Любовь не предусмотрена - Виктория Рогозина
— Надо же, — пробурчал он, отпив из бокала.
Мать вздохнула и покачала головой:
— Лерочка, ну зачем сразу делать такие поспешные выводы… Мужчины бывают слабые. А вы с Алесей с детства как кошка с собакой. Может, это просто… игра? Или ошибка? Ну ты же знаешь, что Алеся очень красивая, не каждый мужчина устоит.
— Да, — Лера усмехнулась. — Только вот я — не игрок. И у меня на кону было сердце.
Тишина накрыла стол. Лера не стала садиться.
— Прекрати этот детский спектакль, — резко сказал отец. — Ты не должна расторгать помолвку. Это глупо, по-детски. Я уже обсуждал с Адамом и его отцом слияние компаний. Всё должно было быть решено. Этот брак — часть большой сделки, ты понимаешь?
— Он мне изменил, папа, — твёрдо сказала Лера. — С Алесей. Моей сестрой. Это не просто ссора. Это предательство.
Но Глеб Викторович будто не услышал. Он продолжал в привычном деловом тоне:
— Эти эмоции ни к чему. Ты взрослая женщина. Иногда приходится идти на жертвы ради дела. Ты думаешь, что у меня всегда всё было по любви?
Лера стиснула зубы.
— Пусть Алеся выходит за него замуж, раз у вас там такие планы, — бросила она, глядя на отца.
Но в этот момент вмешалась мать:
— Нет уж! У Алеси совсем другое будущее. Мы подберём ей более… подходящую партию. Человека её уровня.
— Конечно, — горько сказала Лера. — Всё лучшее — Алесе. Как всегда.
Отец даже не стал это отрицать.
— Это нормально, — спокойно проговорил он. — Она умеет нравиться. Она гибкая. У неё правильный характер.
Лера посмотрела на родителей, словно видела их впервые — холодных, расчётливых, живущих по каким-то своим законам, где любовь — лишняя роскошь. Сказать было больше нечего.
Она молча повернулась и ушла. Поднялась по лестнице, не глядя по сторонам, закрылась в своей комнате. Прислонилась к двери спиной и медленно сползла на пол.
В комнате было тихо. Только за окнами шумел ветер и шуршал дождь. Лера долго сидела, уставившись в одну точку. В груди было пусто. Так, как бывало в детстве, когда ей казалось, что она лишняя в этой семье. Только теперь это ощущение стало взрослым, острым и по-настоящему болезненным.
Глава 4
Смартфон зазвонил назойливо, словно кто-то бил в гонг прямо у уха. Лера поморщилась, зарылась лицом в подушку, но телефон не умолкал. С трудом разлепив глаза, она нащупала аппарат на тумбочке и глухо пробормотала:
— Да?
— Лера, это я, Анна, — голос секретаря был сбивчивым и взволнованным. — Простите, что так рано… Тут такое… Совет директоров… Срочно… Вас обвиняют…
— В чём? — Лера резко села на кровати, мигом стряхнув остатки сна. — Что ты сказала?
— В мошенничестве… и превышении должностных полномочий… Они требуют отстранения. Сегодня утром экстренно собрали совет. Всё очень серьёзно.
— Когда он начинается? — Лера уже встала на ноги, одной рукой закидывая волосы в хвост.
— Через полчаса… Простите, я сама только узнала, — затараторила Анна. — Я подумала, вы должны знать. Они там… настроены решительно.
— Спасибо, — коротко сказала Лера и сбросила вызов.
Сердце стучало как сумасшедшее. Полчаса. В голове с грохотом носились мысли, но одна из них гудела особенно громко: со мной так не могли поступить… это подло… слишком подло…
Лера наспех натянула строгую блузку, классические брюки, бросила волосы на плечи, даже не успев толком привести себя в порядок, схватила сумку и с разблокированного телефона заказала такси. Через три минуты она уже бежала по мокрому асфальту к машине.
Неужели это всё — из-за Адама? Из-за Алеси? Или кто-то просто ждал момента, чтобы вытолкнуть меня? Она смотрела в окно, пока такси мчалось сквозь полупустой город, а внутри всё сжималось в комок. Поверить в происходящее было невозможно. И всё же — это случилось.
Лера шагнула за порог переговорной, стараясь держать спину прямо, но в тот же миг раздался голос отца — не громкий, но ясный, отчетливо слышимый сквозь гул крови в ушах:
— В семье не без урода.
Словно пощёчина. Нет, хуже. Это было клеймо. Отцовское. Публичное. Анна встретила Леру в коридоре, растерянная, глаза её метались между Лерой и закрытой дверью.
— Лера, ты… Всё хорошо? — прошептала она, деликатно.
Лера лишь мотнула головой. Нет. Никаких слов. Ни сейчас, ни потом. Она прошла мимо, будто не услышала, нажала кнопку лифта, спустилась вниз и вышла из здания. Небо всё ещё хмурилось, собираясь вновь пролиться дождём. В лицо ударил тёплый ветер, но он не приносил облегчения.
Такси подъехало почти сразу. Водитель, мужчина лет пятидесяти с усталыми глазами, развернулся:
— Куда едем?
Лера задумалась. Дом? Туда, где будет мать с её вздохами и сочувствием к сестре? Где, скорее всего, уже накрыт ужин в честь умнички Алеси?
— Киберклуб на Речной, — коротко ответила она.
***
Клуб встретил её привычным полумраком и резкими вспышками экранов. Воздух был наполнен звуками стрельбы, клавиш и мужскими голосами. Макса она увидела сразу — он сидел, как всегда, на втором ряду, сосредоточенно сжав мышку. На экране мелькали яркие фигуры и шкалы. Рядом — его команда, азартно переговаривающаяся через гарнитуру.
Лера подошла ближе и молча села на свободное кресло. Макс ничего не заметил — весь в игре. Только под конец, когда его персонаж одержал эффектную победу, он закричал:
— Да! Так их!
Скинул наушники, резко обернулся — и замер. Лера сидела, опустив плечи, и смотрела в пол. В глазах блестели слёзы, которые она сдерживала, стиснув зубы. Щёки её пылали, а губы дрожали от унижения и боли. Она выглядела несломленной — но до этого состояния был всего один шаг.
— Пацаны, — сказал Макс, не оборачиваясь к команде. — Дальше без меня.
Он подошёл и молча приобнял её, чуть сжав плечо. Не надо было слов. Он всё понял. И знал — сейчас она держится из последних сил.
Они вышли из клуба, оставив позади шум, свет и мир, где всё просто — победил или проиграл. На улице снова накрапывал дождь. Макс открыл зонт, прикрыв Леру, и спросил негромко:
— К тебе? Или ко мне?
Лера чуть дрогнула, посмотрела в его тёплые, внимательные глаза и прошептала:
— К тебе. Пожалуйста.
Макс кивнул.
