Сводные. Люби меня - Катерина Пелевина
— Мечтай, Королёв. У меня половой покой. Я тебе человека родила, имей совесть.
— Да я шучу же, блин... Противный какой заяц, а...
Шлёпаю её по округлившейся заднице, а она уходит, исчезая за дверью. Смотрю ей вслед, а потом гляжу на маленькую, которая на удивление спокойно уснула, несмотря на наши препирания...
Вздыхаю. Рассматривая её милое личико. Включаю купленную в детском магазине приблуду, именуемую радио-няней, а сам шурую к Мирославе в спальню.
— Не спишь?
— Нет ещё, — раскладывает она вещи по полкам в шкафчик.
— Можешь поговорить со мной? Я за эти четыре дня от тоски чуть не помер.
— Мы же общались по телефону, глупый...
— Мало, — подхожу сзади и обнимаю её. Крепко к себе жму. Хочу понежить, согреть, пожалеть. Но член, как истинный варвар, завоеватель и агрессор, тут же реагирует... И Мира тоже всё чувствует.
— Дамииииир, — тянет она и оборачивается со строгим выражением лица. — Забирай свой автомат и иди с ним в ванную, ага?
— Чёрт... Да извини ты... Не обижайся... Просто инстинктивно. Я не собирался даже... Дай просто обнять. Я скучал.
Пристраиваюсь сзади и максимально близко прижимаю. Целую нежную кожу, вдыхая запах волос на затылке.
— Ты пахнешь иначе... После родов...
— Да? Чем? Молоком?
— Вроде бы...
— Софу надо будет скоро покормить. Я перед выпиской прямо грудь давала. Молоко как с ума сошло сегодня, — она толкает руку к пышной груди, а я с тоской смотрю туда, потому что понимаю, что эта территория теперь вовсе не моя... И мне там ничего не светит. А так бы хотелось хотя бы прикоснуться.
— Дашь потом попробовать?
— Ты серьёзно?
— Ну да... Я где-то читал, оно сладковатое. Я же не собираюсь его стаканами пить... Просто лизнуть тебя немножко, — давлю лыбу, пока Мира стоит в шоке от меня. Я, кажется, окончательно выставил себя в её глазах озабоченным извращенцем. Да и пох... Хочу попробовать и не считаю это чем-то уж совсем из ряда вон... Хочу и всё.
— Ну ладно. Дам тебе полизать, — отшучивается она, а меня даже эти её слова греют. Хз почему. Восторг внутри. От того, что она со мной флиртует.
— Малыш... Я соскучился. По твоей ласке. По обнимашкам.
— Так я обнимаю, родной.
— Мало... Мне тебя мало...
— Придётся делиться, — шепчет она, вынуждая меня запустить пальцы ей в волосы и обхватить их, запрокинув её голову. Доступ к нежной шее открыт... Так хочется ласкать её языком. Что я и делаю. Не с целью трахнуть. Конечно, нет… Бред же. Просто хочу показать, как скучал.
Хочу, чтобы поняла, как много для меня значит.
— Я тебя люблю... Очень сильно. Ты вкусная такая. Самая у меня обалденная.
— Ты тоже. И я тебя люблю. Дамир. Но я устала. Хочу поспать пару часиков, пока Софа спит. Ладно?
— Ложись. Я пойду присмотрю за ней. Тихо буду, обещаю...
— Ладно, но если проснётся... Позови меня, я покормлю...
— А при мне покормишь? Хочу это видеть...
— Королёв, блин. Конечно, покормлю... — смеётся она в ответ. — Господи, ты бы видел своё лицо.
— Ну, что?! Прикольно же... Буду с нетерпением ждать этого момента...
Смотрю на неё, а она хихикает надо мной, как будто я какой-то Иванушка-дурачок, блин... А я просто хочу видеть все изменения моей любимой женщины... И знать всё, что связано с маленькой чертовкой, которую она мне родила...
Глава 50
Мирослава Королёва
Как и думала, Дамир — потрясающий отец. Нет ни одной вещи, которую бы он не делал как родитель и ни одной, которую бы считал не приемлемой для мужской гордости. Теперь мне не страшно. Не знаю, чего боялась. Отчего-то мне казалось, что мужчины меняются после брака и рождения детей... Так и есть, но мой... Стал ещё заботливее, чем раньше.
Он никогда не кричит, что поражает сильнее всего. Он ведь всегда был взрывоопасным, а сейчас... Соблюдает тишину и покой, даже когда его что-то сильно бесит. Он втягивает воздух и сжимает челюсть. Считает до десяти и молчит. Вот такой эффект Софии на нашего папу. И это достойно уважения. Наконец прошло два месяца после родов. Я могу обнять его и прижаться, не опасаясь того, что сойду с ума... От желания и похоти, что могли довести до греха в своё время.
Было странно, но недавно мы попробовали. Впервые было как-то страшновато, всего один раз и очень быстро для обоих. После чего Софа вежливо позвала нас среди ночи своим плачем и нам пришлось оторваться друг от друга.
Сейчас она уснула крепким сном. А я домываю последнюю посуду после ужина. Дамир выходит из душа и тянет меня к себе. Как всегда, чертовски сексуальный. Полуголый с полотенцем на бёдрах и взъерошенными волосами. Разгорячённый. Уже прибавивший вес и мышечную массу...
— Я не домыла же... Дамиииир...
— Малыш, я сам её, нахрен, всю вымою... Иди ко мне. Я стреляюсь уже...
— Ладно... Я сейчас. Подожди две минуты.
— Жду в комнате.
Пока он в ожидании, я иду в ванную и смотрю на свою безумно текущую грудь. Вздутую и наполненную. Вот как с такой заниматься сексом? Она не каменная, конечно. Но точно будет течь. Блин.
Всё будет липким и… Хотя какая к чёрту разница, если любишь и желаешь, верно?
Делаю всё, что хотела и крадусь к нему тихой сапой, чтобы не разбудить малышку.
Заползаю в кровать и чувствую, что он уже голый. Нагло жмётся ко мне. А член его стоит как мачта корабля… И я начинаю смеяться.
— Ну ты даёшь...
— Мир, у меня щас яйца взорвутся к херам... Я, знаешь, сколько тебя ждал?
Он начинает снимать с меня халат. Разводит полы, тянет за пояс. И обнажает мои...
— Твою мать... Бидоны, с-с-с-сука, — тянет с восторгом, а я охаю, когда он вцепляется в них языком и губами.
Господи, у меня по пояснице тут же бежит дрожь. А низ живота сворачивается от волнения и жгучих ощущений.
Даже рассудок начинает плыть, и я не могу подобрать нужных слов. Только блею какую-то чушь себе под нос.
— Погоди-погоди, о, боже... Дамир. Господи… Они все текут.
— Сладкая, какая ты сладкая, — приговаривает он, втягивая их в свой рот.
Блин, он сосёт меня и трогает пальцами между ног. Размазывая склизкий секрет повсюду, демонстрирует мою реакцию на свои действия, будто я сама не понимаю, что меня вставляет всё это...
Я уже так завелась, что толком не чувствую, как он толкает в меня пальцы.
— Дамир-чик... Угомонись... Пожалуйста... — скулю
