Ребенок от лучшего друга. Мы не твои - Чарли Маар

— Кольцо, которое я тебе подарил, — Руслан кивает на мою руку.

Я машинально смотрю на пустой палец и прячу руки за спину.

— Это... это просто потому, что я не привыкла. Вот и всё.

— Придётся привыкать. И так будет безопаснее.

— Это всего лишь кольцо!

— Нет, это кольцо, которое говорит о том, что ты моя, — Руслан берёт ручку со стола и протягивает мне. — Если никаких дополнительных пунктов в договор мы включать не будем, то давай поставим подписи. Затем, нужно будет обсудить дату свадьбы и масштаб торжества.

— Что значит, масштаб? Ты хочешь закатить пиршество?!

— Скорее этого хочет бабушка. Но раз уж на то пошло, Тася, то да, я тоже планирую сделать свадьбу свадьбой. В ином случае это воспримется моей семьёй как фикция. Ты будешь подписывать или нет?

Я осторожно, буквально крадучись, подхожу к Руслану и беру ручку.

— Ты тоже бери. Одновременно поставим.

Костров закатывает глаза, берёт со стола вторую ручку, и мы вместе заносим руки над договором.

Пара движений — дело сделано.

Я смотрю, как над моей маленькой аккуратной подписью вырисовывается размашистая роспись Кострова.

Ну вот и сделан крайний шаг, за которым остаётся только свадьба.

— Фамилию ты возьмёшь мою. У ребёнка тоже будет моя. Потом, если захочешь, свою фамилию изменишь.

Кострова Таисия Егоровна.

Неужели, это станет правдой?

Я же помню эти дебильные надписи в своём подростковом дневнике, где я тренировалась расписываться фамилией Руслана. Скоро это станет моей настоящей росписью.

— Хорошо, — киваю, чувствуя, как волнение подкатывает к горлу. — Но тогда имя ребёнку выбираю я.

— Это ещё почему?

— Ну, фамилия твоя, отчество твоё, значит имя выбираю я. Так будет честно.

Костров сощуривает взгляд и складывает руки на груди.

— А если мне не понравится имя? Вдруг оно будет дурацкое? Или какое-нибудь индийское, типа Адитья или Абхей?

— Абхей Костров? Ты меня из себя пытаешься вывести или что? Ты уже и без того постарался! — ударяю кулаком Руслана в плечо.

— Я пытаюсь убедиться, что ты адекватно мыслишь. Не хочу потом увидеть в свидетельстве о рождении и крестить в церкви какую-нибудь Айшварию. Давай так договоримся, ты выбираешь несколько имён, а я из этих имён выбираю то, которое больше всего мне нравится?

— А если ты выберешь не то, которое будет больше всего нравится мне?

— Маршанская, я тебя сейчас задушу!

— Довлет Костров, — дверь в кабинет открывается, прервав наш спор, и секретарша Руслана объявляет о появлении его брата.

— Ты бы сказал своей помощнице, что дорога от ЕЁ стола до ТВОЕГО — это не "зелёный коридор" и не надо объявлять о появлении кого-то, будто он направляется на смертную казнь, — фыркаю, глядя, как Руслан быстро прячет наш подписанный брачный договор в стол.

— Таисия, — Довлет останавливается на пороге, увидев меня, и коротко кивает.

Симпатичный в целом. Но не такой красивый как Руслан.

И впечатление производит отталкивающее. Впрочем, я уже привыкла к такой реакции своего тела на этого человека.

— Нужно предупреждать, что придёшь, — чеканит Руслан. — Мы были заняты.

Костров обходит стол и приближается ко мне, после чего резко обхватывает рукой мою талию и притягивает к себе.

— Ладно, малыш. Езжай домой. Вечером поговорим, — наклоняется и прижимается к моим губам.

Я настолько всего этого не ожидаю, что не успеваю никак отреагировать. А точнее, я реагирую инстинктивно — цепляюсь за широкие плечи Руслана и приоткрываю рот, впуская в себя его вкус.

Поцелуй длится всего пару мгновений, но создаётся ощущение, будто лучше мгновений придумать невозможно.