Игры мажоров. "Сотый" лицей - Дина Ареева

идем, — заговорил Шведов. — Посмотри на меня, Даша. Хочешь, отходи в комнату, мы будем разговаривать отсюда.

Негромкий хриплый голос подействовал на нее отрезвляюще, и она распахнула глаза. Сергей смотрел с таким напряжением, что ей впервые подумалось, чего ему стоило сюда прийти. Илья тот стоял с вежливым и немного скучающим видом.

Наваждение испарилось, исчезла темная комната, удушающий мужской запах и прерывистое рваное дыхание.

Она снова была у себя дома, в съемной квартире, где есть комната ее дочери. Уже совсем большой девочки, которая нуждается в ней как никогда. Это придало силы.

— Я в порядке, проходите, — сиплым голосом сказала Дарья и направилась к двери. У проема покачнулась и схватилась за откос.

— Может нам лучше остаться здесь? — несмело предложил Илья. Даша никак не могла вспомнить его фамилию. Повернулась и сказала строгим, почти учительским тоном:

— Я же сказала, я в порядке.

— Иди, — подтолкнул его плечом Шведов и двинулся за Дарьей.

Мужчины прошли в гостиную, сели на диван, сама она опустилась в кресло.

— Я слушаю, — удивилась, почему ее голос прозвучал так спокойно и ровно.

— Мы хотели... — Шведов прокашлялся, — я хотел бы сначала...

— Меня не интересуют ваши хотелки, — оборвала его Дарья, — ты обещал рассказать об Андрее. Почему он не может?..

Она не смогла произнести «быть отцом моей дочери». Не повернулся язык. Но Шведов и так понял.

— Мы хотели попросить у тебя прощения, — упрямо продолжил он. — Поверь, мы не насильники. Ни я, ни Илюха. Просто слушай и не перебивай. В тот вечер мы приехали на вечеринку, к нам подошла Катя Ермолова. Она хотела Топольского к себе затянуть. А у него на нее как аллергия была, хоть их родители спали и видели, чтобы их поженить.

— Что? — Дарья даже привстала в кресле. — Катя должна была выйти замуж за Андрея?

— Не то, чтобы должна. Старший Ермолов с Топольскими так хотели, а Андрюха упирался. И Катька нас попросила его позвать, сказала, что будет с подружкой. Нам все равно было, хотелось дальше потусить, на вечеринке было скучно.

— Если бы мы знали, ни за что бы не поехали. Поверьте, Дарья, — неожиданно сказал Илья, он говорил с заметным акцентом. Так обычно бывает у тех, кто долгое время живет за границей. — Катерина знала, что так будет. Она все это спровоцировала.

— Она подмешала нам какой-то дряни. Всем, и тебе тоже, — хмуро продолжил Шведов. — Андрею вообще ударную дозу вкатила, он почти сразу отрубился. Его не было с нами когда мы... когда мы с Ильей тебя...

— И вы знали? — перебила Дарья, не в силах это слышать. Голос дрожал, слезы подступили к самому краю. — Вы все это время знали?

— Поймите, Дарья, она все заранее спланировала, — вновь вмешался Илья, он был взволнован не меньше Дарьи.

— Да, эта стерва очень точно рассчитала, — кивком поддержал его Сергей. — Когда мы пришли в себя, вообще не помнили, что было ночью. Ермолова тебя уже увела. А когда вспомнили, у нас был полный шок. Мы же понимали, что это тюрьма. И тогда она предложила все обыграть так, будто Андрей тоже участвовал. Мы с Илюхой были так напуганы, что согласились, не раздумывая.

— Но зачем? — потрясенно спросила Дарья.

— Чтобы ему тоже грозил срок. Мои родители были далеко не такими влиятельными как отец Топольского. Родители Ильи хоть и профессора, но профессор не прокурор. И Ермолова оказалась права, Топольский нас отмазал.

— А Кате это зачем было? — не могла поверить Дарья.

— Она считала, что родители надавят на Андрея, и он женится на ней. Топольские надавили, только Андрей женился не на Катьке, а на Янке, ее старшей сестре.

— А Никита?..

— Никита их с Янкой сын. Яна умерла после родов, и Топольский по итогу женился на Катьке. Она все-таки добилась своего.

— Но как же Андрей... — не могла прийти в себя потрясенная Дарья. — Как он поверил? Если он спал?

— Ермолова попросила помочь его раздеть, ну а дальше она уже сама... Слушай, не заставляй меня вслух произносить то, о чем ты вполне можешь догадаться, — неожиданно отвел глаза Шведов.

В гостиной повисла липкая, удушающая тишина. Дарье снова стало не хватать воздуха, она часто задышала ртом. Шведов внимательно на нее посмотрел, но промолчал.

Тишину нарушил Илья.

— Дарья, я очень сожалею, что так получилось. Если окажется, что ваша дочь от меня, я готов ее поддерживать...

— Она моя дочь, — перебил его Шведов, — я просто уверен.

Он обернулся к Дарье, и та даже отпрянула. Ее как вживую опалило огнем, которым пылали его глаза.

— Мы с Машей случайно встретились. Я ехал в машине, а она на светофоре стояла. С картонкой. «Продам счастье. Дорого», представляешь? — Сергей провел ладонью по лицу, будто смахнул что-то. Дарья сидела, не дыша, и не смела пошевелиться. — Сам не знал, почему окно открыл. Никогда по дороге не открываю, а тут как будто изнутри что-то толкнуло. Это я теперь понимаю, почему, а тогда не знал. Торкнуло меня, понимаешь? Купил я у нее это счастье, а она забавная такая, год гарантии мне пообещала. Выходит, не обманула...

Он закрыл руками лицо, Дарья продолжала непонимающе таращиться. Он вообще о чем? Какой светофор, какая картонка? Что ее девочка делала на перекрестке среди машин?

— Я потом часто ее вспоминал, эту девчонку со счастьем. Пока они с малым Топольским мою машину не угнали.

У Дарьи было ощущение, что она сейчас потеряет сознание.

— Как... как... что значит... Как это, угнали? — едва сумела выдавить.

— Вот так, — отнял руки от лица Шведов, — вскрыли машину, сели за руль и перегнали на соседнюю улицу от ресторана, в котором я ужинал. Хорошо, моя охрана быстро среагировала. Я сразу Никиту Андрюхиного узнал, смотрю — с ним девчонка знакомая. А потом спросил ее, как зовут маму.

— У нас другая фамилия... — слабо запротестовала Дарья.

— Я следил за тобой, Даша, — жестко прервал ее Шведов. — Фамилию следователя, который вел дело, знал. Потом узнал, что ты вышла за него замуж.

— Зачем? — тихо спросила она.

— Не знаю. Наверное, замаливал грехи. Тебя я