Время Воронов - Светлана Алимова

убивают. Прошлый Прекрасный Принц потерял больше десяти соратников. Если я проиграю, то тебя в живых не оставят.

— Я — наемник и уже сотню раз мог помереть. Это все равно случится в бою. Пусть уж бой будет достойный. Это хороший город, и мне не нравится, что он во власти этих тварей. Я только сейчас понял, что мой прошлый хозяин неспроста так их боялся. Они захватчики, и рассчитывать на их «милость» глупо. Я знаю, что опозорился, но докажу, что достоин стать твоим соратником. Выбирай время: устроим тренировочный бой. Я покажу тебе свою силу. Со мной твоя спина будет прикрыта.

Нил подумал и кивнул.

— Идет. Покажи на что способен.

Бой прошел отлично, Нил остался доволен. Рассказал и показал, как сражаться с Воронами, какой магией они пользуются и как вытягивают жизненные силы. За Шарлоттой посоветовал пока не гоняться: толку от этого не будет, снова побьют и все. Нужно было дождаться Времени Рыцарей. Пару раз Рудольф видел драную девку в городе, и она насмешливо посылала ему воздушные поцелуи. Чертова стерва! Опозорила перед всем городом! А с другой стороны, он повелся как сопляк на первые в жизни титьки. Сам виноват.

Однажды они столкнулись с Шарлоттой будучи вместе с Нилом, и Рудольф изумился, с какой смесью злобы и страха она смотрела на него.

— Так чего ты ей сделал-то?

— Ничего, — Нил был удивлен, — я раньше не встречал эту Воронессу.

— Но что-то же было, раз она меня на тебя натравливала? За что мстит-то?

— Давай спросим у нее самой.

Но стоило Нилу сделать несколько шагов к Шарлотте, как она бросилась бежать и быстро затерялась в толпе. Рудольф одобрительно расхохотался и хлопнул того по плечу.

— Молодчина!

Нил нахмурился.

— Не понимаю. Что это с ней?

— У тебя репутация покруче моей будет. Ты же будущий Принц. Небось, испугалась, что ты ее убьешь.

— Я не буду этого делать. Кстати, а как ты собираешься сводить с ней счеты, если представится такая возможность? Не убьешь ведь?

— Нет, — махнул рукой Рудольф, — даже не знаю. Не бить же. Может, тоже без шмоток на улице брошу. Пусть над ней все смеются, как надо мной. Хотя, если заплачет и как следует попросит прощения, можно и без этого обойтись.

А там может и чего сладкого перепадет.

Нил взглянул на него и едва заметно усмехнулся.

— Осторожнее, Руди. Эта женщина опасна. Смотри, как бы второй раз не оказаться голышом в парке.

Рудольф скис.

— А и черт с ней. Мало их что ли в городе?

— Вот это правильный подход.

Нил Рудольфу нравился. Честный, смелый, неглупый, от драки не бегает, но попусту в нее не лезет. За таким можно пойти. На такого друга можно было положиться.

Они стали проводить много времени вместе: обедали в «Дрянной сове», тренировались вместе, иногда заглядывали ночью в парки, проверяя, не жрут ли Вороны людей. Постепенно над Рудольфом перестали смеяться: город жил своей жизнью и о незадачливом наемнике позабыл.

Со службой у него все еще не ладилось: в охрану больше не брали, и приходилось перебиваться разовыми заданиями. Нил предложил замолвить словечко в страже, но Рудольфу такое место не подходило: он был вольной птицей и ненавидел муштру. Так что когда его позвали сопровождать богатого торговца в соседний город, он с радостью ухватился за этот шанс. Заплатить обещали неплохо, кормежка бесплатная, чего еще желать? Он предупредил Нила, что уедет на пару недель, но через месяц-полтора обязательно вернется.

— Удачи, Руди, — немного рассеянно пожелал Нил. Он был погружен в какие-то свои раздумья. — Не забудь вернуться ко Времени Рыцарей.

— Оно же только через три года будет, — хохотнул Рудольф, — Силвербридж не на краю света. Вернусь, соскучиться не успеешь.

— Если передумаешь становиться Рыцарем, я пойму, — неожиданно сказал Нил, — ты мне слова не давал и ничем не обязан.

— Это еще что за речи? Раз я сказал, что буду твоим Рыцарем, значит буду. Моему обещанию можешь верить.

— Тогда возвращайся. Я буду рад этому.

Рудольф благополучно выполнил задание, получил щедрую плату и не менее щедрое предложение: поработать в охране еще два месяца. Охотно согласился: заработать стоило побольше, чтобы не сосать потом лапу в городе. Объехал с торговцем еще несколько городов. В Лихтпорте встретил старого боевого товарища и загудел на две недели. Потом нанялся на корабль: за китовую охоту опытным морякам платили чистым золотом. Да и весело: давно он не был в море. А как вернулся на сушу, прилип к смешливой, рыжей вдовушке и просадил на нее все деньги. Полгода счастья — и она его выставила. Женщины! Пришлось снова впрягаться в охрану, чтобы свести концы с концами.

Иногда он вспоминал, что обещал хорошему парню Нилу поучаствовать в какой-то серьезной драке, но та планировалась года через три? Два? Рудольф позабыл и не спешил возвращаться. А куда торопиться? Успеет.

В город он вернулся только через год. Снял жилье, забросил туда вещи, выглянул в окно и все вспомнил.

Горестно выругавшись, бросился искать Нила.

Идиот беспамятный, снова опозорился! Столько болтал, а выполнить обещанного не смог! Ну как так можно? А может и не страшно? Рано же, есть еще время! Перед Нилом он извинится, Нил — свой человек, поймет. И никаких бед дурость Рудольфа не принесет.

Он немедленно направился к дому Нила, но проходя по его улице, услышал знакомый голос. Свернул к каким-то грязным развалинам и оцепенел.

Окровавленного Нила избивал Ворон. Нил еще держался, но было видно, что из последних сил. Наконец пропустил удар, пошатнулся и едва не упал.

Рудольф, яростно взревев, бросился на помощь.

— Оставь его, жопа крылатая! Убью, тварь!

Ворон уклонился от удара его клинка и ощерился.

— А ты кто такой? Проваливай, пока не стал следующим!

— Я тебя самого сейчас в землю провалю!

Больше Рудольф не болтал: бил без остановки. Ворон выстрелил в него черным пламенем, обжег плечо, затем попал в грудь. Рудольф заорал от боли и пошел напролом, как таран. Что ему боль? И крепче доставалось! Пока живой, будет драться!

Ворон отступил. Взлетел, раскрыв огромные черные крылья. Завис в воздухе, тяжело дыша. Тут только Рудольф заметил, что он тоже был потрепан: на лице кровь, в плечо всажен нож.

— Я тебя запомнил, ублюдок, — процедил Ворон, — даю сутки, чтобы убраться из города. Потом найду и распотрошу, а труп на городской площади повешу!

— Пошел ты!

Ворон сплюнул, промахнулся, затем бросил полный ненависти взгляд на Нила и улетел. Рудольф прокричал ему вслед несколько оскорблений и обернулся к раненому