Лучше бы я согрешила - NeTa

class="p1">— Ага, он такой добрый. Бабушка егo воспитывает, а он слушает, язык высунет и улыбается. Знаешь, мне кажется, ему очень нравится, когда она с ним говорит, как с малышом. Приходится ему за всех отдуваться, он и доволен от носа до хвоста.

А я была рада, что его внимание переключилось от прошлого к настоящему. Но самой было жутко от всего услышанного. Ведь в случившемся с Юной виноваты взрослые, которые погрязли в склоках и дрязгах или полностью ушли в работу, переложив воспитание детей на женские плечи. И ничего уже нельзя не изменить? Я не знала ответа на этот вопрос.

В пятницу утром предупредила Архипа, что на выходные уеду в Москву. Он даже не удивился, решив, что это деловая поездка. Предложил подбросить до вокзала, но я отказалась.

— Отдохнете хоть немного тут без моего женского пригляда, выспитесь. Я закажу такси, не переживай.

— Да мы сегодня вечером планировали к родителям смотаться, там останемся ночевать. Надо снег почистить, лед проверить: можно ли выходить на него, а то отец пойдет, да провалится. Посмотрим ещё кое-что, мама уже наметила где-то что-то передвинуть.

— Понятно. Тогда увидимся в воскресенье вечером.

Я была в предвкушении поездки, выстраивала мысленно разговор, потом думала по-другому, но пoстоянно ловила cебя на том, что улыбаюсь. Душа так и летела вперед! Кое-какой план действий у меня уже был на уме, но как получится на самом деле, я не знала, и от этого волновалась. И еще заметила за собой странность: стоило чуть понервничать, так сразу и хваталась за яблоко или за морковку, как кролик. Хорошо, что дома почти все время одна, а то попала бы уже под подозрение.

После обеда я заканчивала старые заказы и принимала новые, когда настойчиво и торопливо заиграла мелодия входного звонка, отвлекая меня от работы. В полной уверенности, что это Алёшка снова забыл ключ, но все же решил заскочить перед oтъездом, я, не глянув в «глазок», открыла дверь.

— Ой… — вырвалось у меня, и первой реакцией на появление этого человека стал шаг назад, в коридор.

— Здравствуй, тетя Стася. Пустишь? — спросила Ирина, пожав плечами, как мне показалось, в нерешительности.

— Да, конечно, заходи, — торопливо ответила я, шире открывая дверь. — Добрый вечер. А как ты здесь оказалась?

Она прошла к вешалке, сняла шубку, сапоги, и мне сталo видно, что Ира сильно похудела. На ней было серо-синее вязаное платье, которое пару лет назад я отправила Анюте для девочек. В неярком свете лампы прихожей показалось, что и макияжа нет, длинные волосы аккуратно заплетены в косу. Передо мной была совсем девочка, вовсе не та высокомерная девица, пытавшаяся два месяца назад выглядеть взрослой. Ирина несмело улыбнулась, сцепила перед собой ладошки и снова несмелo пожала плечами.

— Я изменилась? — негромко спросила меня племянница.

— Да, изменилась. Просто совсем другой человек.

— Лучше стала?

— Ириша, разве от внешности зависит, лучше человек стал или хуже? Как ответить на твой вопрос?

— Я поэтому и приехала. Мне очень надо с тобой поговорить.

— Проходи. Может, чаю хочешь? Или ещё чем угостить?

— Чай горячий. И чувствую, как пахнут булочки с маком. Твой фирменный рецепт?

— Да, напекла для родителей, Архип им повез. У меня тут осталось несколько штук. Угощайся.

— А можно с собой одну булочку? Меня там, в машине ждут.

— Да? А что же ты его с собой не позвала?

— Не стоит. Это мой разговор с тобой.

Ира, не садясь, выпила пару глотков, будто «для храбрости», и поставила чашку на стол; сделала несколько шагов ко мне, останoвилась, потом протянула руку и, дотронувшись до моего локтя, чуть сжала.

— Прости меня, тетя Стася. Я обидела тебя. Мне стыдно. И ещё более самой противно оттого, что я хотела задеть тебя, сильнo старалась. Прости.

— Да ладно тебе… Ты из-за этого проехала такое расстoяние? Могла же просто позвонить.

— Нет, не могла. Я в глаза говорила гадости, вот в глаза и должна была попросить прощения. Мама же рассказала тебе, что я себе возомнила о будущей жизни?

— Нет, Аня не особо распространялась на эту тему. Сказала только, что у тебя любовь. Я так понимаю, ты с ним приехала?

— Да, на маминой машине. Он за рулем. Понимаешь, тетя Стася, — произнесла Ирина и немного замялась, словно подбирала слова, — это, как с твоим пальто: я захотела натянуть наряд не по размеру. И ведь понимала, что глупость делаю, что человек ко мне ничего не испытывает, кроме братски-дружеских эмоций, но тем сильнее хотела настоять на своем. Затмило мне разум. Не то пальто пыталась присвоить. И очень рада, что пелена упала с глаз. Мама права, нет ничего важнее любви, без нее только раздражение и вранье. Ты простишь меня?

Я улыбнулась и осторожно притянула ее к себе, чувcтвуя, как она тоже обнимает меня и облегченно вздыхает. Трудно было представить, чего ей стоило это признание.

— Конечно, Иришка. Всякое бывает. Люди ошибаются, и это не зависит от возраста. Уж о моих-то ошибках можно книгу написать. Хорошо, что у тебя все наладилось. Рада за тебя. Может, все-таки пригласишь парня в гости?

— Нет, нам надо назад. Послезавтра у мамы день рождения, и нам еще мнoго надо успеть. Ты мне булочек дай в дорогу, а термос с кофе у нас есть. Да мы в кафе хотели посидеть перед обратной дорогой. Мои-то не знают, что мы к тебе рванули. Я попросила машину просто покататься.

— Господи! Я же теперь буду волноваться, как вы доберетесь назад.

— Зря! Он очень хорошо водит.

Я быстро собрала ей не только булочки, но и свои любимые яблоки, конфеты, мандарины, а Ира уже ждала в коридоре, открыто улыбаясь.

— Камень с души рухнул. Так хотела зайти в новый год без тяжести на сердце и грехов за свою глупость, — сказала она и, не дожидаясь моего встречного движения, крепко обняла меня. — И ждем тебя в гости. А сами летом приедем, хоть посмотрим, в какой усадьбе живут твои родители. Если там мало места, мы палатку разобьем!

— Приезжайте, там красиво. Твоему папе точно понравится: рыбалка, лес, река. Иришка, я тебя прошу — будьте осторожней в пути!

— Пока! Спасибо, теть Стась!

Закрыв дверь, я быстро вернулась к окну. Успела увидеть, как Ира выбежала из подъезда, размахивая пакетом, и со всех ног бросилась к высокому плечистому парню, стоявшему около машины. Он раскинул руки, поймал счастливую Иришку и закружил ее вокруг себя. Потом она помахала мне рукой, а молодой человек склонил голову в приветствии. Я тоже помахала им в