Путь Инквизитора. Том третий. Божьим промыслом - Борис Вячеславович Конофальский

«Молодые наглецы знают, что я сидел рядом с герцогом на ужине, вот и ластятся!»

Но, судя по всему, он ошибся, так как к нему стали подходить молодые люди из тех, что были с ним на ужине, они были на удивление приветливы, тут же вспоминали с восторгом вчерашний вечер, и Волков пожимал им руки, как добрым знакомцам.

— А-а-а… — заревел молодой и сильный голос совсем недалеко от генерала, — барон явился! Кто-нибудь, зовите принца! — И сильные руки сзади схватили Волкова за плечи. Это был граф де Вилькор. — Ах, барон, мы все только и говорим о вас, и вашем грубом фон Готте. Посмотрите на них на всех, — граф обвёл рукой собравшихся, — они все сожалеют, что вчера не были приглашены Георгом Альбером на нашу жуткую солдатскую попойку. А-ха-ха…

«Чёртовы сопляки, думают, что ужин с дорогим вином, вырезками и жареными дроздами — это солдатская попойка. Солдатская только лишь потому, что перепились на ней до рвоты!»

И тут всех отодвигает в стороны:

— Простите, господа, простите, господа, — к Волкову приближается Георг Альберт. Так же, как и граф де Вилькор обнимает генерала. — Ах, друг мой… — Его рубаха влажна и грудь открыта, пряди прилипли ко лбу, принц разгорячён, видно, он только что играл. — Я так рад вас видеть.

— Я послал вам благодарность, принц. У вас всё в порядке? — Интересуется Волков.

— Да, я получил ваше письмо… О… — Молодой человек закатывает глаза. — Если бы вы знали, как меня сегодня поутру отчитывала матушка за нашу славную солдатскую попойку! За наши ночные кутежи в городе!

«Вот молодой болван, чему он радуется?!» — Генерал не сомневается, что герцогиня в курсе, что он лично присутствовал на вчерашнем вечере. А Её Высочество, как известно, трепетная мать, которая очень переживает за своих детей, и генерал понимает, что она этот кутёж её сынка непременно ему припомнит. Тем не менее он улыбается принцу:

— А почему же вы уехали, не захватив своего кубка? — продолжает радоваться встрече принц.

Волков хлопает себя по лбу:

— Из головы вон, выпил лишнего.

— Барону было не до кубков, — смеётся де Вилькор. — Его у нас похитила ваша настырная кузина, принц.

— Кузина? — его Высочество раскрывает в изумлении глаза.

И все, кто стоял рядом, а было тех людей ни так уж мало, слышат это, а у генерала холодеет сердце: да что же за болтуны такие! И всё что он может сделать, так это лишь покачать головой и сказать:

— Вы ошибаетесь, дорогой граф.

Но глупый граф не соглашается:

— Так она возле вас вертелась до тех пор, пока вы, барон, с нею с ужина потом не исчезли.

— А-ха-ха… — заливается смехом Георг Альберт. — Узнаю свою кузину, раз уж кого решит заполучить, так и заполучит.

Но Волков качает головой:

— Нет-нет, господа, я поехал домой один.

И вдруг одна из молодых придворных дам, очень к тому же хорошенькая, и говорит:

— Может вы и поехали домой один, но фон Сольмс всем рассказывает, что ночевали вы у неё, барон. — И потом дева добавляет, чуть насмешливо: — Поехали вы, наверное, домой, да видно, сбились с пути.

И это её замечание, на взгляд Волкова, не так чтобы и остроумное, у собравшейся молодёжи вызвало взрыв хохота. На что Волков лишь отвечает, разводя руками:

— Возможно… Госпожа фон Сольмс… Пошутила…

Это вызывает у молодёжи ещё больший хохот, и принц хохочет больше всех, а та же смазливая девица, едко похихикивая, добавляет огня:

— Видно, барон, вы плохо знаете нашу фон Сольмс. Она на сей счёт никогда не шутит!

А принц, видя, как Волков растерялся после слов красотки, так начинает его успокаивать:

— Ах, не переживайте вы так, барон, от моей кузины никто ещё не уходил, она с детства была настырной и болтливой, уж чего захочет, так того обязательно достигнет, а потом всем про то ещё и расскажет. Ну, да Бог с нею, давайте лучше поговорим о ещё одной пирушке…

— Что? — генерал всё ещё не совсем в себе. — Ещё одной?

— Именно, — за принца тут начинает говорить де Вилькор, — все те, кто не был на вчерашней, очень расстроились…

— Очень! — тут же подтверждает та самая дева, что только что поддевала генерал шуточками.

И он галантно кланяется ей: я понял.

— Да и те, кто был, — продолжает принц, — хотят повторить веселье. И чтобы ваш фон Готт станцевал его жуткую жигу.

— Ну что, барон, закатим ещё один солдатский пир? — с надеждой интересуется де Вилькор. — Хорошее вино я обещаю.

А Волков смотрит сначала на него, а потом на принца и говорит:

— Господа, прошу меня простить, но мне нужно сказать пару слов его высочеству.

Молодёжь, хоть и нехотя, отпускает их, и генерал с принцем отходят в сторону.

⠀⠀

⠀⠀

Глава 19

⠀⠀

Отведя молодого человека в сторону, Волков спрашивает у него:

— Ваше Высочество, а вы ещё думаете о вояже в южные провинции Ребенрее?

— Конечно, барон, я о том всё время думаю, — убеждённо отвечал генералу принц.

— Может тогда нам немного повременить с устройством пирушек? Уж, не думается мне, что вашей матушке или отцу, они придутся по нраву, и я не уверен, что курфюрст, согласится вас отпустить в путешествие, коли вы будете так веселиться, — продолжал Волков.

— Вы полагаете? — начинает задумываться Георг Альберт.

— Полагаю? Да я в этом уверен, — твёрдо заявляет Волков. — Ваш отец подумает, что вырвавшись из-под его крыла, вы в каждом городе будете кутить подобным образом, и то несомненно нанесёт урон репутации всей семье. Или вам так не кажется, принц?

— Ах, как вы правы! — воскликнул молодой человек, убирая прядь волос со лба. До него дошло это противоречие. — Я о том и не подумал.

— А думать вам уже пора начинать, ваш отец необыкновенно умён, думаю, что это и у вас получится.

— Вы считаете мой отец умён? — ещё прибывая в некоторой растерянности после осознания ситуации, спрашивает принц.

— Иной раз умён до неприятного, — уверяет молодого человека генерал и уже меняя тон, продолжает: — И, кстати, если вы собираетесь посетить графство Мален, мне желательно бы знать точную дату вашего визита в город.

— Точную дату? — переспрашивает Георг Альберт.

— Конечно, я хочу подготовить бал к вашему приезду, а это за день или два не сделать, — говорит ему Волков.

— Ну, да… Ну, да… Но мы с де Вилькором ещё не назначили день отъезда. Ещё и не думали о том.

— Так надо уже думать, — почти назидательно произносит генерал. — Хочу вам