Сказания пыльных миров. Том 4. Громовержец - Ярослав Кожедуб

В общем, да, как мне вкратце объяснили, такая синхронизация даже в голове звучала довольно сложно, а уж в реальности это было практически невозможно. Точнее, возможно, но на текущий момент — сугубо теоретически. Если бы связки из магов были постоянными; если бы подразделение тоже было постоянным и тренировалось заранее хотя бы пару месяцев (а не пару недель, да еще и по остаточному принципу); если бы эти тренировки были хорошенько продуманы и подобраны индивидуально, чтобы не просто развивать все подряд, а делать упор на отстающие навыки и характеристики, чтобы подтягивать их до среднего уровня… в общем, слишком много «если». Возможно, когда-нибудь потом из этого что-то и выйдет. Но не сейчас.

Поэтому нас запустили всех разом. Разве что высоту полёта всё-таки немного подкорректировали индивидуально. Во-первых, незачем излишне рисковать тем, кто может этого не делать: если ты можешь дотянуться и бахнуть по врагу с высоты метров в двести, а твой сосед должен царапать пузом верхушки деревьев, то это проблема соседа, а не твоя. Ну а во-вторых, это дополнительно «размыло» плотно летящую группу, снижая общие риски в случае ответки.

Момент атаки отдали на откуп первым, кто долетит и дотянется, а остальные должны были подключаться по своему разумению.

В этот момент мои мысли были прерваны самым наглым образом: мой летун пальцем ткнул мне в ребра, да так, что я аж охнул. Значит, остались считанные мгновения. Я тут же вывернул шею и, прищурившись, вперил в землю слезящиеся от ветра глаза, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь.

Цель разглядеть оказалось на удивление несложно. Толпа блестящих на солнце фигурок, закованных в сталь, и сама по себе была прекрасной целью, а сейчас ее дополнительно выделяли сразу два разворачивающихся заклинания: кто-то успел долететь и отстреляться раньше нашей пары.

На авангард армии падала пылающая огненная сеть странного синеватого оттенка — небольшая на фоне целой армии, но выглядящая крайне опасно. В арьергарде же уже кружилось нечто наподобие моей Вьюги, но раза эдак в три больше. Подозреваю, и температура там соответствующая. Потому как мою версию Вьюги, например, запускать сюда большого смысла не имеет: я прекрасно помню погоду в гномьих горах, и уверен, что сопротивление холоду у любого гнома (и уж тем более — у их воинов) развито до таких величин, что особого эффекта моё заклинание не произведёт. Максимум — кого-нибудь обморозит. Слегка. А вот эта версия, куда более прокачанная, глядишь, и продавит сопротивление хотя бы у части.

Ну а если не продавит — так хотя бы внесёт сумятицу и не позволит защититься или дать отпор. Попробуй, пойми, куда ставить щиты или в какую сторону отвечать, когда всё вокруг заполнено слепящей белоснежной круговертью…

Все это промелькнуло у меня в голове, пока потоки маны уже с огромной скоростью вытекали из моих резервов — пользуясь возможностью, в Шторм я щедро слил всё, что у меня было, в ноль. Да, перегруз сильно больших преимуществ не давал — там даже не полуторный коэффициент, а куда меньший, да ещё и навык магии Воздуха не особо прокачанный — но при такой плотности строя врага добавочные метр-два радиуса позволят захватить лишний десяток гномов. А это уже весомо. Над армией и внутри неё уже вспыхивали первые щиты, защищающие мелкие отряды, так что я торопливо швырнул сформированное заклятие куда-то в центр, выбрав место, где щитов еще толком не было. Дождавшись, когда спустя мгновение в этой точке развернулся сверкающий молниями ураган, я расслабился и отвернулся. Половина работы сделана.

А пока мы летим дальше, можно расслабиться и наблюдать, как закрутился счётчик уведомлений в интерфейсе… Хм, что за странный звук?

— М-мать! — невольно вырвался из меня вопль, и тут же унёсся прочь в ревущем потоке ветра. Мой летун, явно увидевший источник этого крайне угрожающего рокота, перекрывающего даже гул ветра в ушах, заложил крутой вираж, и земля с небом вновь закрутились перед моими глазами.

Я зажмурился, стиснув зубы и ругаясь про себя последними словами. Потащило же меня геройствовать… Сбоку что-то тонко взвизгнуло, воздух резко стал сухим, холодным и… мёртвым? Демоны, это явно что-то не самое типичное — не банальные Лёд или Вода, скорее уж Смерть или вовсе что-то межстихийное. К счастью, мой неплохой набор сопротивлений вполне успешно выдержал это что-то. Да и задело нас, скорее всего, лишь краем…

Стоило воздушным кульбитам прекратиться, я приоткрыл глаза и устало застонал: армия осталась далеко позади, а вот мы летели подозрительно низко, пусть и сильно сбросив скорость… а ещё, скосив взгляд, я увидел, что мой летун подозрительно бледный и обмякший… да и вообще, кажется, потерял сознание ещё пару мгновений назад. Либо его задело чуть сильнее, либо просто не хватило сопротивлений.

— Дерьмо, — мысленно вздохнул я, глядя как мы уже не просто снижаемся, а вполне полноценно падаем.

Маны ноль. Времени на раздумья ноль. Ну, может, чуть больше нуля. Прижав руку к груди, я нащупал собственный накопитель, наспех зашитый во внутреннем кармане (мало ли, выпадет в воздухе — где его потом искать?). Ткань сильно мешала удерживать ровный поток маны, так что, несмотря на напряжение всех сил, за отведённое мне мгновение я успел вытянуть буквально единиц тридцать. Ну, вкладывать эти крохи в Полёт или Реку теней особого толку нет… так что, подняв руку, я извернулся и отвесил пощечину своему партнеру, одновременно использовав Восстановление. Давай, дружище, спасай наши задницы!

Дальнейшее заняло считанные секунды, но в моём восприятии почему-то растянулось так, словно я активировал слабенькую версию Ускорения. Хотя двигаться с такой же скоростью я всё равно не мог, но вот увидеть и прочувствовать каждый момент — более чем.

Вот летун встряхивает головой и осоловело моргает: моё заклинание хоть и мощное, но всё же действует не мгновенно.

Вот в его глазах медленно проступает понимание ситуации, а вместе с ним — ужас и паника. Он рефлекторно дёргается, и лишь недавно прекратившаяся болтанка начинается вновь: нас закручивает вокруг своей оси и мы штопором мчимся к быстро приближающейся земле. Относительно пологое снижение окончательно превращается в падение.

Мир закручивается вокруг, сливается в мутную полосу, из которой взгляд периодически выхватывает отдельные яркие фрагменты. Голубой кусок неба, слепящий блик весеннего солнца, случайное белоснежное облачко, зелень травы, покрывающей равнину под нами… фиолетовая вспышка маны, ухваченная мистическим взором.

Последняя вселяет робкую и немного вялую надежду. Не знаю, что успел сделать мой напарник, но что-то успел. Скорость падения резко замедлилась, я почувствовал на мгновение, будто меня растягивают