Перезагрузка - Niramit

Миналь игнорировал версию.

— Звёздное скопление внутри эмиссионной туманности NGC 6357 в созвездии Скорпиона примерно в восьми тысячах световых годах отсюда. Мы можем наблюдать его небольшую часть только через орбитальный телескоп. Ионизация газа вызывается интенсивным ультрафиолетовым излучением звёзд скопления и возникает свечение. При высоком разрешении видны два массивных объекта, вращающиеся вокруг друг друга — звёзды сектора. Не исключено появление неопознанных космических тел.

— То есть куб, который мы видели на последних минутах полёта, не творение рук человеческих?

— Нет. Он гость из Pismis 24. И нам неизвестно, с чем мы имеем дело.

Ландау наконец-то переварил услышанное. Он видел отчёт по инциденту в исследовательском центре. В нём осталось много пробелов, но расследование продолжалось и ожидались новые факты, которые всегда ускользали.

— Вот почему удалось спасти только тридцать пять человек. Остальные пятьдесят ожидали отправки на материк, когда пришла вторая волна. Возможно, все погибли. Если нет, то мы найдём их.

— Не уверен, — возразил Эон. — Выжившие уже не в этом мире. Они там, — он поднял глаза к воображаемому небу. — Напуганы и зовут нас. Единственное безопасное место самолёт. Хотя, как сказать. Всё меняется. То, что сегодня выглядит квадратным, завтра может принять очертания круга. И не надо рассказывать мне про оптические иллюзии! — секундный всплеск раздражения затих. — Мы совершили посадку на острове Девон на Канадском Арктическом Архипелаге в провинции Нунавут в авиационном терминале исследовательского центра NASA. К сожалению, изменённого. Мы с Эвергрином провели небольшую разведку. Ощущение, что эвакуировались в спешке. Даже двери не заблокировали или их кто-то обесточил. Мы наткнулись на комнату для персонала в том месте, где её никогда не было. Ничего любопытного, кроме одного исторического документа, — на последнем слове он сменил серьёзность на иронию. — А в ангаре склад неизвестных нам агрегатов, напоминающих конусы с чужими обозначениями на световых табло. Некоторые заламинированы или законсервированы. Уж не знаю, что лучше. И это, дорогие мои, не разработки NASA.

— Что за документ? — уточнил Анри, готовый включиться в работу.

Эон вытащил из кармана сложенную газету и протянул Ландау.

— The New York Herald от 4 января 1924 года. Обрати внимание на прогноз погоды. В нём есть Девон и Америка, но отсутствует Канада. А теперь плохая новость. Мы не сможем улететь отсюда, пока существует Pismis 24.

— Неожиданно забыли дорогу, а ориентироваться по звёздам не научились? — яда в голосе Элберт прибавилось.

— Нет, — Миналь сдержался и нацепил на лицо улыбку. — Мы слишком близко подобрались к гипотетической пространственно-временной аномалии. Неизвестность и бесконечность — то, чего стоит опасаться. Поэтому не обращаем внимания на сбои, разгружаем оборудование, активируем системы, устанавливаем пушки по периметру и ведём наблюдение. Фиксируем каждое изменение и докладываем мне. Далее, каждый из нас имеет опыт проведения наземных, морских или воздушных военных операций. Поэтому разобьёмся на две группы и проведём разведку вблизи куба с вероятным заходом внутрь, если я сочту нужным. Элберт и Невада со мной. Кристо и Вайпер с Эвергрином. Ландау и Свартамарэн остаются на Space Phantom. Ваша задача поддерживать жизнедеятельность самолёта и никого не подпускать. Анри, ты примешь на себя обязанности кэпкома. В случае видимой опасности стрелять на поражение. Позже передам опознавательные коды. Ясно?

— Да, сэр, — Анри нахмурился, а Эрик тяжело вздохнул.

— Хорошо.

Эвергрин покорно кивнул, готовый ввязаться в новое безумство, а Элберт и Кристо подозрительно зашевелились.

— Когда приступаем к операции?

Эону захотелось выругаться, но пришлось воздержаться от грубости.

— После возвращения беспилотника. Вайпер, Свартамарэн! — он взглядом отдал приказ компьютерному технику и инженеру. Оба моментально подскочили и бросились к контейнеру с логотипом Lockheed Martin Aeronautics Company, а Миналь продолжил. — Мы должны быть готовы к 01:30, — и осуждающе с намёком на вежливость посмотрел на Элберт, — Надеюсь, вы успели отдохнуть во время перелёта, мэм?

* * *

На борту Boeing Space Phantom Q27

Февраль 15, 2033 00:50

Самолёт больше не казался неприступной крепостью, а место, где он припарковался, не выглядело привычным. Ураганным порывом ветра или чем-то ещё выдуло весь снег, оставив вымороженное бетонное покрытие абсолютно голым. Здание терминала превосходно вписывалось в ландшафт, подтверждая скудность человеческой мысли. Никаких футуристических изгибов, ничего лишнего, необходимый процент уродливости и стандартность, сводящая зубы. В окнах отблески сигнальных маяков. Под ногами вроде бы твёрдая поверхность. А в потоке чужой туманности неведомый куб.

После того как восстановилось долгожданное тепло, стало спокойней, потянуло неизменным ароматом кофе и появился намёк на успех, а работа закипела с новой интенсивностью.

Свартамарэн невозмутимо налаживал коммуникативные системы, обложившись передатчиками разной мощности и планшетными компьютерами. Он должен был обеспечить непрерывное наблюдение за периметром и выделить устойчивую линию связи с экипажем. Эрик отвлёкся на мигнувший монитор и в голову тут же полезли каверзные мысли. Он старался не думать о недавнем разговоре с Эоном, но не мог отделаться от ощущения маячившего в темноте испытания. Приказ Миналя не допускал нюансов. При необходимости ему придётся поднять самолёт в воздух и убраться подальше от проклятого места.

«Я мог бы стать хорошим борт-инженером на космическом корабле, только не пилотом».

Учитывая прошлое и приобретённые в NASA навыки, Эрик мог перегнать воздушное судно на небольшое расстояние, но не экспериментальный экземпляр.

«Пусть этим занимаются Эон и Эвергрин».

Он тряхнул головой и занялся тестированием видеонаблюдения.

Ландау остался в рабочем секторе, где был оборудован небольшой центр управления. Сидя в неудобном кресле, он перебирал пальцами по клавиатуре консоли, запуская каналы внешней связи, а заодно следил за работой бортовых систем.

«О, Боже! Я снова кэпком! Добро пожаловать в прошлое!»

Анри усмехнулся. Ироничности ситуации добавляло непрекращающееся дежавю. Когда-то он не помышлял о том, чтобы покинуть место в центре управления полётом, а нервы звенели как натянутые провода во время урагана. Ландау закрывал лицо руками, когда пропадала связь с орбитальным кораблём, и молил Вселенную о снисхождении. Адреналин подскакивал до запредельных показателей от ожидания фразы «Хьюстон, у нас проблемы». Каждый