Здесь, но не сейчас - Андрей Волковский
Бесконечная ночь сменилась таким же бесконечным днём.
Усыплённых и мёртвых чужаков долго сверяли по капсулам и личным делам. Все двадцать тел нашли. Двое, правда, были обезображены до неузнаваемости. Одного из них методом исключения опознали как зачинщика бунта Дона Фореста. С его лица и головы содрали кожу, а потом долго пинали уже мёртвое тело.
Когда пройдёт ураган, можно будет послать сигнал в космопорт и полицейский департамент. А пока мёртвых психов уложили обратно в их криокамеры. Живых накачали снотворным и привязали к койкам в большом зале для сомниотерапии.
Рассел вяло удивлялся, откуда у персонала взялись силы, чтобы наводить порядок в главном корпусе, паковать психов, а потом – переносить погибших коллег в морозильник кафе.
На него самого навалилась апатия. Ему перебинтовали руку, обработали рану от укуса и дали снотворное. Хорошо бы проспать дня три.
Вряд ли Отиум снова обретёт славу тихого местечка, где приятно отдохнуть и подлечить нервы.
…Полиция прибыла в рекордно быстрые сроки. После сеанса связи с внешним миром прошло всего три часа. Видно, мчались на всех парах.
Сотрудников допросили. С пациентами вежливо побеседовали. Рассел считал своим долгом помочь полиции, потому с ним беседовали особенно долго.
Вечером, когда Рассел уже собрался рухнуть в постель и не вставать до утра, к нему зашла Изабель.
– Знаю, что вы устали, но это очень важно, Роберт!
Женщина прошла в комнату и уселась в кресло, всем своим видом показывая, что уходить не намерена.
– Мне кажется, – решительно продолжила она, – что Тимоти – наш техник… он…
Она замолчала. Тимоти – это тот парень, который выжил после истязаний в душевой, припомнил Рассел.
– Что с ним?
– Он… другой. У нас был роман, – она улыбнулась и тряхнула волосами. – Так вот мы тогда придумали особое слово, чтобы на людях давать друг другу знать, что пора искать укромное местечко. Я только что была у него, и Тим не узнал наше слово!
– Может, он просто не в настроении для любовных игрищ? – проворчал Рассел.
Её что, совершенно не смущают чудовищные ожоги вместо лица?
– Нет, он не отказался. Он не понял!
– Знаете, после пережитого удивительно, что он вообще что-то помнит.
Изабель рассердилась:
– Вы меня не слушаете! Он явно заинтересовался мной, – женщина выразительно провела ладонями по груди и талии. – Но словно бы не узнал. И я ушла.
– И…?
– Пойдёмте со мной: вам я доверяю. Вы же спасли меня! – она многозначительно улыбнулась. – У Тима должна быть татуировка на спине. Дракон. И если у этого парня её нет, то он – не Тим!
Рассел не то чтобы поверил, но решил не спорить: себе дороже. Молча накинул куртку, и они вышли на улицу.
Тим, по словам Изабель, раньше жил в главном корпусе, но после всего случившегося перебрался в один из пустующих домиков.
В этом домике было темно и, как выяснилось, пусто.
– Странно: я была у него минут двадцать назад – и он никуда не собирался.
Только сейчас Рассел осознал, что изуродованное лицо – это прекрасная маскировка, а делать анализ ДНК причин не было. Велел Изабель идти к себе и направился во временный штаб, чтобы узнать, можно ли найти сотрудника.
– Кого именно? Тимоти Лоу, техник? Только что тут был. Что? А, так он улетел с полицейскими. Ему ж хирург нужен. Ну, ещё не улетел, но вот-вот. И… А что? Куда вы, мистер Рассел?
Он мчался, надсаживая дыхание, к вратам купола. Флаеры не влетают внутрь, так что если полицейские идут не торопясь, то он может успеть. Должен.
Пусть он ошибётся и окажется смешным и нервным, но если это действительно псих… только бы успеть!
И он успел. Трое полицейских, Мария с большой коробкой в руках и обожжённый техник с сумкой на плече как раз собирались выйти за пределы купола под крышу ангара для флаеров.
– Сто-о-о-ой! – заорал Рассел.
Они остановились и разом повернулись в его сторону.
– Это… не… техник… – выдохнул Роберт. – Отойдите. Это… псих.
Мария уронила коробку. Полицейские потянулись кто к рации, кто к шокеру.
А «техник» швырнул сумку в Рассела и ринулся в проход. Двое полицейских бросились в погоню, Рассел следом. Краем глаза заметил, что и Мария, сжимая что-то в руке, побежала к ангару.
– Вернитесь! – крикнул он ей. – Это опасно!
Женщина упрямо мотнула головой, не сбавляя шага.
После имитации дневного света под куполом в ангаре почти темно. Махины флаеров нависали загадочно и зловеще: как знать, за каким из них притаился безумец? Словно своды пещеры…
Рассел остановился, отгоняя предательскую слабость. Хотел придержать Марию, но та уже скрылась между стеллажей. Видимо, ангар использовали и как склад.
Он напряжённо вслушался, ожидая шума борьбы и криков о помощи, но, видимо, медсестра разминулась с преступником.
Шагов полицейских не слышно. Наверняка они крадутся по ангару, сжимая шокеры. Жаль, что у Рассела нет с собой иглокапсулы. Или хотя бы ящика от стола.
Он медленно пошёл вдоль стены, вглядываясь в тёмные проходы. Темнота и тишина нервируют, мешают сосредоточиться.
Спокойно…
Рассела сшибло с ног. Вот только что было тихо и напряжённо, как в дешёвых триллерах, а вот Рассел уже на полу, придавленный чужим телом. Падая, он приложился затылком – и драгоценные секунды ушли на то, чтобы прийти в себя.
«Техник» вцепился Расселу в горло.
Нечем дышать. Кислорода не хватает.
В полутьме обожжённое лицо казалось чудовищной маской, с которой на Рассела смотрели безумные глаза.
Чужие пальцы на шее словно из металла – не оторвать, не впустить в распахнутый рот ни глотка воздуха.
Ты задохнёшься.
Ты умрёшь.
«Вы сильнее страха!» – всплыл в мутнеющем сознании голос Яо.
Он доктор. Ему виднее. Давай же, Роб!
И Рассел разжал руки, перестав отдирать пальцы от горла. Волна паники затопила его: что ты делаешь?! Перестань! Ты умираешь! Но он размахнулся – и изо всех сил ударил психа раскрытыми ладонями по ушам.
Тот пронзительно вскрикнул и вскинул руки к голове.
Рассел задышал, захлёбываясь воздухом, хрипя и кашляя. А враг вдруг как подкошенный упал рядом.
Рассел огляделся и упёрся взглядом медсестру. Мария сжимала пистолет с успокоительным и часто-часто дышала. Она поймала его
