Почувствуй - Маша Драч

вместе душ. Занимаемся в нем любовью. Пока одеваемся — целуемся. Пьем одну чашку кофе на двоих и снова целуемся. Это всё еще странно для меня, такое проявление желаний и эмоций. Но я определенно хочу еще. Чёрт побери, мне нравится.

Когда буквально вываливаемся из квартиры Наиля, резко тормозим на подъездном крыльце. На нем уже стоит подружка Рунаева.

Бывшая или… нынешняя?

Я совсем забыла об ее существовании.

Бросаю быстрый взгляд на Наиля. Он не выглядит напуганным. Только чуточку сердитым.

— Мы же всё уже обсудили, — произносит он сухим тоном.

Девушка выглядит растерянной. Кажется, ее зовут Вика. Не помню.

— Я думала, ты это несерьезно.

Наиль отводит ее в сторону. Они о чем-то между собой говорят. Я чувствую себя… мерзковато. Ненавижу подобные сцены.

Рунаев как истинный джентльмен для своей бывшей подруги даже вызывает такси бизнес-класса.

Мы молча садимся в его машину. Наиль не спешит заводить двигатель.

— Мы ничего друг другу не обещали, — произносит он напряженным тоном. — Был секс. Она решила, что со временем он перерастет в серьезные отношения.

— Разве я тебя просила оправдываться? — хмыкаю.

— Просто предпочитаю быть честным.

— Так ничего не обещал, что она бедняжка пришла к тебе в такую рань?

— Я привык решать вопросы на берегу. С ней — был только секс. С тобой — всё серьезно и надолго. Не моя проблема, что кто-то любит строить иллюзии на пустом месте.

— Она была с нами на ужине и участвовала в съемках.

— Взаимовыгодное сотрудничество.

Вдруг вспоминаю слова Смолина о том, что Рунаев из тех мужчин, которые привыкли быть успешными за счет богатых женщин.

Мне вдруг становится неуютно. Скрещиваю руки на груди. Пытаюсь притушить сомнения, что по новой начинают разгораться в душе.

— Не знала, что ты можешь быть таким циничным.

— Я неидеальный. Но могу это признать.

Глава 25.

Макс

На несколько минут закрываю глаза и вслушиваюсь в мерное гудение двигателя. Чувствую усталость, но уснуть не получается. Забыл, когда в последний раз вообще это делал. Максимум — пятнадцать минут на подремать.

В поездке тем более забыл о нормальном сне, потому что голова загружена совершенно другими проблемами.

Вибрация смартфона заставляет меня шумно втянуть носом воздух и нехотя открыть глаза. За окном серое сырое утро, но оно всё равно не просто слепит меня, а буквально режет сетчатку.

Хмурюсь и тянусь за смартом, лежащем во внутреннем кармане моего пиджака.

Звонит моя личная ассистентка. Вспоминаю, что еще вчера обещал ей перезвонить, но так и не сделал этого. Забыл.

— Максим Андреевич, доброе утро, — слышу слегка извиняющийся тон. — Простите, что так рано вас беспокою. Я по поводу вчерашнего.

Вчера Алина позвонила и рассказала о том, что некая Виктория Черкасова хочет со мной встретиться. Лично. Я понятия не имею, кто это. И если честно, не ставил перед собой цели вспомнить. Половина моей головы занята работой, а вторая — Ивой.

Решил, что разберусь с этой Викторией Черкасовой уже после возвращения домой и нормального отдыха.

— Я уже всё сказал, Алин, — раздраженно напоминаю и устало тру переносицу. Под веками жжет.

— Я знаю, Максим Андреевич, но она меня буквально терроризирует звонками, — тараторит ассистентка.

— Ты не знаешь, как себя надо с такими людьми вести? Сколько ты у меня уже работаешь? До сих пор всему учить должен?

— Знаю. Просто она сказала, что является девушкой Наиля Рунаева и ей есть о чем с вами поговорить. Я сейчас же ей перезвоню и скажу, чтобы прекратила надоедать.

— Стоп, — я ровней усаживаюсь на сиденье.

Наконец-то вспоминаю эту Викторию Черкасову. Она вместе с Рунаевым однажды ужинала с нами в ресторане. Теперь понятно, почему ее имя и фамилия не показались мне знакомыми. Ее фамилию я в принце не знал и не знаю, а имя не посчитал должным запоминать. Но в связке с Рунаевым всё встает на свои места.

— Пусть подъезжает ко мне в офис, — даю распоряжение. — Через полчаса. Если не появится вовремя, больше такой возможности не дам.

— Хорошо. Сейчас всё делаю, Максим Андреевич.

Завершаю вызов и предупреждаю водителя о смене маршрута.

Усталость не проходит, но ощутимо отпускает меня.

О чем именно со мной хочет поговорить девушка этого неудачника-позёра — мне неизвестно. Но почему-то уверен, что разговор будет занятным. К тому же я не против узнать о Рунаеве чуть больше. Лишние рычаги давления никогда не помешают, даже если не подвернется случай ими воспользоваться.

Когда водитель тормозит рядом с офисом, я быстро выхожу из машины и слегка разминаю плечи и шею. После длительного перелета у меня затекли мышцы. Хочу, чтобы Ива их мне размяла. Желательно голой. Прижалась ко мне все своим стройным телом и…

Чувствую, как член в брюках начинает наливаться кровью. Такая мгновенная реакция у меня происходит только с женой. Хватает одной мысли, секунды и я уже в полной боевой готовности.

Мы не виделись почти неделю. Этого времени, на мой взгляд, более чем достаточно для того, чтобы успокоиться и наконец-то нормально поговорить. Или сначала трахнуться, чтобы окончательно проветрить мозги, а потом уже поговорить.

В офисе непривычно тихо, потому что еще слишком рано. Но Алина уже здесь, а вместе с ней и Виктория Черкасова. Мажу по последней быстрым взглядом и молча киваю в сторону кабинета.

— Я сделаю кофе? — спрашивает у меня Алина и с едва заметным смущением улыбается.

— Да, пожалуйста.

Оказавшись в кабинете, я снимаю пиджак и бросаю его в свое кресло. Сам подхожу к окну и прислоняюсь поясницей к ребру подоконника.

Виктория почти бесшумно опускается на стул, предназначенный для посетителей, и смотрит на меня. Вполне смело и открыто.

— Что за срочное дело заставило вас терроризировать мою ассистентку несколько дней подряд? — сухо интересуюсь и опускаю ладони на подоконник.

— Простите, пожалуйста. Но это очень важное дело. Я бы раньше позвонила, но мне пришлось поискать номер вашей компании.

— Дальше.

Виктория заметно теряется. Кусает губы и крепко сцепляет пальцы рук в замок.

— Мой Наиль… Вы же нас помните, да? Мы вместе ужинали…

— Дальше.

— Мой Наиль спит с вашей женой, — на выдохе выпаливает Виктория и опускает взгляд на свои пальцы.

Уголок моего рта лениво ползет вверх. На полноценный смех банально не хватает сил. Я действительно