Душелов. Том 3 - Emory Faded

Ну, в каком-то плане, исходя из небольшого личного опыта, я её понимаю. Телохранители — это, как по мне, про ту самую безопасность, которая идёт абсолютно всегда наперекор с удобством. Впрочем, лучше испытывать это самое небольшое неудобство, чем позже гнить мёртвым в земле. Или даже чего похуже…

— Кстати, не уходи от темы! Ты так и не рассказал…

— Нам сюда, — перебил я её, указав на поворот налево.

— А? — удивилась она. — Хорошо, — следом зачем практически сразу же продолжила: — В общем, ты так и не рассказал, почему разбираешься в искусстве!

— Ну, я это и не скрываю особо. Всё дело в роде Агнэс. Я жил и рос с ними, как член их семьи. А у большинства аристократов есть некая тяга к искусству. В конкретно этом случае — она проявилась лишь у одного члена их рода. Тем не менее, лет до пятнадцати-шестнадцати жили мы достаточно дружно, а потому если куда-то хочет идти один — значит, вместе с ним туда идут и все остальные. И естественно, никакие отмазки не принимались.

— Этот «один» — это ведь ты сейчас про Кевина Агнэс?

— Ага, именно про него. Смотрю, он действительно столь популярен в высшем свете, как я и думал.

— Думаю, он популярен даже больше, чем ты думаешь.

— Ну, учитывая, как он держит себя в обществе — оно и неудивительно.

— «Держит»? Ты же не имеешь ввиду, что он на самом деле совсем другой?

— Нет, не имею. Однако уверен, что раскройся хотя бы часть его настоящей личности — он был бы уже не столь популярен.

Может, Кевин и действительно очень умный, добрый парень, но всё же… как ни крути, а он далеко не самый смелый парень. А мужественность в реалиях высшего света — это очень важный фактор, играющих роль буквально в любом аспекте жизни аристократа. Так что его стратегия минимально появляться в обществе, засесть за учёбу и неторопливо вливаться в бизнес своего рода — вполне себе хороший вариант. Может, даже самый лучший из имеющихся.

Впрочем, я бы сам вряд ли смог так жить.

— Это ты о чём сейчас?

— А вот это я уже рассказать не могу при всём желании. Даже не будь у меня долга перед его семьёй — он мне всё равно, считай, как родной брат.

— Пф-ф-ф… ну и не больно-то хотелось…

— Нам сюда, — остановившись, указал я рукой на вход в ресторан.

И наблюдая за её удивлённой реакции, пока она пыталась подобрать подходящие слова, подошёл к двери и приоткрыл её для неё. Так ничего и не сказав, успокоившись, она прошла внутрь, а я следом за ней.

— Слушай, — тихо начала она, — ты, наверное, не знаешь, но этот ресторан очень популярный. Так что вряд ли тут сейчас будут свободные места.

Ничего не ответив ей, я подошёл к респешену. А за ним находиться достаточно милая девушка лет двадцати трёх с яркой, но очевидно самой обычной, наигранной улыбкой, свойственной всем людям в такой сфере.

— Добрый день, дорогие гости, — моментально поздоровалась она с нами. — Могу я вам чем-то помочь?

— Добрый день. Столик на имя Микаэла Мёрфи.

— Одну минутку, — и произнеся это, слегка наклонилась, взяв планшет, по которому впоследствии сделала несколько быстрых, отточенных кликов. — Третий кабинет со столиком на двоих, всё верно?

«Кабинетами» в подобных ресторанах называют либо целую отдельную комнату, либо же, как минимум, отгороженную занавесками секцию. В общем, главный смысл этого — небольшая территория, где посетителей не будут никак тревожить другие посетители. В нашей ситуации, для нас двоих, — это единственный способ побыть в подобном публичном месте, будучи уверенным, что после из-за этого не возникнут проблемы.

— Да, всё верно.

— В таком случае, прошу за мной, — с максимально учтивым тоном сказал только что подошедший к нам откуда-то слева парень.

Ну а после этого он провёл нас к нашему кабинету. Зайдя в него мы сели, наконец заимев за этот вечер первую возможность снять с себя маску, очки и бейсболку.

— Что-то принести сразу? — поинтересовался парень-официант.

— Нет, — сразу ответил я.

— Эм… тоже нет, — вновь несколько замялась Алиса.

— Хорошо. Тогда я зайду чуть позже. Либо же, если определитесь раньше, можете заказать по этим планшетам, — указал он рукой на те два планшета, что лежат возле нас.

— Хорошо.

После этого он кивнул и вышел из кабинета. И стоило ему закрыть дверь, как…

— Что происходит⁈ — сразу же вскрикнула Алиса. И увидев, как я в непонимании на неё смотрю, она объяснила: — Мы же не договаривались на ресторан! Мы обсуждали только поход в театр!

— Если переживаешь насчёт денег, то я заплачу, как и за театр.

— Да не в этом дело!

— Тебе нужно куда-то спешить? — спросил я, взяв планшет.

— Да нет же, у меня сейчас полно свободного времени! Я не об этом! Это же!.. — замялась она, — я не понимаю, зачем это всё? Зачем ты меня пригласил сначала в театр, а теперь ещё, оказывается и учтиво забронировал столик в таком дорогом ресторане…

— А разве в этом есть что-то странное?

— Конечно есть! Это же прямо как… свидание… — под конец, резко покраснев, сбавила она тон, отведя взгляд в пол.

— Так это оно и есть, — спокойно ответил я, продолжая листать меню на планшете.

— Ч-что⁈.

— Не понимаю, что тебя удивляет. Для пар, вроде нашей, ведь вполне естественно ходить на свидания.

— «Для пар»?.. «Вроде нашей»?.. Т-ты… о чём это вообще⁈ С чего это мы пара⁈

— Ты это сейчас серьёзно? Мне и вправду нужно сейчас называть все эти факторы?

— Да какие ещё нахрен факторы⁈ Ты ведь не предлагал мне встречаться! Да и в любви никто из нас друг другу не признавался! — и услышав вот это, видя её покрасневшее, тем не менее очень милое лицо, я уже не смог устоять, усмехнувшись. — Да какого хрена ты ржёшь в такой ситуации, идиот⁈

— Слушай… ты что — ребёнок? — еле сдерживая смех, спросил я, отложив планшет.

И видимо, моя формулировка была слишком провокационной для неё в такой ситуации. Потому что уже в следующее мгновение она, резко вскочив