Заноза для хирурга - Анна Варшевская

Отталкиваюсь от стола, закрываю лицо руками. Всё, я больше не в состоянии это слушать. Кто мог подумать, что…

— Аннушка? — чувствую, как мужчина садится рядом, аккуратно касается моих плеч.

Тянусь и обвиваю его руками за талию, утыкаюсь лицом в грудь. Никита на несколько секунд застывает, а потом осторожно, но крепко прижимает меня к себе.

— Что случилось дальше? — спрашиваю глухо, потому что я должна узнать до конца.

— Дальше… — он обнимает меня чуть сильнее, — дальше я сделал глупость. Одну из двух самых грандиозных в своей жизни. То, что она забеременела именно от Демьяна… в общем, это стало последней каплей. Я сорвался. Наговорил много чего ей, а затем и бывшему другу. По его словам, ну, во всяком случае тем, что он успел мне сказать, ему ничего не было известно. Я не захотел выслушать. Была проведена генетическая экспертиза, доказан факт измены, нас с Элиной развели через суд, а Костя остался с Демьяном.

— Почему не с тобой? — спрашиваю тихо. — Ты мог бы, наверное, доказать, что…

— Элина не упустила случая подгадить нам всем, — он утыкается носом в мою макушку. — Не хочу сейчас всё это вспоминать, но, в общем, суд встал на сторону настоящего отца.

— И Демьян этого хотел? Забрать у тебя сына?

Никита тяжело вздыхает.

— Так получилось, что у него были проблемы со здоровьем. Начались через пару лет после рождения Кости. Вполне вероятно, он больше не сможет иметь детей, и ухватился за этот шанс. За это я, наверное, не могу его винить. И потом, он не был совсем чужим. Костя его отлично знал, Демьян любил с ним возиться.

Отстраняюсь от мужчины, он неохотно размыкает руки, отпуская меня. Гляжу на него внимательно.

— Ты сказал, что сделал глупость. Что именно в этой ситуации было глупостью?

Он смотрит будто в никуда, взгляд расфокусирован.

— Я виноват перед Костей. Нельзя было рубить с плеча. Рвать отношения. В итоге лишился и сына, и друга. Демьян пытался со мной поговорить. Если бы мне удалось вовремя успокоиться и выслушать… Возможно, всё пошло бы по-другому.

Моргает, концентрируясь на моём лице.

— Ты скучаешь по нему. По ним обоим, — произношу негромко.

Он сглатывает, отводит глаза и кивает. Я не решаюсь продолжать, и Никита, справившись с собой, говорит:

— После того, что произошло, я не смог оставаться там. Бросил всё, вернулся, получил должность заведующего — это было несложно, учитывая мой опыт и послужной список. И в первый же день на новой работе встретил удивительную девушку. Талантливую, умную, добрую, всегда готовую прийти на помощь. Я не верил, что такие существуют, — немного грустно улыбается, глядя на меня, и я кое-что вспоминаю.

— Чей день рождения был в тот день, когда ты напился? — спрашиваю, уже зная ответ.

— Косте исполнилось пять, — подтверждает мою догадку Никита. — Значит, я всё-таки наговорил тогда лишнего. Что-то ещё сказал?

— Только что я тебе снюсь, — улыбаюсь.

— Да, к тому времени я уже влюбился в тебя без памяти.

Внимательно гляжу на него.

— Почему ты сразу решил, что влюбился? — спрашиваю осторожно.

— Не сразу, — Никита качает головой. — Долгое время я думал, что… не знаю, что я думал. Но отказывался признавать, что отношусь к тебе не так, как ко всем остальным.

Мы оба молчим какое-то время.

— Аня, прости меня, — он тянется к моим рукам, поглаживает пальцы. — Пожалуйста, прости. Наступить на одни и те же грабли один раз мне показалось недостаточным, — криво улыбается, но тут же опять становится серьёзным. — Моё прошлое меня не оправдывает. Но, клянусь, я не допущу больше такого.

Смотрю на мужчину. Он как будто немного побледнел, взгляд бегающий, пытается уловить выражение моего лица.

Вместо ответа я медленно поворачиваю ладонь и переплетаю свои пальцы с его.

— Это значит… «да»? — Никита смотрит на наши руки, поднимает голову.

— Я понимаю, почему ты вёл себя так, — киваю. — Спасибо, что рассказал. Я не сержусь и не обижаюсь.

— Мне почему-то слышится большое «но» в конце фразы, — он нервно проводит по волосам рукой, взлохмачивая.

— Нет никакого «но», — улыбаюсь, поправляю ему упавшую на лоб прядь. — Просто ты немного выбил меня из колеи своими откровениями. И прости, что лезу не в своё дело, но я считаю, что тебе надо связаться с Демьяном.

— Ты не лезешь не в своё дело. Но давай пока не будем об этом, хорошо?

Мужчина двигается ко мне, привлекает ближе, и я устраиваюсь в его объятиях. Мы оба как будто разом расслабляемся. Не знаю, как чувствует себя он, а мне становится легко и спокойно. Такое ощущение, что всё плохое, случившееся между нами, отодвинулось далеко-далеко, стало неважным и несерьёзным.

— Вам не понравилась еда? — звучит расстроенный голос.

Вздрагиваем, одновременно оборачиваясь к официанту, а Никита ещё и шипит сквозь зубы. Смотрю на него встревоженно, но тут же понимаю, что он просто неудачно повернулся.

— Ох, нет, что вы, — я улыбаюсь. — Просто мы не успели поесть.

— Можете заменить горячие блюда на такие же свежие, пожалуйста? — Никита включается в разговор. — К сожалению, пока мы разговаривали, всё остыло. А салаты оставьте.

— Конечно, — официант быстро уносит почти полные тарелки.

— Очень болит? — смотрю на мужчину. — У тебя никакого воспаления не началось сегодня?

— Нет, — он закатывает глаза.

— Точно?

— Тебе прямо здесь показать? — поднимает брови.

— Не стоит шокировать других посетителей, — фыркаю и отворачиваюсь.

— Спасибо, что беспокоишься, — меня тут же поворачивают обратно и обнимают. — Но со мной и правда всё в порядке. Просто небольшой дискомфорт. Между прочим, это всё из-за твоего подарка, — смотрит на меня хитро.

— Хочешь посчитать, кто из нас двоих больше пострадал от другого? — прищуриваюсь.

— Э-э, нет, пожалуй, не хочу, — он смущённо трёт нос. — Ты тут явно в лидерах.

— Хорошо, что ты это признаёшь, — удовлетворённо улыбаюсь. — Я ещё не придумала для тебя страшное наказание, — делаю круглые глаза.

— Милая, я же попросил прощения! А ты сказала, что не сердишься больше!

— И что? — хмыкаю. — Мы, женщины, знаешь ли, не слишком последовательны в своих поступках.

— Никогда не замечал этого за тобой, — улыбается Никита. — Но я согласен на что угодно.

— Мне совершенно точно есть о чём подумать, — предвкушающе жмурюсь.

Нам во второй раз приносят еду, и на этот раз мы отдаём должное прекрасно приготовленным блюдам. Серьёзных тем больше не поднимаем, меня расспрашивают о поездке, я с удовольствием рассказываю, где была и что видела. Никита бывал в Риме пару раз, делится своими впечатлениями о городе. Вечер проходит незаметно, напряжение, державшееся во время сложного разговора, рассеивается без следа.

Спокойно