Предатель. Точка невозврата - Марта Макова

— Это невозможно, Даш.

Я заправила выбившуюся прядь Дашкиных волос ей за ушко, и в этот момент дверь открылась и туалет зашла женщина.

— Пойдём. — взяла я Дашку за руку. — Туалет на заправке не лучшее место для разговоров.

— Я всё понимаю, Даш. — говорила я, пока мы, не торопясь, шли через небольшую парковку к машине Эда. — И страхи твои понимаю. Тебе не нужно бояться и не стоит так переживать. Ты всегда будешь нужна мне. Я всегда буду рядом с тобой.

Дашка шмыгнула носом, а я обняла её за плечи. Вот так в обнимочку мы подошли к машине, и ждущему нас Эдуарду.

— Всё нормально? — просканировал нас взглядом.

— Да. — вяло улыбнулась Дашка, а я молча кивнула.

— Немного осталось. — Эд открыл нам обе дверцы, переднюю и заднюю. — Устраивайтесь поудобнее, девчонки.

По счастью, разговоров о любви больше никто не заводил, и остаток пути мы ехали в молчании, под тихую музыку, льющуюся из колонок.

"Леспромхоз" — гласила надпись на указателе, за которым мы свернули на прилегающую к трассе дорогу.

— Почти приехали. Устали? — обернулся к нам Эд.

— Всё хорошо.

— Не так уж и далеко.

Одновременно ответили мы с Дашкой, и Эд только хмыкнул.

— Почти три часа по трассе. Но вам там понравится, обещаю.

Посёлок вынырнул на нас прямо из-за деревьев, стоило только дороге повернуть вправо.

— Народу здесь немного живёт, но и чужих совсем нет. — рассказывал нам Эд, пока мы ехали по улице.

Я вертела головой, рассматривая деревянные двухэтажные бараки, оставшиеся ещё, наверное, с пятидесятых годов прошлого века. Старые, обросшие всевозможными самодельными пристройками. Уже покосившимися и потемневшими от времени.

— Кто в них живёт? — повернулась я к Эду.

— Старики в основном. Половина вообще уже заброшенные. Но это самые первые дома, с них когда-то начинался посёлок. Дальше будут получше.

Мы выехали на что-то напоминающее центральную площадь. Вокруг стояли те же двухэтажные, многоквартирные дома, но уже посовременнее. Кирпичные. Вокруг которых были разбиты палисадники.

— Почта России. — прочитала Дашка вывеску на одиноко стоящем деревянном домике с трубой на крыше, из которой шёл дым. — Прикольно. Почта с печкой и почтальоном Печкиным.

— И почта есть, и аптечный пункт есть. — подтвердил Эд. — И магазины, и даже парикмахерская.

— Школа, больница? — вертела я головой, рассматривая одноэтажное застеклённое здание, которое когда-то, наверное, было гастрономом. Впрочем, в нём и сейчас был магазин, о чём извещала вывеска "У Тани". А сбоку от здания тянулся длинный пустой прилавок под навесом. Наверное, местный рынок.

— Школы нет, потому что детей почти нет, а тех, кто есть, каждый день возит автобус в соседнее село. Но фельдшерский пункт есть. — невозмутимо ответил Эд. — Даже клуб местный есть, но кино в нём давно не показывают. Открывают, только когда выборы, вот в нём и проводят.

— Весело живут. — хмыкнула на заднем сиденье Дашка.

— И работы никакой нет? На что же люди живут здесь? — искренне посочувствовала местным я.

— Ну работа есть, но немного. — отозвался Эд. — Частная лесопилка в двух километрах отсюда. А вон там за рощей железка. Станция. На ней работают, на лесопилке, ну и магазины местные, какие-то здешние органы управления, коммунальные службы.

— Тоска-а-а. — протянула на заднем сиденье Дашка, фотографируя на телефон что-то через окно. — Здесь только хоррор снимать.

— Ну сейчас время года не то. Неуютное, голое. — согласился с ней Эд. — Но зато воздух чистый. И летом здесь здорово. Грибы, ягоды. Озеро рядом, рыбалка. Да и Ладога в двадцати километрах. А зимой вообще сказочная красота. Снег, лыжи. Отдыхать сюда приезжать — одно удовольствие. Тишина, покой, лес вокруг. Тебе понравится, Даш.

— Ну не знаю. — скептически поморщилась дочь. — Я городской житель. И мне больше на море отдыхать нравится. Пляж, песочек, солнышко.

— Песочек на озере тоже есть. — посмеялся Эд. — Но я не настаиваю. Море так море. Как скажете, девочки, так и будет.

Машина свернула с центральной улицы, и начался частный сектор. Здесь всё было получше. Деревянные и кирпичные домики, палисадники, берёзы и рябины под окнами.

— Вот и наш дом. — объявил Эд, притормаживая у ворот. — Приехали.

Я открыла свою дверцу, и не торопясь вышла из машины. Удивлённо огляделась.

Никакого тебе высокого, каменного забора, за которым можно спрятать частную жизнь богатого и знаменитого человека. Обычный деревянный, отличающийся от соседских только тем, что доски свежие, не рассохшиеся и не потемневшие от дождей.

— Пойдёмте. — Эд открыл багажник и достал из него наши сумки. — Калитка не заперта, Семёныч уже пришёл и баню топит. Добро пожаловать, девочки.

Я первой вошла во двор. Шагнула и онемела от восторга.

Глава 56

В окружении высоких, пушистых елей стоял сказочный дом-сруб.

— Нравится? — довольно улыбнулся Эд, считав восхищение на моём лице.

— Чудо как нравиться. — боясь моргнуть, чтобы не исчезла картинка удивительной красоты избы, прошептала я. — Просто волшебство из детства.

— Здесь живёт Дед Мороз? — радостно взвизгнула Дашка и побежала по дорожке к дому. Одним прыжком перескочила две ступеньки ведущие на крыльцо-веранду и, смеясь, закружилась на ней. — Чур, я буду Снегурочкой!

— Пойдём. — Эд, смеясь, легонько подтолкнул меня в направлении дома. — Я так понял, что ты будешь Зимушкой-Зимой.

— Скорее Весной-Красной. — идя рядом с Эдом, улыбалась, глядя на веселящуюся дочь.

— Она же мать Снегурочки.

— До сих пор точно неизвестно, кто были родители этой чудо-девы. Только с дедом определись. — уже откровенно ржал Эд.

Обстановка в доме тоже не разочаровала. Она была полностью аутентична дому. Тяжёлая деревянная мебель, немного грубоватая, но безупречно вписывающаяся в интерьер дома, стены которого были сложены из огромных брёвен. На деревянном полу вместо ковров — шкуры животных. А ещё настоящая печь, выложенная малахитового цвета изразцами. Будто специально грубо выкованная люстра, висящая на цепях.

Я потрогала пальцами мягкое, лоскутное одеяло, небрежно переброшенное через резную спинку кресла-качалки. Такое тёплое и уютное, что так и захотелось завернуться в него и, сидя в кресле, смотреть на пылающий огонь в печи.

— Пойдёмте, покажу вам вашу комнату. — шагнул куда-то вбок Эдуард. — Гостевая спальня на мансарде. Думаю вам понравиться. Там очень уютно и тепло. И отличный вид на лес.

За бревенчатой стеной оказалась широкая лестница, ведущая наверх.

— Эдуард Борисович, а качели у вас во дворе есть? — топала за нами по лестнице Дашка.

— Поставим. — не оборачиваясь, ответил Эд. — Я-то больше гамак предпочитаю, но если хотите — поставим и качели.

Я обернулась к идущей за мной дочери, и она подмигнула мне.

— Хотим! — с энтузиазмом откликнулась Дашка, а я тихонько хмыкнула и покачала головой. Вот коза. Быстро освоилась в