Простая игра - Влад Борисов

— А кто же еще! Думаешь гильдия ланист? Трусы они, а не убийцы. Наймут кого-нибудь сделать грязную работы — это да, а так, чтобы самим в драку полезть…

Болотник рассмеялся скрипучим смехом, отчего окрестные вороны, раскаркавшись, взлетели с насиженных мест и принялись кружить над лесом.

— Так я, пожалуй, пойду… — Юрий осторожно стал снимать с себя удерживающие его ветки.

Смех сразу оборвался и Болотник недовольно зашевелился:

— Никуда ты не пойдешь. Думаешь разжалобил меня своей судьбой, и это дает тебе право на свободу и жизнь? Никто от меня не уходил, не испив до смерти болотной водицы. Не уйдешь и ты!

Юрий почувствовал, как его сильно потянуло вниз. Болотник медленно погружался, не выпуская его из объятий. Ящер! В миг между ветками получилось свободное пространство и гибкое, покрытое чешуей тело выскочило из захвата и понеслось, шлепая кривыми лапами прочь.

— Не уйдешь… — Юрий отлично слышал, как шипел сзади наступающий на пятки Болотник.

Впереди появилась глубокая вода, и он рассчитывал, что Юрий потеряет в скорости. Но вышло с точностью наоборот. Хвост ящера вспенил воду, как винт Архимеда, и длинная туша превратилась в торпеду, оставив своего преследователя далеко позади.

— Вот шустрый гад, — усмехнулся Болотник. — Сразу придушить надо было! Одна польза… Он достал оставленную Юрием пластину и к ней добавил вторую, которую бережно хранил с тех давних времен, когда бился на арене сам. Сложил их вместе и замер в задумчивости, водя ветками по полированным матовым граням.

Глава 16. Клан

К городу Юрий выбрался ближе к вечеру. Пришлось немало поплутать после того, как сбежал от негостеприимного болота. Сначала он думал выйти к дороге, а потом либо доехать на попутке, либо дойти по обочине, что было более вероятно. Но получилось еще лучше — место, где закончился лес, было действительно близко к дороге, но городская застройка начиналась еще ближе.

Юрий почистил от репейника помятый спортивный костюм, расшнуровал обувь и отжал сырые носки. Покачал головой, разглядывая красные в потертостях ноги и принялся обуваться. Промокшие кроссовки неприятно натирали ноги, но в них было гораздо лучше, чем босиком. По крайней мере, можно было идти и, к счастью, не так уж и далеко.

Хуже было с царапинами и ссадинами, оставшимися на память о встрече с Болотником и его войском. Раны под костюмом были не видны, а вот шрам на щеке не только саднил, но и портил внешний вид. Юрий сорвал большой подорожник, поплевал на его сторону и приклеил к щеке. Теперь он был готов покорять город.

Рабочая окраина надвигалась серыми бетонными заборами, огораживающими склады и небольшие промышленные зоны с остатками производства. Иногда заборы были подешевле, из тонкого профлиста, а местами присутствовали в виде разломанной кирпичной кладки, хранящей память о лучших временах. Петляющая между ними дорога была заезжена в край и идти по ней следовало осмотрительно, чтобы не попасть в вечно непросыхающую грязь. Слой пыли покрывал чахлые деревца и редкие лавочки, садиться на которые не было никакого желания.

Тем не менее, одна из таких лавочек не пустовала. Правда, облюбовавшая ее молодежь сидела на спинке, поставив грязные подошвы на лавку. У Юрия неприятно екнуло сердце от нехорошего предчувствия, но он подумал, что сворачивать уже поздно и лучше будет спокойно и уверенно пройти мимо. Чтобы не привлекать внимания, он аккуратно сложил листочек подорожника и сунул в карман.

— Ты с какого района, пацанчик? — послышался хриплый голос, как только он поравнялся с компанией.

Юрий остановился. Бежать, равно как и делать вид, что не замечаешь, смысла не имело — это подействовало бы на компанию как запах крови жертвы. Пока же была возможность еще как-нибудь отбрехаться.

— Просто мимо проходил, — ответил Юрий, кивнув в сторону центра города, дескать туда вон иду.

Остановившись, он получил возможность получше рассмотреть с кем, возможно, придется иметь дело. Пятеро молодых парней, гораздо моложе его, обступили почерневшую от грязи скамейку. Двое важно восседали, как петухи на жердочке, а трое подобострастно крутилась у их ног, компенсируя недостаток важности выдыхаемым табачным дымом, сравнимым по мощности с паровозным депо.

— А че ты такой борзый, а? — белобрысый, на голову выше остальных, смачно сплюнул на землю. — Курево есть? Чалый, — кивнул он отирающемуся рядом тощему пареньку, — Прими товар.

— Нет, курева нет, — Юрий про себя чертыхнулся: сейчас как никогда пригодились бы сигареты. А, может быть, и нет…

— Нету, значит? — Чалый самодовольно улыбнулся, принимая терзания Юрия за его страх. — А если найду?

Он приблизился так близко, что выдох смрадного никотинового перегара заставил Юрия поморщиться и который раз пообещать себе бросить курить. Дальнейшее произошло непроизвольно: он толкнул двумя руками источник зловония, отчего Чалый отлетел к самой лавке и опрокинул через спинку одного из сидевших на насесте.

— Наших бьют! — завизжал белобрысый и первым бросился к Юрию.

«Эх, если бы не стертые ноги…» — Юрий затравленно оглянулся, понимая, что бегством не спастись. Он повернулся спиной к забору и встретил первого тычком в грудь. Как ни странно, это оказался не белобрысый, а одна из его шестерок, которую он толкнул впереди себя.

В рабочей ипостаси такие тычки были подобно удару молотом, вышибавшим на раз воздух из легких. Приходилось бить далеко не в полную силу, чтобы не отправить кого-нибудь ненароком на тот свет. От этого, правда, получалось еще хуже — отброшенные ударами вскакивали и снова кидались в драку.

Ножа, мелькнувшего в чье-то руке, Юрий даже не успел испугаться. Удар в предплечье заставил его обладателя ойкнуть и с побелевшим лицом вывалиться из драки.

Громкий треск и яркий электрический разряд на мгновение ослепил Юрия. Это белобрысый сунул ему в лицо руку с шокером. И опять Юрий сработал инстинктивно — сжал ладонями сверкающий синими молниями прибор, а когда разряды перекинулись на них, развел руки в стороны.

Почему он сделал именно так, ему было непонятно, но получилось очень эффектно: шокер перестал искрить, а между широко разведенными руками ударила молния, разметав не успевших ретироваться парней. Удар получился не сильный, но хлесткий. Никто ничего не понял, и вскочивший белобрысый с ходу ринулся в атаку.

Юрий потер между собой ладошки и снова развел руки в стороны. В этот раз молния шарахнула посильнее, заставив белобрысого не просто отлететь назад, но и перевернуться в воздухе.

— Шухер! —