Поступь крови. Перерождение. Том 2 - Вик Романов

— А вы не видите⁈ — воскликнула она и резкими движениями вытерла слёзы. — Плачу! Что, нравится⁈ Будете злорадствовать? Не сдерживайтесь, давайте! Посмейтесь!

— Да не буду я смеяться, — смутился Реликтов.

— Неужели? — Мария встала и подошла к нему вплотную. — Почему вы недолюбливаете мою семью?

— Глупости…

— Глупости! — перебила она и рассмеялась. — Признавайтесь немедленно! Иначе… иначе… Я вызову вас на дуэль!

— Как в духе Артемьевых! Заносчивость передаётся половым путём?

— Ну конечно! Артемьевы портят всё просто своим существованием! — Мария всплеснула руками и неожиданно для самой себя разрыдалась и осела на пол. — Твари, твари… Какие же твари!

Реликтов вытаращился на неё, приоткрыв рот. Минуту или около того он тупо смотрел, как она плачет, а потом всё-таки присел перед ней на корточки и неловко положил ладонь на плечо:

— Эм, успокойтесь… Вы чего? Что-то случилось?

— Конечно, что-то случилось, болван! — всхлипнула Мария, оттолкнув его руку. — Радуйтесь, скоро меня здесь не будет! Можете устроить праздник.

— Прекратите истерить! — Реликтов потёр виски, будто у него разыгралась мигрень. — Просто расскажите, что произошло?

— Ну, если вам так интересно, — Мария скривилась и отчего-то послушалась. Даже немного перестаралась — она рассказала не только об обрезанном десятисекундном видео, но и о Гришке, который годами тянул из неё деньги и обещал сыну герцогский титул. Вывалила на растерянного Реликтова всё, что на душе накипело.

— Что ж… — пробормотал Реликтов, когда она замолчала. — Наверное, мне стоит попросить у вас прощения. Возможно, я и правда болван.

Глава 21

— Что ж… — пробормотал Реликтов, когда Мария замолчала. — Наверное, мне стоит попросить у вас прощения.

— Что? — она подняла голову и с недоумением нахмурила брови.

— Попросить прощения, — повторил Реликтов и поджал губы. На его лице появилось виноватое выражение. Кабинет освещал только уличный фонарь, но даже в этом тусклом свете было видно, как сильно он покраснел от стыда. — Произошло недоразумение… Ладно, нет. Я допустил ошибку. Сделал поспешные выводы. Видите ли, у меня с Артемьевыми долгая история. Чем-то похожая на вашу.

— Вы влюбились в их дочь, и она вытянула из вас все соки? — хмыкнула Мария. Она успокоилась, и о том, что она недавно плакала, напоминали лишь опухшие глаза.

— Хуже, — поморщился он. — Моя семья — побочная ветвь Рода Артемьевых. Обычно это означает покровительство аристократов и различные привилегии. У них зимой снега не допросишься. Плюс к тому они скидывают на побочные семьи свои косяки. Мои родители были постоянно в чём-то виноваты. Другие побочные семьи катались как сыр в масле, а мы… — он махнул рукой. — Отец более-менее держал семью на плаву, но потом материализовался Гришка Артемьев. Точнее, он и раньше был, но в тот год достиг совершеннолетия. О нём говорили, как об очень перспективном молодом человеке, и сулили славу и богатство.

На этих словах Мария невесело рассмеялась:

— В своё время он был воплощённым очарованием. Не в смысле красавчик, а харизма, интеллект, манеры. И куда всё сплыло?

— А было ли оно? — Реликтов скривился. — Мне кажется, он притворялся. А потом ему надоело и из него полезли черти. Но мой отец был им заворожён. Он считал, что Гриша всё изменит. Что при нём побочные семьи получат заслуженную награду за службу Роду. Я только и слышал: «Молодой господин то, молодой господин сё». Отец забыл обо мне и нянчился с ним как с родным сыном.

Он замолчал и спрятала лицо в ладонях.

— Погодите… — изумилась Мария. Её глаза широко распахнулись. — Я вспомнила!

Реликтов жестом прервал её и произнёс:

— Я расскажу.

Мария кивнула. Человек перед ней исповедовался, и ему это было необходимо.

— Гришка предлагал моему отцу всякие авантюры, и сперва они даже заканчивались успехом. У нашей семьи появились деньги. В то лето мне вылечили все зубы, — Реликтов с ностальгией улыбнулся. — Но вскоре Гришка вляпался в дерьмо. Возможно, если бы я был рядом… — он ударил кулаком по столу. — Но я был обидчивым юнцом и отстранился от семьи. Держался подальше от отца и старательно притворялся, что мне никто не нужен. А тем временем Гришка уничтожал нашу семью изнутри. Отец считал, что тот просто оступился, и продолжал ему безоговорочно верить. Гришка наглел. И в один непрекрасный день к нам постучалась полиция. Гришка обокрал Род и свалил вину на моего отца.

— Что стало с вашей семьёй?

— Правильнее спросить: что осталось от нашей семьи, — поправил Реликтов. — Ноль. Зеро. Отца посадили, и он умер в тюрьме. У мамы случился инфаркт из-за переживаний. Она слегла и тоже умерла через пару лет. Сестра сбежала за границу. Остальные родственники отдалились и притворились, что нас вообще не знают. Некоторые даже изменили фамилию, чтобы их с нами никак не связали.

— Мои соболезнования, — вздохнула Мария. — В духе Григория. Я встречалась с ним, когда это произошло. Его рассказы были диаметрально противоположными. Он говорил, что ваша семья втёрлась к нему в доверие и нагло надурила. Я безоговорочно ему поверила и лишь потом поняла, что все его слова