Человек с тенью - Григорий Константинович Шаргородский

он преступник. Да что уж там, бандюга он, причем матерый.

Случайно выбранный ресторанчик оказался с классической русской кухней, так что я с удовольствием заказал себе свекольник, пельмени, и… вполне закономерно обожрался.

Косарь тоже ел словно его не кормили несколько дней, и за этим чревоугодием мы неожиданно разговорились. Саня в непривычной для себя обстановке немного расслабился и уже через полчаса общения извинился за подставу не формально, сквозь зубы, а вполне искренне. Его речь почти очистилась от фени, да и вел себя этот бандит вполне нормально:

– Ты пойми, Назар, понятия у нас такие. Чисто волчья стая. Чуть зазеваешься, и у тебя на загривке уже сидит какая-то тварь. Ты насчет Пахома не сильно обольщайся. Когда боссу кто-то что-то поперек говорит, то даже у меня поджилки трясутся. Он только с виду такой весь из себя интеллигентный. И если честно, когда я увидел тебя такого вежливого и расфуфыренного, очень захотелось пройтись напильником, чтобы счистить эту фальшивую позолоту. Думал, что увижу там простого скользкого клоуна, а оказалось, еще один псих. Честно, теперь вообще ко всем, кто кажется полным лохом, придется относиться с опаской.

Мы оба рассмеялись этой шутке, но я чувствовал, что он не так уж и шутил.

От такого простого общения у меня даже мелькнула мысль согласиться с предложением Косаря и все же пройтись по злачным местечкам в поисках приключений, в том числе интимных. Саня так смачно описывал некоторых дамочек, решившихся на серьезные изменения в своем организме, что возбудил чувство, уснувшее со времен похода в стриптиз-бар «Бесовка». Но тут же вспомнилось, чем закончился прошлый поход в человейник, а еще садившееся солнце намекнуло о приближении ночи – времени раздолья для теней.

Погрустнев от мрачных мыслей, я попрощался с Косарем и вызвал такси, хоть он и предлагал довезти меня до дома. Не то чтобы легче, но как-то проще стало, только когда щелкнул замок на входной двери.

Как только поднялся на второй этаж, тут же услышал, как в окно возмущенно бьется Фа. Фуки, видите ли, не понравлюсь, что никто не оставил открытой форточку, дабы она могла летать туда-сюда, когда ей вздумается.

– Не дуйся, – с улыбкой сказал я фейке, – пока у нас комендантский час. Придется потерпеть.

Чтобы компенсировать ей моральные издержки, поделился шариком концентрированной живой силы, которой у меня осталось не так уж много.

Чуть подумав, я вышел в коридор и заглянул в каморку, дернув соответствующий рычаг. Что тут началось! Фа завизжала и врезалась в стекло окна, чуть не разбив его. Причем старалась она зря. Даже пробив преграду, из-за опустившихся жалюзи наружу все равно не попасть. Похоже, повышенная активность защитных печатей как-то влияла на магическое создание. Причем негативно.

– Вот истеричка, – ругнулся я и побежал обратно к рубильнику.

Когда жалюзи поднялись, фейка чуть успокоилась, но все равно выскочила в открытую мной форточку как крошечная ракета. Даже остался искристый след.

– Ну и ладно. Обойдусь без тебя, – проворчал я, возвращаясь к щитку управления защитными контурами.

Спать хотелось неимоверно, но я все же заставил себя залезть в Сеть и заняться профильным образованием. Знакомую картину обнаружил быстро. Называлась она соответствующе своему виду: «Река в ад». После этого прошелся по биографии Босха и другим его картинам. Это дело так увлекло, что очнулся, лишь когда за окном уже была глубокая темень, а организм настойчиво напоминал о своих потребностях яростным зеванием.

Ну что же, день хоть и прошел напряженно, но вроде закончился неплохо. Да и три тысячи франков в конверте от Пахома поднимали настроение, так что можно со спокойной совестью отправиться на боковую.

Глава 7

Ключевым словом в моих мыслях перед сном было именно «вроде». О том, что этот день закончится нескоро, мне сообщил голос Стивена Харвела. Он в который раз сказал мне, что я теперь настоящая звезда. И его слова явно были пророческими.

– Але, – недовольно проворчал я, ответив на вызов.

– Ты дома? – Голос Бисквита рокотал от внутреннего напряжения, и это мне очень не понравилось.

– Да, дома.

– Вот там и сиди, – жестко припечатал орк. – У нас проблемы. Мы вышли на еще одно логово Кукольника в цыганском квартале. Он и там оборудовал ритуальный зал. Причем мы пришли как раз под конец создания теневого голема.

– Так вы его взяли? – осторожно и без всякой надежды на положительный ответ спросил я.

– Куда там, – грустно вздохнул Бисквит. – Эта тварь порвала двух штурмовиков. А тотемные защитники у них были неслабые. Еще положил кучу цыган. Тут на улице такой ор стоит, что даже сквозь стены оглушает.

Орк раздраженно рыкнул и добавил еще парочку ругательств на своем языке.

– Наши сейчас трясут весь город. Предупредили хозяев всех человейников. Женева не такая большая, как кажется туристам. Так что найдут. Тут вот в чем дело. Я сейчас потрошу его комп. Он заходил на твой сайт, а там адрес.

– Вот гадство, – теперь ругнулся я. – Думаешь, придет?

– Не так уж важно, что думаю я, – вздохнул Бисквит. – Шеф от моих слов только отмахнулся и сказал, что вряд ли Кукольнику сейчас до тебя.

– А зачем ты вообще дергал Иваныча?

– Хотел выбить тебе охрану, а он лишь обматерил меня. Но все равно будь осторожен. Не нравится мне это. Из дома не выходи. Закупорься наглухо. Защита у тебя старая, в смысле устоявшаяся, так что должна выдержать.

– Ты тоже лишний раз не подставляйся, – проявил и я заботу о товарище. – Если что новое узнаешь, звони.

– Хорошо, – буркнул орк под перестук клавиатуры и отключился.

Действительно, ему-то хорошо – есть чем заняться. А вот мне что делать? Теперь ведь точно не усну. Сиди теперь и думай, явится этот чокнутый по мою душу или буду как идиот всю ночь впустую шарахаться от каждого звука и шороха.

Словно издеваясь над моими мыслями, раздражающе задребезжал дверной звонок.

– Да чтоб тебя, зараза такая!

От неожиданности и испуга я подскочил на кресле и замер, как суслик в предчувствии опасности.

– Ну и кто это может быть?

В последнее время я привык проговаривать свои мысли вслух, особенно в присутствии Фа, которая точно ничего не понимала. Сейчас эта привычка выглядела глупо.

Я пару раз вздохнул, унимая заполошное биение сердца, и только после этого начал здраво мыслить. Действительно, что-то стал слишком пугливым.

Тряхнув головой, я решительно поднялся с кресла и, покинув кабинет, быстро сбежал по лестнице в гостиную. И все же моей решительности хватило только до входной двери. Почему-то в голове сразу возникли кадры из фильмов, когда находчивые киллеры просто стреляют через дверной глазок.

Знать бы, насколько это реально.

С другой стороны, а зачем мне вообще открывать? На дворе ночь: даже если появился нежданный клиент, то я его точно не пущу, при таких-то обстоятельствах.

Снова резанувший слух звук звонка теперь уже вызвал глухое раздражение.

– Ну вот кому там неймется? – проворчал я, даже не думая приближаться к двери.

А вот фиг вам. Сегодня я недоступен, как правильная монашка. Все идут лесом, степью или еще как-нибудь, но подальше от меня.

Приняв для себя это «эпохальное» решение, я наконец-то успокоился.

К моей радости, странные звонки не повторялись. Я вернулся в кабинет и, усевшись в кресло, напряженно замер. Звенящая тишина в доме напрягала. Как мне сейчас не хватало компании вечно суетной Фа. Была, конечно, мысль позвонить Бисквиту и рассказать ему об этом непонятном происшествии, но выглядеть трусом не хотелось. Прошло минут десять, и уже казалось, что на этом ночные мучения закончатся, но не тут-то было.

Теперь пугать меня неожиданными звуками принялся телефон. Он завопил: «Рыжая», намекая на то, что виновницей моего переполоха могла быть решившая заглянуть в гости девушка. С нее станется. Вот позора-то будет, если это она топталась у моего порога.

Я взял телефон и осторожно произнес:

– Алло.

Сегодня день сюрпризов, и день этот явно не мой. Вместо приятного голоса Заряны я услышал совсем