Случайная беременность. Наследник магната - Кэти Свит

тактичный кашель Лебедева заставляет нас немного умерить свой пыл. Демьян видит Андрея и тут же прячет меня за своей спиной. Напрягается.

– Ты еще кто такой? – с наездом обращается к Лебедеву.

Тот ухмыляется и ставит на пол пакеты с продуктами.

– Значит, не узнал, – констатирует факт. В его голосе легкая насмешка.

– Я не обязан знать всех, с кем пересекаюсь, – в своем духе отвечает Демьян. – Кто ты? Отвечай или немедленно убирайся, – требует.

Мужчины сверлят друг друга суровыми взглядами, но с места ни один из них не сдвигается. Атмосфера накалена.

– Демьян, это друг Пети Андрей, – представляю гостя. – Он меня привез.

– Даже так? – вопросительно выгибает бровь. – Любопытно, – задумчиво хмурится. – Петр настолько в тебе уверен, что доверил сестру?

– Да, – твердо отрезает Лебедев. В его голосе стопроцентная уверенность. – Мы с тобой встречались не так давно, – произносит, обращаясь к Демьяну. – То, что я здесь, заслуга Коновалова. Поверь, если бы не он, я ни за что не стал тебе помогать, – заявляет сурово.

– Кто сказал, что мне она от тебя нужна? – хмыкает Дем. На лице Лебедева появляется недобрая ухмылка.

– Я, – отрезает твердо. – Поверь, после того, как увидишь привезенные документы, ты будешь меня благодарить.

Пауза.

Обстановка накаляется.

– Ну раз так, – по-прежнему не отпуская меня от себя ни на шаг, Демьян озвучивает свое решение. – Проходи. Поговорим.

Глава 41. Демьян

– Что за документы ты мне привез? – спрашиваю, переходя сразу к делу. – Мое время стоит очень больших денег, – предупреждаю его.

Я смутно припоминаю образ стоящего перед собой человека, но никак не могу вспомнить конкретнее нашу предыдущую встречу.

– Информация от меня стоит гораздо больше, – заключает невозмутимо.

– Да ладно? – хмыкаю скептически.

Лебедев стойко выдерживает обращенный на себя суровый взгляд.

– Да, – подтверждает.

Оставив пакеты у двери, уходит обратно в гараж и спустя минуту возвращается оттуда с папкой для документов.

– Приятного чтения, – усмехается мне прямо в лицо.

– Ты либо бесстрашный, либо отмороженный, – говорю, считывая его выпад.

– Я пожарный, – отрезает с непомерной гордостью за свою профессию. – Привык смотреть страху в лицо.

Заявление Лебедева вводит меня в некий ступор, но я достаточно быстро из него выхожу. Удивил меня все-таки.

– Так вот почему ты мне кажешься знакомым, – вдруг вспоминаю нашу стычку. – Ты тот самый “борзый” пожарный, – хмыкаю, прокручивая в памяти тот наш разговор.

– Борзый это у нас Воронцов, – отмахивается Лебедев. – Я так, всего лишь отвечаю за свои слова.

– Ну-ну, – сменяю гнев на милость. – Что там? – киваю на папку с документами.

– Посмотри сам, – не спешит вводить меня в курс дела.

– Демьян, может давай я приготовлю покушать? – подает голос Марья. – Судя по упаковкам, мы привезли котлеты и замороженный картофель. Как раз успею это все пожарить, а вы пока спокойно изучите содержимое папки.

Она говорит с такой нежностью, что я не могу отказать.

Соскучился дико! Нужно как можно скорее выпроводить Андрея и остаться наедине с любимой женщиной.

Нутро скручивает от тоски по ее теплу.

– Хорошо, – иду на уступки. – Но ты только не переусердствуй, – предупреждаю ее.

Наш малыш уже скоро должен родиться, и сейчас наступает непростое время. Одного неловкого движения достаточно, чтобы спровоцировать преждевременные роды.

– Я буду аккуратной, – обещает, оставляя на моей щеке поцелуй. Не в силах сдержаться, мажу по губам. – Люблю тебя, – признаюсь, пока Андрей отвернулся.

Марья смущается, обнимает меня и, взяв из пакета упаковку котлет и картошки, покидает коридор.

– Есть что еще отнести? – уточняю у Андрея перед тем, как пойти в гостиную.

– Да, – подтверждает он. – Полный багажник Арсений забил.

– Понял, – киваю.

За несколько ходок мы с Андреем успеваем разобрать заполненный продуктами багажник и лишь после этого решаем уединиться для разговора.

– В курс дела введешь? – спрашиваю, открывая папку и доставая первый документ. Это оказывается акт о пожаре. Пробегаюсь по нему глазами. – Что здесь такого, чего я не видел? – обращаю на Лебедева пристальный взгляд.

– А ты сам посмотри, – хмыкает довольный собой.

– Актом ты меня не удивишь, – ставлю его перед фактом.

Лебедев лишь ухмыляется.

Достаю следующий документ, и это оказывается еще один акт. Только в нем содержится совершенно другая информация. Если верить ей, то на складе произошел поджог. А это в корне меняет дело.

– Откуда это у тебя? – продолжаю вчитываться в содержание акта.

– От верблюда, – отвечает, наслаждаясь произведенным эффектом. – Советую обратить особое внимание на копию журнала вызовов. Сравнить время.

Сравниваю. Охреневаю.

Если верить тому, что привез Лебедев, то сообщение о возгорании поступило за три минуты до самого возгорания. А это значит, что тот, что звонил, знал о том, что будет совершен поджог.

Или сам его совершил.

– Как интересно, – бурчу себе под нос. Откладываю один документ и приступаю к следующему.

Изучив содержимое всей папки, захлопываю ее и смотрю на Андрея уже совершенно другими глазами.

– Что ты хочешь за эту информацию? – спрашиваю у него в лоб. – У всего есть цена. Я готов ее заплатить, – добавляю.

Как только содержимое папки попадет в руки к следователю, то он снимет с меня все обвинения, и я смогу вернуться к своей обычной жизни. Если подключить возможности Глеба Аверченко, то у нас получится установить личность звонившего.

Потянем за одного, распутаем клубок.

Офигенно!

– Доведи дело до конца, – произносит все с тем же невозмутимым спокойствием. – Я не люблю крыс. Тот, кто приказал замять дело, действует в личных интересах, и надеяться на его компетентность нельзя. Прихватите его следом за поджигателем.

– Сделаем! – заверяю.

Я лично прослежу за тем, чтобы все виновные были наказаны по полной.

С клиникой, где по ошибке пересадили мой материал не той пациентке, вопрос решен. Виноватая в этом инциденте больше никогда не допустит подобной ошибки.

Ее никто не возьмет на работу, где есть хоть какая-то ответственность. После такой записи, которую оставили в ее трудовой книжке, никто не согласится взять к себе такого сотрудника.

А если согласится,