случайность, то что? Значит кто-то постарался. Славные братья Рахмановы? Не хотел Мак списывать всё на родственников его нынешней… ладно… девушки… чего уж там… Не спешил верить в напрашивающиеся выводы. Не лихие девяностые, ведь! Не думал, что когда-либо столкнется с подобным способом решать дела, хоть и знал, что этот мир не без греха. Не крутился Мак в таких кругах, обходил случайно ли, интуитивно… Да и представить, что Ася выросла в семье с братьями-братками, было трудно. Она же божий одуванчик! Да, есть у нее зубки, она редко, но показывает их, но и только! В остальном — наивная девчонка. Впрочем, женский пол, насколько Макар слышал, у подобных Асиной семей почти всегда оставался в стороне от мужских дел. Значит, исключать такой вариант тоже не стоило. Мужская половина семьи Рахмановых далеко не так проста, как может показаться. Даже младшенький, хоть и притворяется ботаном, есть в нем что-то, чего Мак пока только чувствовал, но не знал.

Ладно, размышлять можно долго, а без достаточной для этого информации толку всё равно ноль.

В зеркале заднего вида показался черный RAV Речинского. Прибыла группа поддержки. Черт, кто бы знал, что это будет так приятно… Как никогда, наверное.

В баре было почти пусто, занят всего один столик в дальней нише. Музыка с плеера едва доносилась из динамика, бармен звенел бокалами, старательно протирая те и развешивая на подвесной полке.

— Привет, — поздоровался Илья, решив взять на себя инициативу. — Начальство здесь?

Парень за стойкой кивнул в знак приветствия, перевел взгляд с Речинского на Мака и мотнул головой в сторону служебных помещений.

— Босс недавно пришел, Михалыч давно тут торчит.

— Они одни?

— Да. Сейчас вроде да.

— А что, кто-то приходил?

— Не знаю… — пропормотал себе под нос бармен и отвернулся к шкафу с напитками.

— Понятно, — протянул Речь вникуда и, бросив многозначительный взгляд на Климова, направился в указанную сторону. Мак поплелся следом.

— Чего Изюмина? — спросил Илья, пока они шли по коридору. — У тебя еще?

— Да.

— Как семейная жизнь?

— Нормально…

Говорить сейчас на эту тему не было никакого настроения. В другое время Мак как-то бы отшутился, но сегодня не тот день. Ася осталась дома, но он запер ее там, не оставив ключей. Не сказал ничего, всё по-тихому: оделся, ушел, чмокнув на прощание, захлопнул дверь… Чтобы она никуда не придумала сбежать, чтобы гостей, не дай Бог, в виде ее братишек, не случилось. Не надо пока. Не сейчас. Не сегодня. Прости, Ася… Но и она ничего не спросила про ключи. Может, в голову не пришло ей, а может, она и не собирается никуда идти и кого-то звать. Мак очень на это надеялся.

Дверь в кабинет начальства была приоткрыта, но за ней было так же тихо, как и в коридоре. Речинский для проформы постучал и шагнул внутрь. Макар следом.

— Добрый день, — Речь напустил на себя всю свою привычную ему хмурь.

Михалыч — управляющий заведением, — сидел на мягком диване у входа, что-то строчил прямо на колене, проминая лист бумаги ручкой почти до дыр. Владелец, известный в городе предприниматель сорокапятилетний Роман Егорович Купцов, за огромным старинным столом что-то листал в собственном планшетном компьютере. Когда диджеи вошли, оба подняли головы.

— Добрый, — поздоровался босс, кивая на кресла напротив себя, — вроде не вечер еще, — улыбнулся. Вполне добродушно, отметил Мак.

Михалыч встал с дивана, отложив свою писанину, вопросительно взглянув на парней.

— Мы по делу, — отрезал Речь и сел.

Купцов приподнял брови и кивнул. Глянул на управляющего, но быстро вернул внимание вошедшим.

— Ко мне или к Геннадию?

— Почему меня увольняют? — начал Мак, оставшись стоять у входа в кабинет. Вопрос он задал главному, но боковым зрением следил за Михалычем. Именно он звонил сегодня утром, сообщив нерадостную весть.

— Увольняют? — Роман удивленно повернулся к Гене. — Его увольняют?

Показалось, или Михалыч побледнел?

— Нет. Климов уходит в неоплачиваемый отпуск, только и всего.

— На неопределенный срок, — добавил деталей Макар.

— Почему? — Роман Егорович прищурился, пытаясь понять ситуацию.

— Вот и мне интересно тоже, — добавил Илья. — Я что, один буду вкалывать?

— Все нормальные люди работают по 8 часов, — возразил Гена. — А вы по четыре, да и то всего три раза в неделю. Я решил, к чему плодить кадры? — развел руками картинно выпучив глаза боссу. — Нам вполне хватит и одного диджея. Добавим тебе за «переработку», раз уж ты такой нежный!

— И давно ты это решил, — ухмыльнулся Купцов.

— Да вот… вчера. Кризис в стране, а мы тут шикуем…

Роман Егорович вздохнул, с полминуты смотрел в окно, затем повернулся к парням.

— Мальчики, погуляйте чуток. Я вас позову. — И снова уткнулся в гаджет, словно более его ничего не беспокоило.

Илья встал, скорчил гримасу Макару и они вышли в коридор. Да, спорить с Купцовым себе дороже, он птица высокого полета, лучше не перечить. Погулять, так погулять.

— Ну, что думаешь? — Речь направился к лестнице в их кубрик. Мак всё так же вяло следовал за ним.

— Ничего. Я думал, это… кое-кто постарался, а теперь не уверен.

— Не делай преждевременные