Петля - Артём Артёмов

бодро зашагал к лестнице. На площадке третьего этажа была дверца-решетка из арматуры и короткий пролет наверх, в маленькую будочку с дверью на крышу. Обе двери к их облегчению оказались не заперты, хотя насчет верхней все же были сомнения, потому что Макс с ходу открыл ее плечом. На состояние замка всем было плевать, троица нырнула в телефоны. Спустя пару секунд все переглянулись и покачали головами: сети не было.

— Так, ну, паниковать пока рано, мы наверняка еще не все перепробовали, — рассудительно заговорил Макс. — Думаем, есть какие-то очевидные вещи, которые мы упустили… Блять. Пожарная лестница.

Он начал озираться вокруг, парень с девушкой тоже принялись обшаривать взглядами плоскую грязную крышу, пытаясь найти у низких кирпичных бортиков ржавые трубы спасительной лестницы. Нашлись они быстро, лестница когда-то спускалась вдоль стены длинного крыла, возле соединяющего крылья коридора. Когда была. Теперь из крыши торчал короткий обломок одной трубы и чуть более длинный, гнутый кусок другой. Где-то внизу угадывались отверстия в кладке, куда входили опорные стержни, один даже торчал еще на уровне второго этажа. Лестницы не было.

— М-да, — вздохнул Макс, распустил и взъерошил густые волосы, потер лицо. — Ладно, теперь можно чуть-чуть паники. Но дозировано и без сильного членовредительства.

От будочки с лестницей донесся сдавленный всхлип Лены. Павел оглянулся к ней.

— Ты чего там, малыш, иди к нам.

— Не, я высоты боюсь, мне и так тут на крыше страшно. И возле двери этой одной страшно. Мне вообще страшно, Паш, что происходит? — жалобно простонала она, садясь на корточки и обнимая себя руками. — Что это за место такое?

Парень торопливо подошел к ней, присел рядом и обнял. Зашептал на ухо что-то успокаивающее. Максим, запустив руки в волосы, мерил шагами крышу. Остановился у края над главным входом, задумчиво глядя вниз на свою машину.

Чуть погодя сзади подошел Павел.

— Как она? — не оборачиваясь, спросил Макс.

— Нормально, держится. Она сильная у меня.

— Да, я заметил. Хорошая.

— Что думаешь?

— Над входом бетонный козырек. Минус пара метров.

— Макс, ты ебанулся? Что тебе эта пара метров даст?

— Некоторые с шестого падали и выживали, — задумчиво сказал здоровяк.

— Я таких не знаю, — отрезал его друг, глядя вниз. — К тому же выжить — это не совсем то, чего мы хотим, нет? Нам надо уйти целыми и невредимыми.

Он вдруг остро посмотрел в лицо Максима.

— Как минимум Ленке, понял меня?

— Понял тебя, старик. Придумаем что-нибудь. Нас так просто не возьмешь.

Они спустились вниз и некоторое время стояли в коридоре третьего этажа, глядя друг на друга.

— Ну что, резюмируем? — опять взял инициативу в свои руки Максим. — Мы по неведомой причине застряли в заброшенном здании без связи и провизии. Надо признать, что какая-то… хм… паранормальная сила препятствует нашему выходу. Весьма действенно.

Он обернулся, покрутился вокруг, посмотрел вдоль длинного полутемного коридора и вдруг крикнул, заставив девушку вздрогнуть:

— Эй! Кто тут есть?

Голос прокатился вдаль, погулял по пустым лестничным пролетам и закоулкам и, когда Макс уже отвернулся от пустого коридора, вдруг вернулся четким утвердительным ответом эха.

— Есть, — буднично ответило оно голосом, не очень похожим на зычный голос викинга.

— Ни хера себе эффекты, — вскипел здоровяк и заорал: — Думаешь, поймал нас? Люди и не из таких мест совершали побеги!

— Беги, — равнодушно откликнулось эхо чуть погодя, самостоятельно сместив ударение на последний слог.

Макс как-то резко дернулся и круто повернулся в сторону эха, словно пытаясь высмотреть кого-то. Павел подумал было, что друг реагирует чересчур дергано, хотя от самостоятельности местной акустики его самого продрало морозом вдоль хребта. Он уже открыл рот, чтоб остановить друга, но Лена опередила.

— Максим, пожалуйста, хватит. Если оно еще раз вот так ответит, я, наверное, описаюсь прямо тут, — выдавила она жалобную шутку. — Я, если честно, и так уже вот-вот… Где тут туалет? Только я одна туда не пойду!

— Никто никуда один не пойдет, — нервно ответил Макс, судорожно проведя ладонью по лбу и не спуская глаз с разговорчивого коридора. — А туалет — это, кстати, мысль.

Он повернулся к Павлу.

— Канализация? — уточнил тот.

— Ну, что-то же тут должно быть? Наверняка давно пересохло. Это, если не ошибаюсь, в дальнем конце нижнего крыла. На первом.

Они торопливо спустились на первый этаж и пошли мимо главного входа в сторону дальнего конца коридора. Лена вспомнила пластиковую бутылку воды в дверце «Нивы», в нескольких шагах от них. Мысль еще не была мучительной, но она невольно пробежалась языком по подсохшим губам. Когда они начнут всерьез мучиться от жажды? К вечеру? Ночью?

Мысль о том, чтобы провести тут ночь, вдруг встала перед ней во весь рост, заслонив все остальное. Заброшенное здание с непонятной силой, живущей внутри, которая держит их тут. Мумифицированное тело в одном из кабинетов. Неизвестно что в десятках других. Как говорил Макс, потом еще тела находили? Сколько умерло в этих стенах? Сколько в них… осталось?

У нее задрожали губы и окончательно пересохло в горле. Теперь воспоминание о воде в машине стало мучительным.

«А что если те, кто сюда приходил, вовсе не хотели кончать с собой? Поначалу, — вкрадчиво шепнул голос в ее голове, пока она спешила за друзьями по коридору. — Но вот потом, умирая от жажды, запертые тут с местными обитателями…»

Перед ее глазами возникла картинка окна с острыми осколками, залитыми чем-то темным.

«Что, если потом…»

Она шагала по коридору, старательно сдерживая слезы.

К туалету вел короткий коридор в торцевой стене. Они прошли мимо широкого окна, выходившего на фасад. Окно было темным и покрытым трещинами. Павел на ходу двинул в него локтем для верности и зашипел сквозь зубы: стекло не собиралось поддаваться. Коридор-тамбур заканчивался дверным проемом, за которым была бетонная стена, вправо и влево вели коридорчики без окон, в конце которых виднелись новые дверные проемы.

— Мальчики налево, девочки направо, — мрачно пошутил Макс, и все трое двинулись влево, к двери с буквой «М».

Туалет был обычной бетонной коробкой. У стены напротив двери было небольшое возвышение, в котором через равные промежутки чернели четыре круглые дыры. Вдоль стены справа тянулся покатый каменный желоб, тоже нырявший в дыру под возвышением.

— Цивильно детки жили, — оценил Павел.

Максим оценивающе присмотрелся к темным провалам.

— Я не пролезу, — немного виновато заметил он.

— Паша тоже не пролезет. И не полезет, — Лена вцепилась в руку парня.

Здоровяк окинул взглядом узкие плечи девушки.

— Даже не думай, — сразу заявил Павел. — Сам сказал не разделяться. Я ее туда не пущу.

— Да не, это я так, по инерции, — махнул рукой