Война клана - Алексей Викторович Широков

девчонку Бажову полыхнул ярким зелёным племенем, которое на мгновение почти ослепило меня. Только появилась мысль: «Я наверное такой же ублюдок! Ведь за мгновение до этого…»

Но в этот момент я увидел как к одному из наших летит ледяной болт… И зрение внезапно потухло… нет неправильно… оно сосредоточилось в точку    где я видел очень чётко, но при этом казалось я знал и о том, что происходит вокруг. На все триста шестьдесят градусов.

«Пушечный выстрел»!

Я словно ядро, понёсся к снаряду, уже почти впившемуся в тело Бажова и отбил его рукой. Моментально освободив всполох зелёного пламени, от которого он растаял буквально за несколько микросекунд. И тут же «Рывок» потому как я знал , не знаю как но знал что женщина нашего клана сейчас умрёт от упавшего ей на голову ледяного града. А потом, оказавшись рядом махнул рукой вверх.

Столб изумрудного пламени внезапно превратившийся в настоящее торнадо взмыл надо мною уничтожая ледяные глыбы, а я уже летел в «Выстере» в сторону молодого парня, как я почему-то знал, наметившегося применить к одному из моих бойцов своё родовое «эго». Ну или точнее производное, как моя «Мисахика». «Разрывающую снежинку», то самое заклинание которое во время боя с Титаном оторвало ему хвост.

— «Мисахика»! — зарычал я видя как не успеваю…

Но вместо появления бутона огненного цветка на моей руке произошло нечто другое. Моя живица словно бы взбунтовалась против того, что хочет сделать враг и вырвалась из моей протянутой руки. Но не лучом, конусом или чем-то ещё, а нарушая все законы мощными огненными столбами вспыхнувшими из под земли подо всеми противниками передо мною, мгновенно испепеляя людей, словно то были бумажные фигурки, брошенные в мощный огонь карасики…

И в этот момент я остановился после выстрела. Едва не сбив подпрыгнувшего спиной назад от моего пламени охватившего его противника парня, которого я пытался спасти. Встал, огляделся поняв что не слышу звуков сражение и понял, что пепел оседает в воздухе сейчас почти везде пред моими людьми.

— Глава… Княже! — после недолгого молчания воскликнул один из стариков вышедших сегодня в поле. — Я знал, что в вас…

Я поднял руку, призывая его замолчать. Не очень понимая что я сделал и как но будучи точно уверен в том что не хочу повторять. Пусть это и… действительно мощно. Помня то что произошло при смерти Хельги осознавая то, что случилось сейчас… Я мог только предложить что неким образом я высвобождаю что-то когда человек о котором я забочусь погибает или близок к смерти. И мне, это очень не нравилось. С этим нужно будет разобраться.

— Здесь больше никого нет. Входим, — приказал я, потому как рефлексировать можно долго, а дело нужно закончить быстро.

И вновь меня оттеснили чуть ли не в самый конец группы входящих. Да ещё и окружили двойным кольцом. Да и смотрели сейчас на меня Бажовы и Ланские, которые были в группе низ, как на сахарного. Побрызгай водичкой и он растает…

И в то же время, внутри оказалось всё спокойно. И уже на первом этаже нас ждали наши люди, пусть тех же трупов Морозовых здесь была уйма. В центральной комнате здания, с большой картой Москвы на столе и кучей наваленных с боку по отдлельному району со связанными за спиной руками, стоя на коленях несколько взрослых мужчин и парень, в котором я с трудом но узнал Александра.

— Сколько мы потеряли человек, — тут же спросил я, подняв глаза на командующего войском.

— Тридцать два невозвратно и ещё пять десятков раненными, — спокойно ответил он мне. — Ваши потери?

— Шестнадцать, — ответил вместо меня заместитель командующего по группе. — В том числе мой начальник.

— Глаша… Глаша она жива, — тихо произнёс Александр, поднимая глаза и глядя прямо на меняя. — Глаша жива?

— Кто такая Глаша? — тут же спросил я,    внимательно глядя на него.

— Моя младшая сестра… Она должна была защищать здание при атаке с холла.

— Ты позволил своей младшей сестре участвовать в этом, — прошипел я, чувствуя как внутри нагнетается ярость.

— Я не смог её остановить, — ответил мне Александр. — Она сама попросилась.

— Как она выглядит, — спросил я, уже чувствуя себя не хорошо.

— Самая младшая в группе… Блондинка с косичками.

— Я убил её, — как можно равнодушнее ответил я, но как же мне было в этот момент плохо но всё же я не мог соврать.

— Она страдала, — с горечью спросил парень глядя на меня снизу вверх.

— Да. «Мисахика», — честно ответил я.

— Ублюдок… — прошипел он, а потом, подумав пару секунд сказал. — Антон Бажов, я Александр Морозов, прошу тебя оказать мне честь боя Княжеских наследников. И если ты откажешь, так пусть Уроборос запомнит тебя навсегда и никогда ты не попадёшь в Ирий!

— Ты должен отказаться, — тут же шепнул мне на ухо кто-то из Бажовых. — Это период войны кланов и такие вызовы с подобным обвинением не правомерны.

— Я соглашусь, — усмехнувшись ответил я. — И надеюсь отдам последнюю честь как девочке,к которую не хотел убивать, так и своему противнику. А потом лично отнесу её в храм.

Глава 8 не вычитано

Глава 8

Так как я уже явно согласился на бой, то больше никто ко мне с советами не лез, отговаривать не пытался и тем более не пенял на мои неразумные поступки. В конце концов, слово Князя клана и Честь клана неразрывно связаны в нашем мире и если подчинённые это слово оспаривают, даже из лучших побуждений, особенно прилюдно, то значит клан слаб и находится в разброде.

Так что, нам быстренько без особых слов организовали дуэльный круг и наложив защитные чары возвели вокруг нас практически прозрачный купол. Места здесь было немного, метров десять-одиннадцать в диаметре, что было довольно мало для нас, довольно подвижных чародеев. Но… тут нужно понимать, что это не честное столкновение двух сорвиголов на храмовой арене в мирное время и даже не стычка на поляне в лесу представителей двух кровно враждующих кланов.

Сегодняшнее действо, это в первую очередь казнь Александра Морозова.