Мой (не)бывший муж (СИ) - Софи Росс

— Ты же знаешь современных женщин. Моя решила стать независимой, даже не сказала, что к тебе идет.

— Понимаю, понимаю… Мне тут жена недавно выкатила. Возьми, говорит, меня своим замом. Решила стряхнуть пыль со своего диплома, который я же ей и купил.

— Как-то так, — развожу руками. Нет у меня настроения для дискуссий.

— В общем, Шкуратову «светлое» будущее я обеспечу. Надо будет еще кадры прошерстить, много ли девок он через постель на работу принимал… Я, получается, поблагодарить тебя должен?

— Слово свое сдержи, и мы в расчете.

Когда я иду к лифту, девочка, назвавшая мне номер кабинета, отлетает к противоположной стене с моего пути. Почему-то мне кажется, что именно она должность получила как раз через раздвигание ног.

Следующая моя цель — Егор.

Его, как и рассчитывал, я нахожу в квартире, которую он снимает. У меня есть ключи, хоть он об этом и не знает, так что я без проблем попадаю внутрь.

Он валяется на диване в одних трусах, бормочет что-то нечленораздельное и тянется к начатой бутылке. Я тащу его в душ за шкирку, поливаю холодной водой и бью по щекам, чтобы он хоть немного протрезвел и смог меня выслушать.

Делаю это только для Влады. Если бы не ее просьба — меня здесь не было бы.

— Да отвали ты, бля… Голова трещит и так… — Егор отплевывается от воды, машет руками в воздухе. Хочет, видимо, до меня дотянуться, но он не в той кондиции.

— Ты когда просыхать планируешь, будущий папаша?

— Че?

— Не знал, что от секса бывают дети? Так вот я тебя поздравляю, одного ты уже заделал.

— Ты че несешь, братец? Какие еще дети?

— Мальчик или девочка. Предлагаю один раз — ты берешься за голову, несешь ответственность за этого ребенка, перестаешь бухать, а я даю тебе рабочее место с нормальной зарплатой. Сразу предупреждаю, впахивать придется много. Никто тебя просто так в начальники не посадит. Подумай и позвони мне, как решишь.

— Пошел ты… — летит мне уже в спину, потому что оставаться в этом клоповнике надолго я не собираюсь.

В конце концов, Егор — взрослый мужик, на котором пахать и пахать можно. Захочет изменить свою жизнь, я ему помогу в память об Агриппине.

Если ему дороже выпивка — его выбор. Силой человека от бутылки не оттащить. Рано или поздно он все равно сорвется и начнет по новой заливать в себя алкоголь.

Я возвращаюсь на работу, постепенно завершаю все дела на сегодня. Параллельно переписываюсь с Владой, она во всех красках хвастается мне какими-то обертываниями, а потом шлет фото из бассейна.

На переднем плане ее улыбка, смешные завитки волос у висков от повышенной влажности вокруг. В правом углу можно разглядеть обтянутую черной тканью грудь.

Пишу в ответ, что заеду за ней сам, а потом добавляю, что с удовольствием присоединился бы к моему котенку в бассейне и сделал бы так, что мокрой она была бы не только от воды. От Влады прилетает три смущенных смайлика и новое фото, на котором она опирается на бортик грудью и немного высовывается из воды.

Задницу ее я заценил.

В конце дня, когда я уже собираюсь уходить, ко мне в кабинет стучит начальник службы безопасности с просто отличной новостью.

Гончаров засветился.

Глава 33

Влада

— Котенок, ты что, продала кого-то в рабство и теперь тебя надо отмазать? — Марк улыбается как-то по-мальчишечьи.

Мы сидим в ресторане, куда он забрал меня на обед, я взволнованно ковыряюсь в тарелке и все никак не могу начать разговор.

— Нет… — накалываю маленькую кукурузину на вилку, старательно жую, пока мой бывший муж вместо своего стейка поедает меня. Только глазами.

— Влада, мне уже не восемнадцать, сердце слабое, знаешь ли, инфаркт не за горами.

— Марк! — взвизгиваю, привлекая к нам внимание. — Не говори так.

— Тогда говори ты. Я же вижу, что хочешь.

— Ну, в общем… Я хотела тебя попросить кое о чем. Ты, конечно, можешь отказаться, но…

— Операции на крупные суммы банк одобряет до трех рабочих дней. Я сделал перевод в пятницу, а сегодня понедельник. В первой половине этой недели точно дойдут.

— Что? — чуть не икаю от непонимания.

— Ты ведь об этом хотела меня попросить? Стать спонсором вашего центра?

Чуть больше месяца назад я устроилась на работу в кризисный центр помощи женщинам. Я работаю с бумагами, составляю отчеты, накладные на закупку всего необходимого. До меня там работала девушка, которая спешно ушла в декретный отпуск, и они срочно искали замену.

Мне просто повезло откликнуться на вакансию одной из первых.

— Да… — подтверждаю догадку Марка, опустив взгляд.

— Тебе стыдно?

— Немного.

— Малыш, ты занимаешься хорошим делом. К тому же мне нравится, что у тебя нет и не будет коллег мужского пола.

— Но там есть охранники, — специально подначиваю Марка.

— С этим я смогу справиться, — он опять улыбается широко, как чеширский кот, и я чувствую приятное тепло в грудной клетке.

— А как ты узнал?

— У меня свои секреты.

Я прищуриваю глаза, когда Марк уверенно сворачивает тему. Ну конечно, как он мог не поручить своей службе безопасности проверить центр вдоль и поперек.

У нас небольшие проблемы с бюджетом из-за закрытия одной благотворительной программы.

— Как продвигаются твои сеансы?

По наставлению Марка я все-таки решила обратиться за помощью к специалисту. Мы встречаемся раз в неделю, чаще я пока не готова. Каждый раз из кабинета психотерапевта я выхожу разбитой, но зато на следующий день чувствую невероятное облегчение. Надеюсь, что нескольких месяцев хватит для полного курса и в итоге я смогу отпустить эту ужасную часть моего прошлого.

— Хорошо, в четверг снова пойду. Спасибо, что помог найти мне Людмилу Алексеевну. Мне очень комфортно с ней.

Марк выгибает бровь, как бы спрашивая «да неужели?». Все дело в том, что на первый сеанс ему пришлось за руку затаскивать меня в кабинет, а потом дежурить под дверью, чтобы я не сбежала.

— Она спросила, хочу ли я увидеть того… Того, кто со мной это сделал, — решаю выйти на откровенность.

— Нет. Котенок, тебе это не нужно.

— Но, Марк, я хочу… Хочу увидеть его лицо, чтобы мне перестали сниться кошмары с расплывчатым силуэтом.

— В крайнем случае я могу показать тебе фотографию.

— Это не то.

— Влада…

— Марк, ты невыносим! — хватаю бокал с простой водой и делаю несколько глотков, чтобы успокоиться. Это решение и так далось мне нелегко, а он все только усложняет. — Между прочим, Людмила Алексеевна