Слепая судьба - Андрей Михайлович Голов

Она справилась! Концентрация спала, и рука рассыпалась, но замок уже был открыт. Ван Лин поднялась и выбежала из сарая, чуть не налетев на Чэнь Чжоу.

— О, девушка молодец! Так быстро справилась! Но где же руки? Я не вижу рук? Хитрость? Покажи мне руки, маленькая хитрюга. Без них ты отсюда не уйдёшь.

В глазах мастера разгоралось безумие. У Ван Лин не было сил, чтобы сотворить себе новые руки и сражаться, она еле стояла на ногах. Девушка схватилась за кулон, вызывая сечжи. Рогатый красавец появился рядом и взревел, опуская рог. Чэнь Чжоу не испугался, он взмахнул руками и сжал кулаки, тут же из земли вырвались две огромные каменные руки и вцепились в сечжи.

— Нет-нет-нет, — заверещал Чэнь Чжоу, — никаких хитростей, возвращайся в клетку. Ты будешь наказана, ни воды, ни еды, пока не покажешь мне свои руки.

У Ван Лин по щекам потекли злые слёзы. «Дурочка, нужно было сбежать ночью, когда этот сумасшедший спит, но я так торопилась помочь другу». Чэнь сделал шаг, Ван Лин выдвинула клинки, возвращаться обратно в клетку она не собиралась. В надвигающихся сумерках ей показалось, что за спиной Чэнь Чжоу мелькнули два рыжих хвоста. Она так хотела увидеть Хун Синя, что ей мерещились лисы.

Руки Чэнь Чжоу трансформировались в две острые каменные пики, взревел сечжи в своей ловушке.

— Нет, плохой ученик — позор учителя. Чэнь Чжоу не надо позора. Слушайся, — сказал мастер и двинулся на Ван Лин, выставив вперёд острые каменные шипы.

Ещё один шаг, мелькнули искры, и раздался удар. Чэнь Чжоу осел в снег, рассыпались угли. Рядом из сумрака возник Хун Синь, державший в руках жаровню.

— Подло, конечно, но я кицунэ, — сказал Хун Синь. — Надеюсь, не перестарался.

— Думаю, минут через пять очнётся, а потом будет голова болеть, — продолжила Жолань, появляясь рядом с Ван Лин. — Ты плохо выглядишь, эти ваши тренировки ужасны. Девушка не должна идти на такое.

Ван Лин не стала спорить, а опёрлась на выбравшегося из ловушки сечжи.

— Уходим, в настоящей схватке нам с ним не справиться. Вон он какие скалы ворочает, — буркнул Хун Синь, помогая девушкам забраться на спину сечжи. — Я вас догоню.

Они покинули дом мастера, мохнатые ноги сечжи вязли в снегу. Ван Лин полной грудью вдыхала свежий воздух. Но снова стало тревожно, а вдруг она просто сошла с ума в своей клетке или спит.

— Куда отправился Хун Синь? — спросила она молчавшую Жолань.

— У нас совсем нет припасов, а там вкусно пахло мясом. Нам нужно много вещей, чтоб добраться до человеческого жилья вместе с тобой. Людям нужно больше комфорта.

Ван Лин усмехнулась, так Хун Синь, как обычно, добывает еду. Что ж, это совсем не похоже на бред. У озера с сечжи пришлось слезть, он уже с трудом переставлял ноги из-за налипшего на шерсть снега. Хун Синь догнал их, с трудом таща большой мешок.

— Еле успел сбежать. Кажется, мой удар повредил бедняге мозги, он разговаривал сам с собой, — сказал Хун Синь, доставая из мешка походную жаровню.

— Нет, он уже был такой. Его держали в клетке, и он сошёл с ума, прежде чем выбрался. Хотел организовать такую же участь мне.

— Ужасно. Люди порой более жестоки, чем ёкаи, — сказала Жолань.

— Надо пообедать, я ужасно голоден.

— Я не ела очень давно, так давно, что забыла, что нужно есть, — сказала Ван Лин.

— Тогда стоит начать с бульона, иначе станет плохо. Я сварю.

Они сидели возле заснеженного озера, и Ван Лин держала в руках пиалу. Всё вокруг казалось чудесным, а бульон безумно вкусным. Ей не хватало только Ши Юна, чтоб жизнь стала прежней.

— Куда пойдём? Увы, в бани нам теперь вход закрыт.

— Думаю, пора вернуться за Ши Юном. Уверена, он уже понял, что зря теряет время с новым учителем. Невозможно стать сильнее за такое короткое время, но с мужчинами бесполезно спорить, — сказала Ван Лин.

— Как подойдём к Белому городу, пошлём ему весть через шпильку Жолань. Ты же получила мою просьбу о помощи?

— Да, прости, но я не смогла выбраться из клетки так быстро.

— Этот человек держал тебя в клетке? Зачем? — в ужасе воскликнула Жолань.

— Он считал, что так я научусь делать себе руки. Он оказался прав, но я бы предпочла остаться без рук, чем ещё раз пройти такое обучение. А зачем нам в Белый город?

— Хун Синь хочет убедить Тенко не помогать Ин Чжэну. Я боюсь, что это опасно, — сказала Жолань.

— Думаешь, сможешь убедить кицунэ? Ты же сбежал от них и Ши Юна спас. Тенко может наказать тебя за это. Не боишься?

— Боюсь, я совсем не герой. Но я и моя возлюбленная Жолань — кицунэ. Мы не сможем жить с людьми. Лисята должны вырасти среди своих.

На этих словах Жолань покраснела, спрятала смущённое лицо за рукавом халата.

— Да, пион моей души, я привык к людям, как и ты, но наш дом среди своих. Я бы хотел помириться с Тенко и сородичами.

— Что ж, значит, идём к Белому городу. Только как? В прошлый раз нас принёс зуву.

— Можно попросить Куко, воздушную лису. Они помогают людям. Они могут использовать любое колдовство.

— Но как мы её найдём? — удивилась Ван Лин.

— Призовём. — Жолань улыбнулась. — У тебя хороший голос, пой со мной, жаль, моя эрха осталась в банях.

Жолань выпрямилась и сложила руки на груди. Голос у неё оказался похожим на журчание ручья.

«Я — лиса,

Я живу в лесу.

Мой противник слишком глуп,

Я ни на кого не смотрю свысока.

Люди видят только,

Я очень красива.

Они не знают,

У меня доброе сердце.

Ты думал, что я плохая.

Ты думал, что я ненастоящая.

Ты думал в своём сердце

Без капли любви ко мне.

Поэтому я стала очень лицемерной,

Ищу возможности повсюду.

Если кто-нибудь влюбится в меня,

Я воспользуюсь этим, ему не повезёт,

увы…»

Взвился смерч, и раздался тихий смех.

— Проси, смертная, она здесь, — сказала Жолань, прикрыв глаза.

— Это же ёкай, ей наверняка нужна плата, — засомневалась Ван Лин.

«Немного побудешь одержимой, поверь, я хорошая соседка, — засмеялся кто-то в голове Ван Лин. — Можешь ничего не говорить, я уже поняла, куда вам надо».

Руки Ван Лин поднялись помимо её воли, и вокруг них засвистел ветер.

Глава 16

Ветряная воронка осела, и Ван Лин увидела ворота Белого города. Хун Синь опустил в снег мешок с припасами. Жолань обратилась в лисицу.

— Мы отправимся в город