Я стану твоей проблемой - Лена Поллина

подразумевая «Ты спал у себя в комнате»

- Да… Там…- достаю из просигналившей микроволновки пюреху с котлетой и отодвинув стул усаживаюсь поудобней.

Есть хочу безумно!

- А… Яна? – щурит глаза сестра.

- Яна спит там же. Я ее обездвижил. Что бы от работы не отвлекала. – произношу серьезным тоном и принимаюсь за еду.

Лиля смотрит на меня немигающим взглядом. Мне кажется, что я даже слышу, как в ее симпатичной головке крутятся шестеренки. Я, конечно, слышал, что беременные соображают туго, но не настолько же!

Она наконец-то открывает рот и подносит к нему руку, пытаясь закрыть свое удивление.

Хихикнув наконец-то произносит.

- И чем же вы ее, интересно, обездвижили, Тимур Артурович, а? – складывает руки на груди и очень старается сделать возмущенный вид, но когда на мои губы ползет довольная улыбка, она не удержавшись отражает ее.

- Этим – киваю на свою ширинку.

После возмущенного выдоха в меня летит скомканная салфетка, я уворачиваюсь.

Что сегодня с женщинами происходит? Второй раз уже предметы летят в мою сторону.

- И сильно ей досталось? Долго она без сознания будет лежать?

Блеснув глазами, сестра наливает в стакан воду и спрятав там свою улыбку принимается наблюдать, каким мечтательно-влюбленным становится мое лицо. Пиздец я поплыл, конечно… Дожевываю котлету, которая мне кажется божественной. Я не ел со вчерашнего дня и боюсь, что организм уталив еще один голод, вновь запросится спать.

- Очень – киваю отпивая кофе, который мне уже сварила сестра – думаю, что через девять месяцев такая же круглая, как ты будет.

Нижняя челюсть сестры вновь ползет вниз, а мое лицо становится еще довольнее.

Она все понимает. Она сама так долго ждала этого мгновения. После того, как не стало Аринки, Лилька стала моей тенью. Беременная, с маленьким ребенком на руках она примчалась ко мне в часть. Почти на другой конец страны. Потом каждый день названивала по видеосвязи считывая мимику на моем лице при каждом разговоре.

Никита все понимал. Я благодарен ему за Лильку. Он был с ней, в самые тяжелые минуты нашей жизни. Он был рядом. А теперь я ему еще благодарен за Янку. Взбалмышную и такую красивую девчонку, которая вытащила наружу все эмоции, которые казалось угасли навсегда.

- Если Громов об этом узнает…- угрожающе тянет слова и качает головой.

- Знаю…- отбиваю ее опасения.

- Никита тоже будет не в восторге…- продолжает нагнетать.

- И это я понимаю – отпив кофе откидываюсь на спинку стула и закрываю глаза.

- Ти-им… А не слишком ли ты агрессивно схватился за Яну? – чувствую, как глаза сестры блуждают по моему лицу.

Все я знаю и понимаю, но отказываться от своей вредной женщины я не намерен. Я буду за нее бороться. Главное, что бы Яна была всегда на моей стороне. Что бы доверилась и потерпела немного мое безденежье. Я знаю, как бросить к ее ногам мир. Я знаю, как и где заработать денег, но мне нужно время. Чертово время, которое она мне может не дать.

Сомневаюсь ли я в Янке?

Есть такое…

Сейчас, когда эйфория немного отступила я начинаю напрягаться.

Правда любит или это был всего лишь минутный порыв? Слова навязанные не сердцем, а страстью, которые просто вертелись на языке…

Чем дольше я погружаюсь в анализ, тем сильнее начинает гудеть моя голова.

Мне больно прокручивать эти мысли в голове, потому что Янка для меня что-то очень живое и настоящее. И ни сегодня, ни завтра ни когда-нибудь еще… Я не смогу ее вычеркнуть.

- С такой куклой, как Янка надо действовать жестко. Сразу заселять собой. Привязывать намертво и не отпускать.

Мои слова звучат первобытным эхом.

Дубикой по голове и в пещеру…

- Дикарь! – грустно смеется Лилька.

- Есть такое, ага…- тяну устало и наконец-то открыв глаза встаю изо стола.

- Спасибо Лиль, как всегда все было очень вкусно. – ставлю тарелки в раковину и развернувшись ловлю на себе хитрый взгляд сестры.

- Спасибо скажешь своей страстной женщине. – улыбается Лилька и приблизившись проводит по моей шее рукой помечая огромную царапину от острых ноготочков. – Это все готовила она.

Теперь моя очередь удивленно опускать челюсть, вызывая тихий смех сестры.

- Она не только очень красивая… - шепчет мне в щеку, оставляя сестренский поцелуй и тянется въерошить мою короткую прическу. Я ее выше почти на две головы. Вырос, обогнал…

- Яна оказалась очень заботливой и хозяйственной… Если б ты только видел, как она с Сонькой играет…- мечтательно глаза закатывает и улыбается шире. – Она будет классной мамой, Тим…

Я не удержавшись громко смеюсь.

- Ты мне ее сватаешь что ли, Лиль? Я итак в нее по уши влюбился… Без котлет и заботы о детях…

Мы молча улыбаемся и смотрим друг другу в глаза.

Я чувствую эту маленькую женщину. Она сейчас одновременно напугана и счастлива.

За меня она переживает с пятнадцати лет. Когда не стало мамы забота обо мне легла на ее хрупкие плечи. Папа ушел из жизни рано. Когда я был первоклашкой. Прямо перед первым сентября. ДТП-среднестатистическая смерть. А маму сожрала не менее распространенная болезнь- рак. Сгорела она у нас на глазах. Лилька тлела вместе с ней. Мне больно было смотреть, как заживо себя хоронит молодая, красивая девушка.

Я сразу пошел работать, что бы хоть как-то помочь сестре. Ведь она умудрялась совмещать учебу с работой, я тоже был обязан все успевать.

Мы справлялись. Пусть с трудом, но справлялись.

А когда появился в нашей жизни Никита – все стало по-другому.

Лилька рассцвела и распустилась, как цветок. Скинув с себя тяжелую ношу она наконец-то вновь стала не роботом, а женщиной, заслуживающей любви.

- Никита приедет сегодня пораньше. Мы переезд на сегодня перенесли, потому что нас на завтра записали на роды. Вызывать будут. Дохаживать не дают, Данька весит много – смеется, а я внутренне чертыхаюсь.

Придется работать ночью. Может даже лучше, что у меня одна работа осталась? По крайней мере сейчас.

- На следующей неделе выставим дом на продажу – шепчет так тихо, словно не хочет это произносить вслух.

Я понимаю ее горечь. Нам обоим не хочется с ним расставаться, но придется. Лильке Никита отгрохал большой и красивый дом, в котором ей