Брат моей подруги - Екатерина Митринюк

разница у них будет совсем небольшая около трёх месяцев, Алексей и Никита маленькие карапузы.

Роды у меня начались ночью, сумки были собраны, родители жили у меня и спали в спальне, я же пока что разместилась в детской на диване.

Отчим сел за руль и мы направились в роддом. Спустя пять часов на свет появились Ульяна Антоновна Богословская весом 3100 и ростом 49 см, и Варвара Антоновна Богословская весом 2950 и ростом 48 см. Чувствовала я себя вполне хорошо, роды прошли спокойно. И спустя три дня нас выписали домой. На выписке присутствовали родители и вся моя бригада, с которыми мы начинали.

Я отправила Оле и Насте фотографии малышек, и метрику, с подписью что со мной все хорошо. И мы уже дома. И начались мои трудовые будни в роли матери двух прекрасным принцесс.

Глава 29. Антон

Утро, встретило меня головной болью и отвратительным чувством пустоты в душе. Оля с Игорем предложили, на время перебраться к ним или к родителям, но мне не хотелось никого видеть, поэтому я остался в этой квартире, где все мне напоминало о Саше. С родителями мне ещё предстоит поговорить, даже представить боюсь, как начать этот разговор и как они все воспримут.

После того, как Оля уехала, и я остался один на один с собой, я снова открыл коробочку и перечитав записку, разглядывал снимок УЗИ. Мои маленькие крошки.

До вечера, я так и просидел со снимком в руках и бутылкой виски. Знаю, что это никак мне не поможет, но было так хреново, тошно от самого себя, и от того, что я натворил, что я пытался заглушить все алкоголем. Допив одну бутылку брался за другую, сердце жгла боль от утраты, и ненависть к самому себе, а горло обжигал алкоголь. Примерно через две недели приехала Оля с мамой, сестра рассказала все родителям. Мама переживала за меня, поэтому и вызвалась навестить, и как оказалось не зря, когда они вошли я лежал на полу скорчившись в позе эмбриона в обнимку с той самой коробочкой, и тихо плакал. Да мужчины тоже порой плачут, особенно когда теряют кого-то настолько дорогого.

– Ну же милый поднимайся, – попыталась приподнять меня мама, – так ты ничего не исправишь, нужно попытаться ее найти и все объяснить. – успокаивала мама.

– Просто нужно было башкой своей думать, прежде чем такое вытворять. Она же влюблена в него с первого дня их знакомства. Мне даже представить страшно в каком она сейчас состоянии, когда у него свадьба была с Марго, она тут выла и страдала как раненый зверь, Настя ее с трудом успокоила. А какого ей теперь, каким местом ты думал Антон, когда спорил на нее и трахал эту тварь, попутно встречаясь с Сашей. Чем ты думал тогда… – уже перешла на крик Оля. И имела полное право, я полнейший отморозок.

– Оля прекрати, – осадила ее мать, – своим криком, как и ты Антон своей пьянкой ничем не поможете. Нужно что-то предпринять и попытаться разыскать ее.

– Без толку ее искать, на звонки она не отвечает, в универе и на работе не появлялась. Я сегодня попросила Игоря пробить ее через службу безопасности по разным базам, чтобы найти последние данные о ней, может она уехала куда или ещё что-нибудь. – уже спокойнее сказала сестра, а я смог подняться наконец на ноги и пересесть на диван, но коробочку так из рук и не выпустил.

Спустя примерно часа два, после того как я привел себя в порядок и мы разобрали тот бедлам, что я устроил в квартире, у Оли зазвонил телефон. Мы как раз сидели на кухне и пили чай.

– Да Игорь, – ответила и поставила телефон на стол, включив громкую связь.

– В общем так, выяснить ничего не удалось, возможно если бы мы спохватились чуть раньше, то шанс бы был, а так примерно дня четыре назад все данные об Александре Вороновой были стёрты ото всюду. И поработал, там очень хороший специалист, последняя информация которая о ней есть, это как о студентке первого курса, Московского гос. университета. К сожалению, данные никак не восстановить, очевидно она очень сильно не хочет чтобы ее нашли. А про фирму которая была ей открыта, тоже полный голяк никакой информации о ней мы не нашли.

– Спасибо Игорь, буду дома наберу, целую милый, – ласково проворковала Оля, и продолжила более задумчиво, – и что же теперь делать? Как нам ее найти.

– Я люблю ее, – тихо, но уверенно сказал я, и более твердо и громко добавил, – я все равно, продолжу их искать, я должен с ней поговорить. Я должен попытаться ее вернуть.

– Антоша никто и не говорит сдаваться, мы обязательно будем ее искать. Оля ты не звонила ее родителям, может они что-то знают.

– Звонила, родители знают тоже что и мы, она не у них это вряд ли. Она знает, что там ее будут искать.

Они пробыли у меня ещё около двух часов и после клятвенного заверения, что пить я больше не буду, уехали. Да, я и сам, для себя это уже решил, так я ничего не смогу исправить. Нужно взять себя в руки и делать, что-то для того, чтобы их найти. Я не отступлюсь от них, ни при каких обстоятельствах. Даже если она выйдет замуж, я все равно не оставлю идеи вернуть ее. Пускай многие посчитают меня эгоистичным придурком. Но, мне без нее не жить, я могу лишь существовать просто как тело, без чувств и эмоций. Ведь невозможно жить без сердца, а она именно мое сердце, которого мне до безумия не хватает.

Прошло три месяца, с тех пор как она ушла, за это время, я закрыл сессию и получил диплом. И уже почти месяц как возглавляю компанию отца и тружусь на благо семьи. За это время я успел сдружиться с Настей и Кириллом, правда наша дружба началась с мордобоя, Кирилл разбил мне нос и губу, ну и пару ударов по печени тоже организовал, я даже не сопротивлялся, я заслужил и знал об этом. Настя меня тоже с распростёртыми объятиями не встречала, убивая словами и взглядом. Но все таки со временем они приняли меня, и мы вместе с Кириллом занимались поисками Саши. Про Сашу, я так ничего и не смог узнать, Оля регулярно рассказывала мне, о ее редких сообщениях, что с ней все в порядке. И это вся информация, которая я мог о ней