Прости, мне придется убить тебя - Катерина Траум

каждый вскрик. Как же быстро он стал зависим. Как же она нужна ему.

— Говори уже.

— Ты, я и душ, — загадочно улыбнувшись, Гвен чмокнула его в уголок рта. — Сейчас. Пошевеливайся, напарничек, — откровенно насмехаясь над этим словом, она обвила его плечи руками.

Хантер с нескрываемым облегчением подхватил её под ягодицы и поднялся с пола вместе с ней. О, это будет взаимовыгодное и взаимоприятное сотрудничество, он не сомневался.

* * *

Серебристый байк с утробным рычанием остановился возле уже знакомой кирпичной постройки в заброшенном районе трущоб. Гвен тут же торопливо разомкнула руки, которые всю дорогу обхватывали поясницу водителя, пытаясь удержаться на бешеной скорости. Соскочив с сиденья, она едва не подпрыгивала на месте от восторга:

— Обалденно! Чёрт, завтра же куплю себе мотоцикл! — в запале адреналина пообещала она, словно не замечая довольной ухмылки Хантера. — На обратной дороге за рулём я!

— Ага, размечталась! — презрительно фыркнул он, забирая у неё шлем и вешая на руль. — Ещё я всяким козявкам свой байк не доверял…

Ощутимый удар кулаком в плечо заставил его притворно охнуть, оборвав на половине всё, что вертелось на языке. Например, что даже когда представил Гвен, несущуюся по улицам с такой же скоростью, с какой водил он сам, в груди зашевелились абсолютно противоречивые эмоции. Первая — дурочка разобьётся, украсив своими довольно ценными мозгами асфальт. Вторая — чёрт, как же она будет дико сексуально смотреться. А если ещё и прижаться к ней сзади, наслаждаясь сразу двумя самыми будоражащими кровь вещами: ветер в лицо и невозможная девчонка…

Тряхнув головой, Хантер поставил мотоцикл на подножку.

Гвен же поправила рюкзак на плече и совершенно наглым образом направилась к двери гаража. Хитро прищурилась, чувствуя спиной тяжёлый взгляд Хантера. Показать наглядно, до какой степени она проникла в его жизнь, продемонстрировать свой уровень.

Ввела код на панели, и громкий щелчок оповестил, что он даже не удосужился сменить его. Гвен не хотелось признавать, но она безмерно кайфовала от каждого мгновения, и неважно, что происходило: залепляли они друг другу ранки, смывали ли с тел кровь, неслись в трущобы или перекидывались подколами.

Которых, впрочем, за это утро уже было достаточно, особенно когда Хантер поделился, какую именно лапшу навешал полиции. Она даже не знала, от чего хотелось смеяться больше: что назвал её своей девушкой или что свалил вину на кареглазую проститутку.

— Как же ты додумалась до пароля? — не удержался он, наблюдая, как ловко Гвен юркнула в его убежище, по-хозяйски включая свет. Всё-таки она его бесила, маленькая вредная заноза в заднице.

— Хантер, я просто изучила твою биографию: также, как ты мою. И судя по ней, ближе сестры у тебя нет никого, — она пожала плечами, ощутив укол зависти. У неё так и вовсе никого никогда не было рядом. — Кстати, она не знает о случившемся?

— Нет, я не стал беспокоить. Мне сообщили, Трейси звонила, но я сразу понял, что это ты. Конспирации ноль, детка, — отчитал он её, получив в ответ недовольный взгляд: — Пол приходил, но ему я сказал то же, что Миллеру.

— Выходит, никто из твоих окружающих не в курсе… всего?

Гвен многозначительно кивнула на стол и висящую над ним доску со сведениями о себе. Уж она чётко осознавала, каково это — хранить подобный секрет. Играть роль изо дня в день, притворяться. Чтобы ночью брать в руки оружие и удовлетворять потребность в крови. Это хуже наркомании и любой другой зависимости.

Потому что не лечится. Поделиться подобным с кем-то, иметь возможность говорить впервые в жизни так открыто — уже невообразимое чудо.

— Сама как думаешь? — немного грустно вздохнул Хантер, подходя к так тщательно и долго собираемым бумажкам. Пряча лицо, начал безжалостно срывать их, кидая на стол: — Такие вещи не обсуждают за завтраком. «Эй, Пол, вчера я перерезал горло Эскобару Ли, вот умора, да?», — передразнил, сам же поражаясь всколыхнувшемуся яду в венах.

Тотальное одиночество было обоюдной слабой точкой.

— А свалили на меня, — только и хмыкнула Гвен абсолютно беззлобно.

Говорить больше не хотелось, и она присоединилась к Хантеру, очищая доску от ниточек и заметок. Плечом к плечу, слегка соприкасаясь. Изредка морща нос, когда попадалась очередная фотография с трупом — такими, синюшными и мерзкими, она их никогда не видела. Эмоций они не вызывали, но вот так, собранные в кучу, навевали довольно мрачные мысли. Молчание не тяготило, и только когда Хантер уже потянулся к гвоздю, на котором висела вся конструкция, она перехватила его запястье:

— Подожди. Может ещё пригодится.

— Кстати да, нужно обмозговать, как мы поступим дальше, — согласился он и прислонился спиной к стене, складывая руки на груди: — Итак, у нас есть мисс Вирджиния Гонсалес, девушка, находящаяся под прикрытием полиции, звания и денег отца.

— А ещё она наркоманка, — добавила Гвен, подхватывая нить, и брови Хантера удивлённо поползли вверх:

— Серьёзно? Есть доказательства? — такого очевидного шанса он не ждал. Как и столь элементарного исхода.

— Нашла у неё порошок в спальне, когда зашла проверить ноутбук, — честно рассказала Гвен, испытывая непередаваемое, искрящее удовлетворение от того, что можно не лукавить: — Не знаю, как давно она сидит, но…

— Тогда я без проблем найду её дилера, который может дать анонимное интервью, закопав Вирджинию в дерьмо по самую макушку, — хищно оскалился Хантер, почуяв азарт новой охоты. Дрожью по нервам, пульсацией под кожей. Как же всё-таки долго он уже ждал жертву, столько времени не давал себе волю. В груди застучало чаще, мысли мелькали калейдоскопом, вариант за вариантом: — Я знаю каждого местного барыгу лет с десяти.

Он не стал уточнять, что именно с такого возраста мамочка посылала его за дозой. Но связи в трущобах у него были внушительные, тот же одноклассник, владеющий баром, вполне способен пробить, как часто и где видели рыжую суку, и у кого она покупала кокс.

Гвен нахмурилась и села на старенький стул, отчаянно скрипнувший ножками. Блеск в глазах Хантера её сильно встревожил. Потому как она знала, что протяни сейчас руку к ящику — и вытащишь его чудовищную коллекцию. Охотник собирался действовать проверенными методами, старыми схемами, и всё бы ничего,