Бывший. Цена твоей любви - Марта Макова

но мать Леона боялась переступить дурацкую черту, проложенную другими людьми. Теми, кто разлучил их с Федотычем много лет назад. А после нашей истории плюнула на предрассудки, осуждение людей её круга и их пересуды, и ушла к человеку, который пронёс свою любовь к ней через всю жизнь. И которого она все эти годы тоже любила. И вышла за него замуж! Теперь она носила фамилию Шевченко. Я была очень рада за них обоих.

А вот я стала Росс! Мы с Леоном сыграли скромную, но очень красивую свадьбу. Счастливый и довольный Миша, как и мечтал, нёс мою фату, как настоящий паж.

Борис к нам во Францию никогда не приезжал. Два раза в год забирал сына на десять дней, чтобы съездить с ним куда-нибудь отдохнуть, а всё остальное время жил в своём имении один. Как граф Дракула в своём замке.

Миша очень быстро стал называть меня мамой. Сначала это были просто оговорки в обращении ко мне. Миша смущался, и каждый раз пытался исправиться на Лиру, но я успокоила его. Сказала, что буду просто счастлива стать для него мамой. Всей правды он не знал, мы решили пока не посвящать его в сложные перипетии некрасивой истории его рождения. Может быть, потом, когда подрастёт. Или никогда. Это было условие Бориса.

Прошлой осенью к нам в Везле приезжали погостить Гриша с Катей со своим малышом, названным в честь деда Галактионом. Галаша или Тиоша, так ласково звала его Катька. Галаш-калаш – дразнил его Гриша за способность выдавать звучные очереди в штанишки. Милый, замечательный малыш, очень похожий на моего сына.

История рождения Миши и поступок Бориса повергли брата сначала в шок, а потом в бешенство. Мне с трудом удалось убедить его не связываться с Борисом. Не мстить, не трогать его. Как бы там ни было – он был отцом Миши, и сын очень любил его.

Моя приёмная семья тоже приезжала к нам в Везле. Дядя Лёша и тётя Марина очень радовались за меня. С обожанием смотрели на Леона и Мишку. Им историю с похищением мы рассказывать не стали. Просто попала в аварию, потеряла память и по счастливой случайности нашлась через четыре года.

– Мадам Росс, Лира, я приготовила для вас чай. – вырвала меня из мыслей наша домработница. Я обернулась и приняла в руки свою любимую чашку с дымящимся над ней ароматным паром.

– Спасибо.

– Что желаете на обед?

– Я не буду обедать, мадам Робер. Подожду Леона с Мишей. Потом вместе поужинаем. – отпила крошечный глоточек чая и снова уставилась в окно.

Скорей бы родить. Мне не нравилось оставаться одной дома. Я любила наши виноградники, обожала проводить на них время вместе с Леоном. Или заниматься дома с Мишей. Только чтобы не одна. В такие дни у меня пропадал аппетит, я жутко скучала и с нетерпением ждала их возвращения.

– Вам нужно хорошо питаться. Я приготовлю для вас лёгкий тыквенный суп. – безапелляционно объявила мадам Робер. – И пирог со смородиной.

– Спасибо. – улыбнулась в спину выходящей из гостиной женщине. Золотой человек. Она чем-то неуловимо напоминала мне мою маму. Может быть несмотря на отказы, упрямой заботой?

******

– Леон, мы скоро поедем домой? Мама, наверное, ждёт нас. – Миша устало плёлся позади меня, а за ним бодро семенила Молли. Вот уж кому неведомо чувство усталости.

– Сейчас ещё к управляющему зайду, и поедем. – пообещал, а сам мысленно прикинул, сколько дел ещё осталось на сегодня. Дааа… Немало. Но вернутся домой прямо сейчас хотел не только Миша. Что-то не давало мне покоя, тревога нарастала как снежный ком. С самого отъезда из дома выкручивала жилы и не давала сосредоточиться на делах. Пожалуй, на разговоре с месье Базелем и закончим сегодняшние дела.

Уже в машине, по пути в город, набрал Лиру. Но отвечать она не спешила. Сигналы вызова шли один за одним и, наконец, трубку взяли. Но вместо моей жены ответила мадам Робер.

– Месье Леон, у вашей жены только что отошли воды. Я везу её в клинику. Рожаем, месье Леон. Ваш сын решил, что пришло время появиться на свет.

Ни капли волнения в её голосе. Железная женщина. А у меня затряслись руки, лежащие на руле, сердце в груди делало кульбит за кульбитом. Лира рожает! Мне срочно нужно к ней. Я притопил педаль газа.

*******

– Лира. – голос Бориса в трубке звучал глухо, безжизненно. – Поздравляю с рождением сына. Я очень рад за вас с Леоном.

Я в панике прижала сына к груди. Наверное, мне никогда не избавиться от этого страха.

– Откуда ты узнал?

Малыш родился чуть больше двух часов тому назад. Как Борис, живущий в другой стране, мог так быстро получить эту информацию? Я даже Грише с Катюхой ещё не сообщила эту новость. Борис следит за нами?

– Мне Миша сказал. Я как раз позвонил ему, узнать, как у него дела.

– Понятно… – я замешкалась, не зная, что ещё сказать Борису. Меня напрягала ситуация. Его неожиданный звонок, в момент, когда я уставшая и измотанная после родов была очень уязвима.

Вошедший в этот момент в палату Леон, мгновенно оценил обстановку, счастливая прозрачная зелень его глаз потемнела, и он забрал телефон из моих рук. Приложил его к уху.

– Здравствуй, Борис. Если у тебя нет весомой причины для звонка моей жене, то не беспокой её. – Леон шагнул к двери, намереваясь выйти. – Спасибо. Да, у Мишы теперь есть младший брат.

Муж вышел за дверь, а я прижала лежащего на руках сыночка к груди. Заглянула в крошечное личико. Пока непонятно, на кого похож наш с Леоном сын.Такой крошечный. Беззащитный. Невыносимо красивый.

Меня затапливала нежность и любовь такой силы, что мешала дышать.

В этот момент в палату ворвался Миша и следом за ним вернулся Леон. Мои мужчины сели на кровать по обе стороны от меня.

– Такой кроха. – немного разочарованно протянул Мишка, разглядывая братика. – Я думал, что буду с ним играть.

– Обязательно будешь. – уверенно кивнул Леон. – И играть, и учить его ездить на велосипеде, и плавать. Ты же старший брат, а значит, и друг, и защитник, и наставник.

– Мам, а когда вы с братиком вернётесь домой? – Миша сдвинул брови и вопросительно посмотрел на меня. – Я хочу успеть