Лучший друг моего брата - Екатерина Митринюк

моей фирмы, и приходиться все силы отдавать работе. — вздохнув отвечаю маме. Волновать ее своими проблемами с Василисой совершенно не хочется. Но мама так просто сдаваться не желает.

— Ты с Костей так и не помирился, — спрашивает вдруг мама. Про нашу ссору она знает, вот только настоящая причина ей не известна. По крайней мере я так думал.

— Нет мамуль, мы пока не общаемся. Но это сейчас не важно. Главное чтобы вы с отцом поскорее поправились. И…

— Это важно сынок, это очень важно. Нельзя со своими будущими родственниками быть в ссоре. — вдруг произносит мама, чем не слабо так меня удивляет. — И не смотри на меня так. Я знаю, причину по которой вы с Костей разругались, а также знаю что у меня есть две внучки, которых его сестра. Мы с отцом, уже несколько лет в курсе всего, что ты успел натворить. И очень кстати в тебе разочарованы.

— Но почему вы ничего мне не сказали? — пораженно спрашиваю я, когда проходит первый шок, — и как вы узнали, если я сам о том что Василиса родила узнал всего пару дней назад, а о том что это мои дети и того меньше.

— Я уже достаточно стара мой мальчик, и умею подмечать некоторые детали, на которые мало кто обращает внимание. — устало вздохнув отвечает мама. — На похоронах Сергея и Елены, я видела в каком состоянии была Василиса. Она не пила и практически ничего не ела, а ещё была бледная, и практически избегала общения, особенно с тобой и с Викторией, с которой они кажется были лучшими подругами. И это, конечно можно было бы списать на усталость после перелета, и на сильный стресс, если бы не ее тошнота. Бедняжка мучилась от токсикоза, да и животик был заметен под платье, хоть она и старалась его всячески скрыть. А ещё ее друзья с которыми она прилетала, весьма хорошо все маскировали и прикрывали, а также поддерживали ее и не оставляли ни на секунду. Правда, вряд-ли это все кто-то ещё заметил, потому как всем в тот момент было совсем не до этого. И сама хоть все и заметила, тогда не особо придала всему этому значение. Но, сразу же вспомнила стоило узнать, что ты натворил и как поступил с девочкой. Путем не хитрых расчетов, я сопоставила все факты, и поняла что скорее всего забеременела она именно от тебя. А последующее расследование это только подтвердило. Мы с отцом наняли детектива, который докладывал нам практически о каждом шаге девочек, и следил, чтобы им ничего не угрожало.

— Но почему вы мне ничего об этом не сказали? Почему мама?

— Потому что ты с горяча, мог наломать ещё больших дров, чем только бы усугубил все. Возможно, мы с отцом и поступили неправильно, не сказав тебе обо всем. Но мы руководствовались тогда одним простым желанием, хотя бы в будущем иметь возможность увидеть своих внучек. А узнай ты обо всем тогда, что бы ты сделал?

— Не знаю, — резко выдохнул, и потёр лицо руками, стараясь успокоиться, — наверное рваванул бы в Нью Йорк, и любой ценой привез бы их сюда. Я ведь люблю ее. Люблю мама, хоть и понял это слишком поздно.

— Вот видишь, — снисходительно улыбнулась мама, — своими действиями, ты бы только испортил все. Я уверена что даже сейчас спустя пять лет, девочка ещё в обиде на тебя. Хотя кажется что и прошло уже столько времени, такое тяжело забыть и простить.

— Господи мама я такой болван, я так перед ней виноват. — рухнув на стул говорю маме, закрывая лицо руками, — Я ведь правда люблю ее, но продолжаю творить всякую хрень. А девочки, ты бы видела их, они такие красивые и так на нее похожи. Но ведь они даже не знают о том, что я их отец, и вряд-ли она когда то им скажет об этом. Особенно после того что было сегодня. Мама я такой придурок.

— Я знаю сынок, знаю. Я видела фотографии малышек, которые присылал детектив. И про чувства твои знаю, и поверь она тоже тебя любит до сих пор. Иначе бы давно выскочила замуж. Поклонников у нее несмотря на двоих дочерей, было очень много, вот только она практически всегда всем отказывала. И вовсе ты не придурок, ты просто глупый мальчишка, который порой руководствуется не сердцем и разумом, а тем что у тебя в штанах.

— Да не любит она меня, — воскликнул я громче, чем следовало. — ты бы слышала каким тоном она со мной сегодня говорила. Можно целый континент заморозить.

— Ну я так понимаю, ее тон был оправдан. — вскинув бровь скорее не спросила, а констатировала мама. — к тому же не будь у нее к тебе никаких чувств, стала бы она тащиться сюда, чтобы бы помочь. Конечно бы не стала. Так что очевидно ты опять натворил что-то. Я ведь права?

— Права, — понуро произнес я. И выложил все как на духу, не утаив ни слова, ни эмоции, прекрасно понимая, что мама это единственный человек, который не осудит меня, хотя я и поступал порой как настоящая скотина.

Глава 29

Василиса.

Поднявшись на двадцать пятый этаж, в приемной натыкаюсь на вчерашнюю девицу секретаршу, которая очень яростно пакует вещи в коробки.

— Добрый день, Артём Петрович у себя? — спрашиваю больше для приличия, чем для дозволения войти.

Но, вместо ответа получаю лишь полный ненависти взгляд. Что ж ладно, сама посмотрю, решаю я и прохожу к кабинету.

— Доброе утро! — произношу входя в кабинет, в котором уже сидит Тёма, зарывшись в бумагах.

— Здравствуй Василиса! Рад что ты пришла. — улыбнувшись говорит мужчина.

— Хм, а могло быть иначе? — склонив голову набок, приподнимаю вопросительно бровь, — Я вроде сказала вчера, что приду. И я не привыкла знаешь ли, бросать свои слова на ветер. Тем более, раз обещала помочь. Итак, где я могу поработать? — перехожу к делу, намекая на вчерашнюю просьбу об отдельном кабинете.

— Можешь распологаться здесь! — спокойно и все с той же улыбкой говорит Артём, руками обводя кабинет. — Я распорядился и примерно через час, тебе принесут стол, компьютер и прочие мелочи, которые могут потребоватся тебе для работы. А пока можешь устраиваться за моим столом, а я поработаю за журнальным. — это что шутка такая. Он сейчас что издевается надо мной, начинаю медленно закипать я. А в голове тут же всплывает вчерашняя картинка, когда я