Расслабься, это любовь - Ульяна Николаевна Романова

когда мы совершали тактический побег, – тоже.

Дядюшка вечером позвонил, со смешком отчитался, что лечение прошло относительно удачно, а злая и недовольная жертва нашего произвола отправлена на такси домой с четкими рекомендациями нанести визит дядюшке еще минимум два раза.

Судя по тону дяди Миши, Римир был от рекомендации не в восторге, но реноме не уронил. Мужественно пожал ему руку и отчалил домой, предварительно поинтересовавшись, где я. И Серафима. Но больше его интересовала моя скромная персона (и пусть бы я интересовала его только вчера!).

Что было дальше, дядя рассказывать отказался, и подробностей их диалога я так и не узнала, но на всякий случай сегодня ходила и оглядывалась по сторонам, ибо страшно.

С утра в институте с Серафимой мы перекинулись парочкой фраз о Римире. Сима заверила, что брат на горизонте не появлялся и матушке не звонил. Я решила воспринять это как хороший знак и не паниковать раньше времени.

С этими мыслями я дошла до дома приятельницы, и следующий час мы пили чай, мерили костюмы и обсуждали последние новости нашего института.

Я забрала честно заработанные деньги и с довольной улыбкой отправилась по своим делам, попрощавшись с девчонками.

Уже на улице, подходя к парку, который разделял наши с Серафимой дома, я ей позвонила, но Сима вызов сбросила. А следом пришло сообщение, что Римир у них…

– Что ему дома не болеется? – пробурчала я, решив, что поход в гости сегодня отменяется.

Развернулась и вошла через резные ворота парка на зеленую территорию. Людей по случаю буднего дня было немного, да и в принципе район у нас довольно тихий.

Я прошла по узкой и единственной аллее, подмигнула трем уткам, которые тут же потопали мне навстречу в ожидании вкусняшек, свернула к пруду и…

Как я оказалась сидящей на дереве, я не смогла вспомнить, даже очень постаравшись. Кажется, это называется состоянием аффекта, учитывая, что я очень боялась высоты и по деревьям не лазала даже в моем неугомонном детстве.

Но огромный доберман с зубами размером в мой палец, грозно лающий в спину, придал ускорения, сил и, видимо, включил во мне неизведанные ранее суперспособности.

Очнулась я, лежа на толстой ветке дерева, а милая собака сидела прямо подо мной на земле и наклоняла голову то вправо, то влево, словно прикидывая, какую часть тела грызть первой.

– Мамочка, – пропищала я, пытаясь посмотреть по сторонам.

Становиться питательным ужином для этой зверюги в мои планы на вечер не входило.

– Гав! – подтвердил доберман так, что меня подбросило на ветке.

Я сильнее обхватила дерево руками и неистово молилась.

– А вот скажи мне, милая собачка, где твой хозяин? – тихонько уточнила я.

– Гав, гав! – радостно отозвалось животное, подпрыгивая на задних лапах.

Прелестно!

– Ты чей? – продолжала я дрожащим голосом. – Я тебя раньше тут не видела.

– Гав!

– А ты общительный, – даже восхитилась я, – голодный, наверное. Собачка, я невкусная, честное слово.

– Гав! – не согласился с моими аргументами доберман, пока я вертела одними глазами, боясь сверзиться прямо к его лапам на землю, в поисках хозяина собаки.

– Может, договоримся? – предложила я. – Ты меня отпускаешь, а я тебе косточку вынесу. Сахарную.

При слове «косточка» доберман напрягся, а вся задняя часть его туловища вдруг завиляла из стороны в сторону, что я сочла добрым знаком.

– Косточка, да? – повторила я.

Пес несколько раз подпрыгнул и взвизгнул. Облизнул губы и воззрился на меня.

– Вкусная, сахарная, хрустящая, – продолжала я, не замечая, что к нам присоединилось еще одно действующее лицо, а в моем кармане звонит мобильный.

Плевать мне в тот момент было на все, я хотела выжить, но боковым зрением заметила до зубной боли знакомый силуэт.

Я на ветке удержалась, а вот моя челюсть на положенном ей месте – нет.

Потому что чувство страха в Соколове просыпалось, только когда поблизости маячил визит к стоматологу. Во всех остальных случаях страх боялся его!

Иначе объяснить ситуацию мой мозг отказывался, когда Римир заметил пса, посмотрел на него и очень спокойно и сурово приказал:

– Сидеть!

Грозный доберман размером с хорошо откормленного пони покорно сел на попу и уставился на Римира. Собака прижала уши к голове и ждала дальнейших команд, а я чихнула и икнула от страха одновременно.

Это карма! Определенно, это мне урок от высших сил: не воровать братьев лучших подруг и не возить их к любимому дяде, который по совместительству стоматолог.

– Кто здесь? – не понял Римир.

– Совесть, – пробурчала я, крепче обнимая ветку и судорожно соображая, как мне слезть.

Или не слезать? Как ни крути, здесь безопаснее, чем с Римиром.

О собаке я в тот момент уже не думала, под деревом появился хищник пострашнее.

– Чья? – развеселился Соколов, поднимая голову.

Мы встретились взглядами, а я в тот момент пожалела, что забралась так низко. К самой вершине нужно было лезть, и сесть на верхушке, изображая звезду.

Соколов выглядел бодро. Немного бледен, но щека уменьшилась в размерах вдвое.

– Ты что там делаешь? – Клянусь, он молча ржал.

Лицо его казалось серьезным, но глаза смеялись.

– Готовлюсь к чемпионату по скоростному лазанию по веткам! – тяжело вздохнула я.

– И как? Получается? – Соколов не упустил случая позубоскалить.

В тот момент я забыла, что боюсь высоты и доберманов и почти собралась слезть с ветки и надавать нахалу по голове, хотя, конечно, вчера сама нарвалась.

– Пока не очень, нужно еще немного потренироваться.

Римир сверкнул глазами, на мгновение опустил голову, снова поднял и пристально посмотрел мне в глаза.

– Ну, привет, клубничка, – вдруг совершенно другим тоном пропел Соколов, убирая руки в карманы джинсов. – Слазь, собака не кусается…

Глава 4

Юля

Первой мыслью, которая проскользнула в моей голове, было «слезать категорически нельзя». Второй – а чей, собственно, пес до сих пор плотоядно посматривал на мои ноги, свисающие с ветки?

Третью мысль – как мне отсюда слезть – я решила временно не думать.

Четвертая – как Мир здесь так удачно оказался – пронеслась фоном, надолго не задержавшись.

– Юлька, слазь давай, он правда не кусается, – продолжал уговаривать меня Римир тоном отъявленного змия-искусителя.

Мне кажется, примерно с той же интонацией уболтали Еву съесть яблоко в далеком прошлом.

– Откуда ты знаешь? Он что – твой? – озарило меня.

– Нет, просто по глазам вижу, что он нормальный парень. Да, блохастый?

Пес завилял попой, продолжая спокойно сидеть на месте.

– Соколов, если я узнаю, что он твой…

– То что ты мне сделаешь? – заинтересовался Римир.

Логичный вопрос, конечно. На который ответа у меня не