Измена. Сказка (не) о любви - Аня Вьёри

– Что-нибудь придумаю, – вздыхаю я. – Деньги на первое время у меня есть. Потом такой же фриланс найду… Что-нибудь.

Я рассказала Яру о своих наивных накоплениях и о том, как и для чего я зарабатывала эти деньги. Собственно, заехала я к нему старый ноут поклянчить. Свой же взять не смогла.

Ярик шумно вздыхает и просто сжимает меня в объятиях.

– Слышь, Сатко, – встряхивает он меня, назвав девичьей фамилией, – ты же всегда была крутая! Ты старостой на курсе была, училась классно! Твой диплом в институтском сборнике напечатали! – он заглядывает мне в глаза. – Ну ты ж крутая!

– Сатко была крутая, – шепчу я, чтобы не выдать слезы в голосе. – А вот Егорова…

– Егорова ничуть не хуже, – улыбается мой лучший друг. – Даже лучше! – он щурится. – Она опытнее, умнее, красивее и четко знает, чего хочет.

– Точнее, чего не хочет, – усмехаюсь я. – Слыш, Яр, почему мы с тобой никогда не были вместе, если ты так хорошо меня понимаешь?

– Не знаю, – тянет он. – Может, потому, что ты никогда не любила меня, а я никогда не любил тебя?

– Потрясающее признание, – я не выдерживаю и смеюсь. Нас действительно всегда подозревали в том, что мы пара. Но ведь никогда ничего не было. – Ладно, Яр… – встаю, провожу рукой по волосам. – Поехала я, а то слишком поздно будет.

– Позвони, как доберешься, – он встает вместе со мной и берет меня за руки.

– Позвоню.

Новый аппарат я уже купила. И новую симку. И у мужа нет моего нового номера телефона. И адреса моей покойной бабушки у него тоже нет. Хотя я и не надеюсь, что он будет меня искать.

Пятница. 16 мая 9.00

Как? Как вообще люди живут в этих маленьких городках? Если честно, я офигеваю! Первым делом я решила пройтись по магазинам. Молоко, сыр, хлеб, зубная щетка, трусики, колготки… Присмотрела себе футболку с шортами – спать и по дому ходить, купила средство для мытья посуды, упаковку мочалок, курицу – сварить на обед и… И все! И та сумма, которую я себе отвела для недельного максимума, закончилась.

Захожу домой со своим весьма скромным пакетом, разуваюсь, бреду к холодильнику… Он еще выключен из сети. С трудом втискиваюсь между ним и стенкой, чтобы достать розетку, включаю… Старинный агрегат вздрагивает, издает громкое “р-р-р”, подпрыгивает и… И во всей квартире гаснет свет!

Глава 4

– Яр! – я, кажется, опять реву. Хорошо, хоть мобильник заряжен. – Что мне делать, Яр?

– Холодильник выдерни из розетки, – четким голосом дает мне инструкции друг. – Теперь щиток открой.

– Какой щиток? – я даже не знаю, что это такое, не говоря уже о том, как его открывать.

– Это такая железная хрень на стене у тебя перед дверью квартиры. Скорее всего, зеленая!

– А! – выползаю на лестничную клетку. – Вижу, ага…

– Какой из трех не крутится? Под ним рычажки вверх подними. Заработало?

– Да! – я аж подпрыгиваю от радости. – Яр! Я тебя обожаю!

– Так, – обрывает мои восторги друг. – Холодильник больше не включать!

– А… А что же мне делать? – я реально теряюсь.

– Этот выкинуть, купить новый!

– У меня денег нет совсем.

– Купи с рук. Найди объявления. Можно нормальный маленький тысяч за пять взять.

– Да? – у меня брови ползут на лоб. – Че, реально можно?

– Эх ты, – вздыхает Ярик. – Балованная столичная фифа. Можно. Перед тем как покупать, пришли мне объявление. Я посмотрю… И вот еще, Таш, – он вдруг замолкает.

– Что?

– Антон тебя искал.

У меня холодеют руки.

– Зачем? Ты сказал ему?

– Нет, не сказал, – чувствуется, что Яр раздражен. Видимо, разговор был непростым. – Но, Таш… Поговорила бы ты с ним.

– Знаешь, нет! – почти выкрикиваю. – Вот что-что, а говорить с ним я сейчас вообще не в состоянии!

– Ладно, – вздыхает Яр. – Пусть пройдет время, успокоишься.

– Ты мне друг или где? – тут уж я натурально ору. – Что значит успокоишься? Человек мне в душу плюнул! Выгнал на улицу в чем была! Ты предлагаешь мириться?

– Хотя бы поговорить, – с нажимом произносит Яр. – Но ты права, лучше попозже.

– Да иди ты! – я готова сбрасывать звонок и вообще вносить Яра в черный список, но он притормаживает меня:

– Слышь, Сатко, не ори, а? Сбавь обороты! С деньгами что делать будешь?

Я успела Яру нажаловаться, что мои Парижские запасы разлетаются втрое быстрее, чем я планировала.

– Не знаю, – сильно тише отзываюсь я. – Сейчас сяду заказы искать.

– Если что, пиши-звони, – обеспокоенно отзывается Яр. – До твоего Антона по доходам мне далеко, но на хлеб с маслом подкину.

– Спасибо! – хочу быть сильной и независимой и послать его куда подальше, но вовремя прикусываю себе язык. Взрослая жизнь оказалась чуть сложнее, чем в фильмах и сериалах. Может, придется и обратиться к Ярику. Родителям же я ничего не сказала.

– Пожалуйста, – миролюбиво отзывается друг. – Не пропадай, ладно? А то я волнуюсь за тебя. Че там у тебя следующее сгорит.

– Да иди ты! – все таки ругаюсь на него я.

– Иду, иду, – ворчит, смеясь. – Все, давай, мне реально надо идти. Целую, обнимаю, все такое…

– Ага, – отзываюсь искренне. – Я тебя тоже.

Отключаю звонок, бросаю телефон на кухонный стол, задумчиво смотрю на холодильник. Ну ладно, подумаю о тебе позже. Сейчас хоть чайку бы попить. Берусь за чайник, открываю старенький кухонный кран. Он чихает, фыркает и с мелодичным звоном подлетает вверх, превращаясь в красивый фонтан! Да твою ж!..

Вторник. 20 мая 9.00

Сижу в приемной у главреда местного журнала. Искренне была уверена, что выгляжу сироткой в своих летних палаццо и тонкой рубашонке, однако… Судя по взглядом секретарши, меня принимают за какую-то расфуфыренную штучку. Впервые думаю, что, может, и хорошо, что не получилось свой гардероб забрать. Я бы на собеседование надела деловое платье с жакетом. Или очень красивый костюм с капри у меня есть. Итальянский. Еще