Прости, мне придется убить тебя - Катерина Траум

— Его кастрировали, мистер Райт. И оставили истекать кровью. Так что умоляю, обходите эту тему всеми силами, — получив судорожный кивок, он осторожно заглянул в палату и повысил тон: — Добрый день, Итан. К тебе посетитель.

Комната была маленькой, но довольно уютной: виделась заботливая женская рука, развесившая фоторамки и застелившая письменный стол у небольшого зарешеченного окошка круглой кружевной салфеткой. Деревянный шкаф, пара стульев и одноместная кровать у стены, на которой и сидел довольно рослый черноволосый парень с азиатским разрезом глаз, почитывая комикс. Услышав голос врача, поднял голову и абсолютно безразлично протянул:

— Да, мама предупреждала. Проходите, — он со вздохом отложил журнал.

Хантер не мог сдержать удивления уже в который раз за день. Не успев отойти от новости, что Миледи (если это была она, а не больное воображение психа) отрезала парню яйца, тут же был ошарашен его видом. Никакого впечатления, что у Итана беда с мозгами, не возникло. Такая же форменная синяя пижама, вполне осознанный взгляд и понятная речь. Уже подумав, что беднягу держали здесь зря, Хантер прошёл в палату, настраиваясь на работу:

— Добрый день, мистер Янг. Меня зовут Хантер Райт, — он дружелюбно протянул ему ладонь, и парень неуверенно принял рукопожатие.

Вот тут и пришлось обратить внимание, как дрожали его пальцы. А нога в мягком тапочке слегка притопывала по полу, отбивая непонятный, неслышный ритм. Оглянувшись на доктора, Хантер приподнял бровь, и тот поспешно вышел из комнаты.

— Да, я вас оставлю, и очень надеюсь, что все будет в порядке. — Бинс прикрыл за собой дверь.

— Я присяду? — впервые в жизни совершенно не зная, как начать разговор, Хантер пододвинул к кровати один из стульев.

— Валяй, — пожал плечами Итан. — Слушай, у тебя сигаретки не будет? А то их тут хрен достанешь…

— Ответишь на мои вопросы — отдам всю пачку.

— А ты умеешь торговаться, — как-то нервно хохотнул тот, складывая руки на груди. Как будто пытался скрыть, что они тряслись. — Хорошо, спрашивай. Давно я ждал, когда ко мне придут репортёры: всё-таки единственная выжившая жертва этой маньячки…

— Нет, речь не о ней, — торопливо перебил Хантер, помня предупреждение доктора. Ему совсем не хотелось довести собеседника до припадка. — А о девушке по имени Гвен Андерсон.

— Чего? — ошеломлённо открыл рот Итан. — Она-то тебе зачем? Просто двинутая девчонка, у которой беда с головой. Да её в соседнюю палату надо упечь было вместо выпускного.

Сохранять невозмутимость стало не просто. Странное дело, сам называл её в мыслях и гораздо более обидными словами, но слышать такое из уст какого-то недалёкого дебила было ужасно неприятно. Даже кулаки сжались от желания как следует приласкать самодовольную рожицу хуком справа. Не зря когда-то занимался боксом… Но если нужна правда, лучшего источника информации не найти.

— Согласен. Вот и хочу знать, откуда в её башке эти тараканы. И сдаётся мне, дело связано с тобой?

— Ну… не думай, что я горжусь этой историей, — поморщился Итан, и его взгляд беспокойно заметался из угла в угол, явно избегая смотреть на собеседника. — Она была редкостной бесилкой. Такая, понимаешь, всезнайка, любимица преподов. Вечно эти хвостики, розовые заколочки, правильная до одури. Терпеть таких не могу.

— Её гнобили, так?

Хантер уже сам это понял, стискивая зубы от раздражения. Он учился в бедной школе в трущобах, и там бы такую девчонку просто убили. Хотя бы за то, что выбивалась из общей серой массы. Иногда школа сравнима разве что с террариумом. Оказывается, и в Раутвилль Хай обстановка складывалась не лучше.

— Да не только я! — словно оправдывался Янг. — У неё и подруг-то не было, вечно сидела со своими книжонками, всех бесила. Не тусовалась, одевалась как монашка. Ну, а в тот вечер вырядилась, типа принцесса, а сама как была овцой, так и…

— К делу, Итан.

— Так вот, мы с парнями её в коридоре и прижали. Она вдруг мне отказалась сочинение писать, уж не знаю, почему. Наверное, решила характер показать, — он усмехнулся: — Нам было скучно. И мы её заперли в подвале, думали, посидит пару часов в темноте рядом с крысами и станет снова как шёлковая.

Рассказ резко оборвался, Итан нахмурился. Покусывая губу, устремил отсутствующий взгляд в окно, явно потеряв нить повествования.

— Что было дальше? — напряжённо ждал продолжения Хантер, но собеседник не обращал на него внимания. — Эй! Очнись! — он помахал перед его лицом рукой, заставив вздрогнуть.

— А? — рассеянно фокусировался Янг. — Ты кто?

Хантер едва не простонал: нет, всё-таки он псих. Тупая была идея докопаться до правды от него, но раз уж начал… Глупо останавливаться на полпути.

— Я Хантер, журналист. Ты рассказывал, как в школе с друзьями запер в подвале девушку, — терпеливо напомнил он, с облегчением констатируя, что, пару раз моргнув, Янг смущённо кивнул:

— Да, прости. Задумался. Ну, в общем, перегнули мы. Забыли про неё, напились, да там ещё кто-то конфетки весёлые притащил. Короче, Андерсон осталась в подвале на всю ночь, пока её утром уборщица не нашла, — тяжко вздохнув, он пояснил: — Обморозилась она. Подвал-то неотапливаемый, а мы её как была, в принцесскином наряде, так и затолкали туда. Разборок было… Нам всем замечание в личное дело, и от занятий отстранили на месяц. А девчонка долго в больничке валялась, уж не знаю, что там у неё было, но поговаривали, что какая-то операция и пневмония.

Если Хантер думал до этого, что Итану хотелось вмазать — то теперь желание свернуть ему шею крепло все сильней.

Ну и мудила. Мало того, что так обошлись с беззащитной девочкой, так даже не потрудились навестить её, узнать, как здоровье. Извиниться, в конце концов. Хотя, судя по реакции на имя этого ублюдка, вряд ли Гвен нуждалась в словах. И похоже, её организм пострадал гораздо сильней, чем думалось окружающим.

Представив, как хрупкая фигурка с золотистыми волосами лежала калачиком на полу в темноте подвала, замерзая едва не до смерти, Хантер почувствовал острый укол жалости в груди. Она такого не заслуживала, никто не заслуживает. Теперь факт, что поправившись, малышка сломала козлине пару костей, вызывал не недоумение, а гордость за неё.