Линкор "Альбион" - Борис Вячеславович Конофальский

под подоконник, там нашлось им местечко, ещё одну, перемазав сажей рукав нового платья, прячет в печку, к трубе, постороннему там их точно найти будет непросто. Оставшиеся деньги кладёт к себе в кошелёк.

Теперь пистолет. Шестимиллиметровый двухзарядный пистолетик системы Порфирьева всегда был при ней, его приходилось прятать под юбку платья, а это было неудобно. Случись что – и придётся задирать подол, чтобы достать оружие. А это время, драгоценные секунды. Нужен был карман. Или ридикюль, который всегда будет висеть на руке. Дева достала из коробочки четыре патрона к пистолету и спрятала их себе в новую шляпку, за внутреннюю ленту. Они там держались плотно. Пистолетик, на всякий случай проверив, она снова спрятала под подол. Пусть хранится пока там. Пока она не придумает, как с ним быть.

Всю свою одежду она разложила на кровати, даже ту, что отобрала у проститутки. Она её постирала, но всё равно ей было немного неприятно прикасаться к этим вещам. Тем не менее девушка и не подумала от неё избавляться. Пусть будет. После этого Зоя, достав карандаш и блокнот, села за стол писать список необходимых покупок. И список получался немаленький. Ведь ей были необходимы постельные принадлежности, ридикюль для пистолета и других вещей, которые могут понадобиться девушке в любую минуту, румян и зеркальца, например. А ещё хоть какая-то посуда, ну, хоть кофе сварить, продукты. И хоть немного керосина для плитки. В общем, список был немаленький, и она решила выйти за покупками, а заодно ознакомиться с новым для себя районом.

***

На своей белоснежной рубашке он уже поставил крест, как и на своём неплохом жилете. А вот добротный сюртук брат Аполлинарий, конечно же, снял. Лодка ему нравилась – крепкая, относительно новая и недорогая. Паровой движитель был в порядке, и Аполлинарий Антонович в этом убедился сам, когда вместе с хозяином судна вывел его на середину реки и стал закидывать в топку уголь лопату за лопатой, поднимая и поднимая давление в котле.

- Эй-эй, герр Вайс, - хозяин лодки постукивал ногтем по стеклу, - стрелка уже в красной зоне. Может, вы включите предохраняющий клапан?

- Ничего-ничего, герр Бауэр, - отвечал ему брат Аполлинарий, похлопав вентиль на клапане, - обойдёмся без него; уверяю вас, герр Бауэр, такое давление этот котёл должен держать играючи. Вот я и хочу посмотреть, на что он способен. Вы ведь говорили, что ваш котёл компании «Фердинанд Пэ».

- Так-то оно так, вон на стекле табличка фирмы, можете посмотреть, - чесал нос чёрной от угольной пыли рукой продавец, - но уж больно вы раскочегарились. Вы зря заглушили клапан, лучше нам включить его.

И вправду, баркас шёл против течения так, словно бы летел над водой, лишь за кормой белел бурун да стук механизмов разносился над рекой. Но покупатель лишь качал головой в ответ: нет, клапан нам не нужен. На что продавец лишь вздыхал, поглядывая на манометр.

- А что, герр Бауэр, - перекрикивая шум двигателя, кричал Квашнин, - сколько тонн возьмёт ваш баркас?

- Четыре тонны по паспарту! – так же криком отвечал ему хозяин лодки. – В четырёх тоннах не сомневайтесь.

А Аполлинарий Антонович покивал головой: понял, понял. Затем поправил свой котелок и снова взялся за лопату, распахнув перед этим створки печи.

Теперь хозяин лодки даже привстал:

- Герр Вайс, это уже слишком, мы играем с огнём! Вы только поглядите сколько показывает прибор!

Но брат Аполлинарий словно не слышал его, он закинул ещё одну лопату угля, а потом и ещё одну, взглянул на спидометр: сорок три. И только после этого прокричал:

- Герр Бауэр, сядьте и держите крепче руль, всё в порядке, я инженер, я знаю прочность этих котлов.

Может, он наверняка и не знал про крепость котла, но понимал, что на небольшой дистанции котёл должен выдержать такое давление. Должен выдержать; толкать тяжёлую лодку ему придётся немного, но уж толкать он её должен изо всех своих стальных сил.

А тем временем стрелка манометра просто упала вправо, шкала прибора не была рассчитана на то давление, что образовалось в котле. Котёл подавал на механизм и на вал такую силу, что нос баркаса поднялся над водой на полметра, не меньше, и со стороны проплывающим вниз по течению судам казалось, что лодка летит над волнами; а чёрные клубы дыма из трубы встречный воздух просто разрывал в клочья, не давая собираться в шлейф.

Спидометр показывал неслыханные и не предусмотренные конструкцией сорок семь километров в час.

- Скиньте давление! – закричал продавец, не выдержав напряжения. Он бросал изумлённые или даже испуганные взгляды то на спидометр, то на манометр, то на этого сумасшедшего покупателя – только бы он не начал опять кидать уголь в топку. – Герр Вайс, скиньте давление, вы нас убьёте!

Только после этого Квашнин взглянул на хозяина лодки удовлетворённо, как будто всё это он проделывал для того, чтобы напугать продавца. Квашнин, к радости герра Бауэра, крутанул вентиль, разблокировав предохранительный клапан, тут же в воздух со свистом вырвалась двухметровая струя пара, манометр сразу вернулся в своё нормальное состояние, и нос лодки сразу опустился; она всё ещё летела, рассекая воду, но спидометр теперь показывал вполне обычные тридцать один километр в час.

На реке было свежо, но хозяин баркаса был весь мокрый, он даже достал из кармана не очень чистую тряпку– такие тряпки есть у всех, кто работает с паровыми машинами, – и вытер ею себе лицо и шею. И смотрел, как этот чёртов Вайс смеётся, глядя на него, и говорит:

- У вас неплохая лодка, герр Бауэр.

- Надеюсь, вам понравилась, - буркнул продавец.

- Понравилась, понравилась, – заверил его покупатель. – Уж не взыщите, но я всегда проверяю то, что покупаю.

«Ты просто сумасшедший!», - подумал продавец, но ничего вслух не сказал.

- Так сколько, вы сказали, лодка берёт груза? – спрашивал у владельца покупатель.

- По расчёту изготовителя – четыре тонны, - отвечал герр Бауэр. – Но я возил в ней и больше.

- Больше – это сколько?

- Четыре с половиной.

- А пять она возьмёт?

- Думаю, что не потонет, это хороший баркас, – эти разговоры не очень нравились продавцу: вдруг этот сумасшедший теперь откажется брать лодку, сославшись на то, что ему нужно, чтобы баркас принимал на борт пять тонн. Но он зря волновался.

- Так сколько вы хотите за свой баркас, герр