Искра - Тася Тараканова

* * *

Я знала наверняка, что если останусь рядом с Эрвином (правда меня никто не приглашал остаться), то скачусь в пропасть отчаяния. Находится рядом с любимым, абсолютно чужим человеком, держать эмоции в узде — это не для меня. Ядерный взрыв разорвет мой мозг раньше, чем я смогу заблокировать красную кнопку.

В гостевой комнате команды Межгорья я потеряно оглянулась, вытряхнула из рюкзака свои вещи. На пол выкатились мои волшебные лечебные камни — Кэп и Мия, так часто выручавшие меня. Они удобно легли в руку, в последнее время я позабыла о них. Раньше, во времена, когда я жила у Зарха, я разговаривала с ними чуть ли не каждый день, чувствуя их отклик. Потом я познакомилась с огромным антраксом в пещере Горыныча, и малыши — Кэп и Мия ушли в тень. Они должны служить, а не валяться в рюкзаке. Аккуратно завернув камешки в блузку Асанны, чтобы она их уж точно нашла, я погладила камешки сквозь ткань. Асе они нужнее, служите ей мои любимые друзья.

Пришла пора сменить обстановку.

Возвращение домой пугало до дрожи. Осознанные прыжки между мирами я не делала. Всегда случайность, порыв, выброс адреналина, меня несло, как болид на корте. Стоит ли возвращаться домой? Я люблю свой родной мир, но без Эрвина останусь с одной половинкой сердца. Возможность что-то исправить была только здесь, в Верховии.

Почувствовав, что в комнате нечем дышать, я сползла с дивана на пол. Бабушка говорила, когда люди умирают, они стремятся к земле. Не хочу умирать.

Рыдания сотрясли моё тело. Нужно брать себя в руки. Если не убить боль, она убьёт меня. Хочу жить, выбраться из пучины отчаяния, успокоить измученное сердце, превратиться из незнакомки в Соню Снегирёву.

Вспомнился холодный взгляд Эрвина и волна неприязни, идущая от него. Что ж! Хороший стимул собраться, включить оставшийся резерв на полную катушку. Я замерла, настраивая внутреннее зрение, сжала в руках свой потрепанный рюкзачок.

В следующее мгновение я сидела на земляном полу в «заячьей» избушке. За мутными слюдяными окнами была ночь. От спёртого запаха в хибарке, хотелось выбежать вон. Храп, раздавшийся из угла комнаты, означал, что ведьма спит. Как тень я скользнула к выходу, нащупала корявую ручку, толкнула дверь, та предательски скрипнула. Я шмыгнула из лачуги Мары и только тогда облегченно выдохнула.

Запах сосновой хвои перебивал цветочно-травяные ноты. Я пила лесной воздух, желая очистить мысли и тело, продышаться, восстановиться. Ночь закрыла волшебным покрывалом с мириадами блесток весь небосвод. Глядя ввысь, не в состоянии оторваться от небесной картины, я вдруг почувствовала такую тоску, словно стала единственным жителем в огромной Вселенной. Далёкое небо пело песню об одиночестве, тянуло тоскливую и жалостливую ноту. Эта песня лишала воли, разрывала душу.

Кажется, я так и заснула на поляне около остывшего очага, глядя вверх заплаканными глазами с безмолвной молитвой в сердце. Не хочу быть одинокой.

Жидкий рассвет просочился сквозь ресницы, неспокойный прерывистый сон покинул вялое тело. Просьба об отдыхе, о восстановлении сил осталась без ответа. Всему свое время, говорил Зарх. Я свято верила ему. Для моего исцеления время ещё не пришло. Возможно, не придёт никогда. Или придёт, но не здесь. Придёт, но от долгого ожидания я забуду о том, что просила. Вариантов много, и каждый один безысходней другого. Чтобы найти тропинку от себя к себе, надо зайти в жуткое место собственных страхов.

Я не безнадежна. Зарх научил меня многому, Мечислав развил мои навыки. Главное, они убедили меня в том, что именно я являюсь творцом своей Вселенной. Мысли формируют реальность, если я сумею правильно настроиться, то на запрос придёт ответ. И чем чище будет настройка на мое волеизъявление, тем быстрей я получу результат.

Сейчас мой разум заблокировался страхом и отчаянием, он вычислял, искал выходы из того, что еще не произошло. Мысли метались, а требовалось всё сделать наоборот, исключить метания. Вчера вечером направление подсказала душа, а не жалость к себе любимой и судорожные рыдания. Узнает ли меня Мара?

— Чего на дороге разлеглась?

Моя взлохмаченная голова мигом поднялась с земли, я села. Приветствие в духе ведьмы!

— Натворила ты дел, девчонка.

— Мара? Помнишь меня? — мой голос дрожал как у бедной сиротки, просящей подаяние. Хотелось бы пожелать доброго утра, но вместо этого произнесла севшим голосом.

— Я остановила время…

— Силой магии ты разорвала ткань пространства, глупая! Нарушила то, чего не должна касаться, не имела права.

— Эрвин меня… забыл.

Колдунья злобно сплюнула.

— Приворотами не занимаюсь.

— Меня вообще никто не помнит! Но ведь ты узнала! Почему?

Мара принялась разжигать огонь в очаге корявыми пальцами с почерневшими ногтями.

— Кругляши — не люди. У нас в крови магия, мы признаем магию и не боимся её, в отличие от людишек. И ты кругляшка. Что, не знала? На внешность не смотри, внутри ты наша, поэтому тебя цветок и выбрал. Люди тебя забыли, будто и не было, а для нас ты прежняя.

— Нет никакого средства?

Мара повела носом. Злится, но я не отстану.

— Чего от меня хочешь?

— Можно вернуть Эрвину память?

Ведьма медленно подсовывала под ветви, разложенные над очагом, траву с корой.

— Нет.

Огонь вспыхнул в небольшой кучке сухой травы, перекинулся на сложенные над ней веточки. Огонь заворожил меня своим неповторимым танцем, меняясь каждую секунду. К теплу потянулись руки вместе с измученной душой.

— Почему нельзя?

В упор взглянула на ведьму, распрямила плечи, перестав сутулиться. Моя кротость слетела с меня как лягушачья шкурка с Василисы Премудрой.

— Я многое могу.

— Силой тебя цветок наделил, а вот умом….

— Значит, шанс есть?

— Нет!

— Скажи, что делать. Ты ведь знаешь.

— Для чего ты хочешь вернуть память твоему красавцу? — Ведьма по-птичьи наклонила голову на бок, — отвечай как на духу.

В голове замелькали варианты ответов, которые я перебирала с космической скоростью. Один, второй, третий. Всё не то. Ведьма ждала, растягивая губы в злорадной ухмылке.

— Для себя любимой хочешь, о себе печешься. Всё думаешь, как плохо тебе без него, да как ты бедняжка страдаешь, — ведьма закашлялась, — я тоже любила. Жизнь за него готова была отдать. И что? Ничего.

— Ничего.

Слово эхом отозвалось в голове, впилось в сознание. В глазах потемнело. Ничего больше не будет. Последняя надежда испарилась с рассветом. Как пришла к ведьме одинокая и несчастная, так и уйду.

— Дальше жить надо. Вот и весь сказ.

Пора прощаться с миром, который обнулил меня. Кругляши не в счет. Они и без меня, своей шаане, обойдутся. Подхватив рюкзачок, я двинулась