Девятнадцать сорок восемь. Том IV - Сергей Викторович Вишневский

но когда человек работает пятьдесят лет на этой должности, невольно удивляешься, когда тот пропадает, — призналась старушка. — Да, характер у нее с возрастом начал портиться, но тем не менее. Эту бодрую старушенцию мы знали как облупленную.

— Простите, я не представился. Меня зовут Фирс. А вас?

— Элеонора Карловна, — кивнула в ответ та. — Хранитель библиотеки.

— Очень приятно, Элеонора Карловна, — кивнул парень. — Я тут… убираюсь. В общем, хотел узнать, не нужна ли вам помощь?

— Помощь? — удивилась библиотекарь. — Увы, молодой человек, но нет. Здесь построена специальная вентиляция, что прижимает потоком воздуха пыль к полу. Рунные насечки под вашими ногами так же удаляют грязь с обуви и отправляют ее в специальный контейнер, который опустошает человек отвечающий за уборку прилегающей к корпусу территории.

— То есть у вас никто не убирается?

— Выходит, что так, — кивнула старушка.

— Жаль, — вздохнул Фирс, сунув руки в карманы.

— Отчего же? Вам же меньше работы.

— Ну, я… тут столько книг, а я очень люблю читать, — признался Фирс.

— Увы, но это не бульварные романы, — покачала головой Элеонора Карловна. — Это книги по развитию, укреплению и, что самое главное, непосредственному применению магии. Тут очень много формул, графиков и нудных объяснений. Хотя, есть и довольно интересные экземпляры. Вы слышали про Хатаусова?

— Эм-м-м… нет.

— Бывалый моряк и маг. Очень много времени провел в море. А там, знаете ли, проще общаться ненормативной лексикой.

— Ну, да. Я слышал, что моряки очень много матеряться.

— Ну, вот у нас есть томик основ магии, где он излагает все… В морском стиле, — хохотнула старушка. — Представляете? Ничего сокровенного в книге нет, однако та экспрессия и огонек, с которым он подает материал, делают эту книгу по настоящему уникальной.

— Я бы с удовольствием почитал, — осторожно произнес Фирс.

— Увы, но литература в этой библиотеке только для учеников. Вы должны понимать, что чтение подобной литературы без дара не имеет никакого смысла.

— Но у меня есть дар, — произнес Фирс и силой приподнял томик из рук старушки, покрутил его в воздухе, а затем положил обратно.

— Похвально, но вы не являетесь учеником, — не так уверенно возразила она. — Да и зачем вам это?

— Ну, я… я пытался поступить трижды, — признался Фирс. — Последний раз я не выдержал и решил, что все равно буду тут. Хотя бы в роли уборщика.

Элеонора Карловна хмыкнула, оглядела парня с ног до головы, а затем произнесла:

— Похвальная настойчивость. Однако, учтите, что книги с заклинаниями я вам не дам и более того, запрещаю к ним приближаться.

— М-м-мне хватит и обычных, по теории, — тут же закивал одаренный уборщик.

— Взамен будете мне помогать возвращать на свои места взятые студентами книги, — кивнула она на стол, заложенный стопками книг. — Я слишком стара, чтобы ползать по лестницам, дабы вернуть на полку книгу. А студенты слишком ленивы, чтобы сделать это самостоятельно.

— Даже в приказном порядке?

— В приказном порядке они их пахиют куда ни попадя, — недовольно проворчала хранитель библиотеки. — Тем более, насколько я поняла, с простейшим телекинезом у вас все впорядке. Возможно даже лестница не понадобится. Согласны?

— Согласен, — тут же закивал Фирс.

— Тогда, можно начать прямо сейчас…

— Эм-м-м-м… — смутился одаренный уборщик. — Если есть такая возможность, то я бы попросил у вас минут двадцать.

— М-м-м-м? — удивленно взглянула на него Элеонора Карловна.

— Я последний этаж не домыл, — признался Фирс.

— И у вас это займет двадцать минут?

— Ну, да, — кивнул парень. — Я ведь не руками тряпки двигаю.

— Интересно, — кивнула старушка. — Хорошо. Я буду ждать вас. Ровно двадцать минут.

* * *

Лена с трудом оторвала голову от подушки и открыла один глаз.

Динь-дилинь!

Девушка с трудом поднялась и направилась к входной двери, все так же с одним приоткрытым глазом. Подойдя к ней, она щелкнула дверным замком и открыла дверь.

На голове взрыв в кустарнике, лицо опухшее, глаз один прикрыт, а на щеке засохшая слюна.

— Здорова, корова! — пробасил Гоша, сделав шаг вперед и обняв сестру. — Сколько лет, а все та же.

— Че… как… Гоша⁈ — наконец открыла оба глаза сестра. — Ты… как ты…

— Поездом, — пожал плечами здоровяк и потрепал и так взлохмаченную голову девушки. — Так и будешь родного брата на пороге держать?

— А… нет конечно! — возмутилась девушка. — Ты… ты хоть бы позвонил! Я тебя встретила бы!

— Нахрена? Что я дорогу к тебе не знаю? — фыркнул Митин, вошел в квартиру и бросил единственную сумку на пол. — Ну, чего? Как ты тут?

— Дак как обычно. Отсыпаюсь, — потирая глаза рукой, ответила Елена.

— Приходил кто-нибудь? Меня искали?

— Нет. Никого больше не было, — ответила сестра.

Гоша же прошел на кухню и тяжело вздохнул, уставившись на бардак.

— Я же говорила, что тебе позвонить надо было, — недовольно буркнула сестра.

— Ничего не меняется, — произнес Митин, закатал рукава и кинул взгляд на кофе машину, что стояла на столе. — Зерна то есть?

— В шкафчике, сбоку.

Девушка направилась в сторону комнаты, приводить себя в порядок, а митин достал зерна, понюхал, хмыкнул и засыпал в пустой отсек кофеварки. Когда та начала молоть зерна, здоровяк принялся собирать грязную посуду и складывать в раковину, попутно выкидывая в мусорное ведро упаковку от колбасы и лапши быстрого приготовления.

— Гош, ты надолго приехал? — раздался голос из комнаты.

— Пока