Псиоп - Вьюн

не ожидал, войдя в обеденный зал, что за столом окажется еще и Стасик. Темные волосы, белая рубашка, сдвинутый вниз красный галстук. Станислав Шушкевич, депутат и просто мразь, что ради денег сделает любую гадость.

— Иди сюда, — указала мать на место рядом с собой.

Темные волосы, темный деловой костюм, красивое лицо. Мария Шушкевич, видная бизнес вумен в нашем городе, правда, все знают, что бизнес принадлежит отчиму, что не мешает ей жить на широкую ногу ни в чем себе не отказывая. Дома она появляется урывками, как, впрочем, и сам Стасик, который по идее сейчас должен быть в Москве.

Ощущая их взгляды, я подошел к матери. Она пару секунд меня разглядывала, после чего потянулась к сумке за платком, которая стояла на столике рядом. Смочив своей слюной краешек, она провела им по моей щеке.

— Это тебя Анастасия поцеловала? — пристально посмотрев мне в глаза, увидев мой кивок: — Ты молодец, я думала ты безнадежен, но похоже я ошибалась. Ее отец миллиардер, если ты не будешь тупить, как обычно, то тебя ждет блестящее будущее Артурчик…

От ее Артурчика меня передернуло, но я и глазом не моргнул. Шушкевич в этот момент нарезал ножом даже на вид сочный стейк. Он дел это сосредоточено, я бы даже сказал маниакально, словно от этого зависела его жизнь. Нож скрипел по тарелке, но Стасика, казалось, это вообще не смущает.

— Я пойду? — тихо спрашиваю у нее, желая оказаться где угодно, но не здесь.

— Не делай такое грустное личико, — цокнув языком, она указала на стул рядом с собой. — Нам с тобой нужно поговорить…

В этот момент раздался треск посуды. Посмотрев на Стасика, я увидел, что он разрезал пополам тарелку. Моя мать вздохнула, после чего вновь посмотрела на меня:

— Мы со Стасиком пообщались и решили, что тебе нужно набираться опыта. Ты не сможешь вечно сидеть на моей шее, ты должен научиться самостоятельно зарабатывать. К счастью, ты понравился Насте, она предложила открыть совместную фирму. Я так рада за тебя, — протянув руку, она погладила меня по голове, даже не подумав спросить моего мнения.

— Ты уже согласилась? — глухо произношу.

— Разумеется, — посмотрев на меня, словно на ребенка. — Не капризничай, это нужно для дела. Хочешь, я куплю тебе мотоцикл? Я знаю, что вы мальчики любите возиться со всем этим хламом. Будешь себя хорошо вести, я к восемнадцатилетию куплю тебе красивую машину, все девочки будут твои, — хитро подмигнув.

— А как же Настя? — сухо спрашиваю.

— Что Настя? Она умная девочка, к тому же, ты уже пробудил голос, — с силой, от которой мои внутренности завибрировали, ощутил я чужой голос. Посмотрев на Стасика, который продолжил резать уже стол, она холодно произнесла: — Хватит! Мы купили его в Италии, ты повредишь полировку!

Стасик остановился, виновато улыбнувшись. У меня же в этот момент сердце ушло в пятки. Она использовала голос. В этот момент даже стало жаль Стасика, впрочем, всего на долю секунды, поскольку мать вновь посмотрела на меня.

— Обычно в нашем роду рождаются только девочки, — как ни в чем не бывало продолжила она. — Я изначально не знала, что с тобой делать. Можно было бы отдать тебя в детский дом, но ты был таким милым ребенком, что у меня рука не поднялась от тебя избавиться. И, похоже, я была права, из тебя все же выйдет толк, — довольно зловеще закончила она.

— Ты использовала голос, — шокировано смотрю на нее.

— Конечно, использовала, глупышка! — улыбнулась моя мать. — Ведь я единственная Верховная Ведьма на этой помойке. Мне уже давно предлагали перебраться в страну потеплей, но там и конкуренция выше, так что я предпочла остаться здесь. С моими талантами даже здесь можно неплохо устроиться. Ты и сам вскоре это поймешь, голос откроет перед тобой все двери. Главное не злоупотребляй им, со временем эффект проходит…

Именно в этот момент Стасик вновь стал карябать стол ножом. Мать, тяжело вздохнув, встала из-за стола, подойдя к отчиму она с силой вырвала у него из рук нож. После чего, с улыбкой посмотрев на меня, она махнула в мою сторону рукой, отпуская. Я буквально выбежал из столовой, словно меня преследовала тысяча чертей.

Глава 18

Глава восемнадцатая. Попал, так попал.

— Моя мать ведьма, — глядя на потолок, тихо произношу.

Лежа на кровати, я все еще пытался переварить полученную информацию. Слишком много всего произошло за раз, отчего я буквально ощущал, как шестеренки в голове пробуксовывают. Мне не хотелось думать, не хотелось осознавать, что моя мама ведьма. Не то, чтобы я особо удивлен, она всегда была той еще сукой, но ведьма?

Покачав головой, я решил ПОКА не думать об этом слишком много. Многие странности в ее поведение теперь становятся более понятны. Моя мать всю свою жизнь помыкала другими, она использовала голос, чтобы забраться на самый верх, откуда она уже могла ни в чем себе не отказывать. Можно ли ее за это винить? Человек склонен искать место, где ему лучше — это в нашей природе.

Вспомнив Стасика, я вдруг подумал, использовала ли мать голос против МОЕГО отца?

— Она могла, — подавленно произношу.

Если уж меня она оставила лишь за милое личико, то отца уж подавно она выбрала из своего удобства. Люди — куклы, которыми она играется, после чего выбрасывает, когда они становятся бесполезными. Вот только сила Псиопа со временем ослабевает, отчего люди «затупляются» и перестают подчиняться.

В этот момент мне в голову пришла одна не очень приятная мысль. Что мама делает с затупками, которых она больше не может использовать? Могла ли она быть