Поступь крови. Перерождение. Том 2 - Вик Романов

когда они находились в одной комнате. А тут такое предложение! Нет, даже не предложение, а ультиматум! С губ Валерии сорвался ещё один истеричный смешок, и она язвительно спросила: — Так что, мне послышалось?

— Никакой влюблённости. Только суровый расчёт, — хмыкнул Император. — Ваш сын — будущий индийский эмир. В моих интересах держать его как можно ближе. А также всех, кто так или иначе может на него повлиять. Договорённость с вами — пустой пшик. Вы слишком несдержанны для серьёзных соглашений. Так что я решил просто и без изысков держать вас на коротком поводке.

— Я не лягу с вами в одну постель. Вы опуститесь до насилия?

— Ляжете, — возразил Император и окинул её выразительным взглядом с ног до головы. — Определённо, ляжете. Потому что понимаете, какие привилегии это вам даст. Но, конечно, я вас не держу. Вы можете прямо сейчас развернуться и покинуть дворец. В таком случае к вам приставят охранника и ограничат контакты с другими людьми. В том числе с сыном.

Валерия зажмурилась и сжала кулаки. До поездки в Индийские Эмираты она крутилась в высших аристократических кругах, будучи безродной. Она надеялась охмурить самого Императора, но тот довольно быстро дал понять, что презирает её. Потом произошла неурядица с Родом Булгаровых, и Валерия уехала в Индийские Эмираты. Сейчас же её мечта плыла к ней в руки, но Валерия с кристальной ясностью понимала, что это была не победа, а окончательный и бесповоротный проигрыш. Однако как бы горько ей ни было, Валерия ни за что не сказала бы «нет» на предложение Императора. Ведь подобные предложения бывают раз в жизни.

* * *

Индийские Эмираты, Бомбеи, дворец эмира.

Айяна, одетая только в золотые цепочки, танцевала перед эмиром. Её обнажённые груди мягко подпрыгивали на каждом шагу, а бёдра завораживающе покачивались из стороны в сторону. После «происшествия» эмир полюбил смотреть, как Айяна танцует. Потому что остальные удовольствия были теперь ему недоступны. Айяна стала для него всем миром — эмир почти не выходил из своих покоев. Обезболивающие позволяло ему на короткое время выбираться, чтобы поговорить с советниками. Они что-то подозревали — неудивительно, кто-то уже распустил слухи. Однако никто не осмелился напрямую спросить эмира, не расстался ли он со своими яйцами.

Российский Император поддержал эмира и помог ему подавить поднявшиеся волнения в пригороде Бомбеев. Также он клятвенно пообещал сделать всё, чтобы Индиру приняли в Индийских Эмиратах как законного наследника. Эмир подозвал Айяну и нежно стиснул её полную грудь, немного покрутил соски. Айяна с готовностью изогнулась и застонала. Она умела сделать так, чтобы эмир вновь почувствовал себя полноценным мужчиной. Чтобы почувствовал, будто полностью её удовлетворяет.

— Мой прекрасный цветок, — пробормотал эмир и провёл пальцами по её животу и ниже, погрузился в её горячую глубину. Айяна продолжала танцевать и постанывать, её влажное нутро ритмично сжимало пальцы эмира.

— Что мой господин желает? — прошептала Айяна.

— Я могу подарить тебе ребёнка, — выпалил эмир. — Я куплю его у какой-нибудь беднячки, и для всего мира мы разыграем спектакль, будто ты беременна. Никто не догадается…

— Зачем? — Айяна потрясла грудью перед его лицом и насадилась на пальцы. — Мне ничего не нужно от великого повелителя… Я всего лишь хочу, чтобы Индийские Эмираты уважали его и преклонялись перед ним. Но если хоть кто-то заподозрит, что беременность фальшивая, если мы хоть где-то ошибёмся… Глупцы поверят слухам, их уже невозможно будет переубедить. Зачем так рисковать, если у вас есть родной сын?

— Да, ты права, — эмир откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза, вытерев руку о покрывало. Айяна ещё несколько минут танцевала, пока не убедилась, что он заснул, и тихонько выскользнула в коридор. Слуга, нёсший куда-то фрукты, вылупился на неё, открыв рот. Айяна отвесила ему пощёчину, чтобы не пялился. Золотые цепочки возмущённо звякнули.

— Хочешь лишиться головы⁈ — прорычала Айяна, и слуга рухнул на колени. Хмыкнув, она зашла в соседние покои — её переселили сюда из гарема. Эмир пожелал, чтобы она всегда находилась рядом. Айяну это бесило. Её превратили в няньку! В первый день после кастрации ей даже пришлось подтирать ему задницу! Войдя в свою комнату, она сорвала с себя золотые побрякушки и процедила: — Ну что, доволен? Подрочил?

— Это не входит в мои обязанности, — сдержанно ответил менталист. Он незримо присутствовал рядом всякий раз, когда эмир вызывал Айяну. Менталист видел всё, и это невероятно её унижало. Он пристально посмотрел на Айяну, и она ощутила лёгкую щекотку в мозгу. — Смею заметить, нас щедро вознаграждают. Не стоит на меня злиться. Мы коллеги, а не соперники.

— Да-да, конечно, — фыркнула Айяна, вздохнула и потёрла лицо. — Прости. Ты прав. Для меня есть поручения?

— Нет. Только небольшое поощрение, — менталист передал ей конверт.

Айяна вскрыла его и с изумлением воскликнула:

— Университет⁈ — она потрясла бумажкой. — Дом⁈

— Господин щедр, — менталист улыбнулся уголками губ.

— Я не… не понимаю, — выдавила Айяна. — Он оплатил обучение для моего брата, а остальную семью перевёз из трущоб в нормальный дом. Но я ничего ещё не сделала… и я совсем о них забыла… — она заплакала и принялась повторять, словно заведённая: — Я совсем о них забыла… забыла… забыла!

Её отец был жестоким. Собственно, он и сделал всё, чтобы сплавить её в бордель. Но там Айяну посчитали перспективной и подложили под эмира. Она грезила о лучшей доле — о том, что эмир осыплет её деньгами, а она вытащит своих мать и брата из помойки, которую они