Моя жизнь хикикомори. Том 1: Весна в старшей школе Сейрин - Отшельник Извращённый

«Твой ангел музыки здесь…» — гласила первая реплика Призрака.

— Какого чёрта я вообще в это ввязался? — пробормотал я себе под нос. — Надо было идти к Годзилле-сенсей в спортивную команду. Там хотя бы просто физические пытки, а не вот это вот всё…

— Не ворчи, — шепнула Азуми, плюхаясь рядом со своим экземпляром сценария. — Между прочим, у тебя шикарный монолог в первой сцене. Прямо как в жизни — будешь петь о неразделённой любви из тени!

— Заткнись, а? — простонал я. — И без тебя тошно.

«Хотя она права, — подумал я, листая страницы. — Моя жизнь превращается в какой-то бесконечный косплей Призрака оперы. Только вместо подземелий — школьные коридоры, а вместо органа — учебник биологии…»

— Так, все на позиции! — скомандовала Рин. — Харука, ты стоишь у левой кулисы, Кенджи — справа. Ямагути… ты появляешься из тени.

«Как символично, — с этой мыслью я занял своё место. — Прямо метафора моей жизни.»

Харука нервно теребила край юбки, явно чувствуя себя неуютно. Ещё бы — после той истории с фальшивым признанием играть со мной любовную сцену… Кенджи же, похоже, воспринимал всё как очередное развлечение — стоял, небрежно облокотившись о парту, и лениво листал сценарий.

— Ямагути-кун, — голос Рин звучал подчёркнуто профессионально, — твой выход после слов Кристины «Кто здесь?». Начинаем!

Я постарался абстрагироваться от всего: от неловкости Харуки, от скрытого напряжения в голосе Рин, от собственных чувств. Просто ещё одна роль. Просто ещё одна маска.

«Забавно, — мелькнуло в голове, пока ждал своего выхода. — Играю человека в маске, пытаясь скрыть, что сам ношу маску. Прямо какой-то масочный парадокс получается…»

— Кто здесь? — дрожащим голосом произнесла Харука.

Мой выход. Ну что ж, станем призраком.

— Я твой ангел музыки… — произнёс я тихо, стараясь вложить в голос всю ту тоску, которую испытывал сам. Получилось даже слишком естественно.

Заметил, как Рин чуть вздрогнула. Ну да, она же знает, откуда эта боль в моём голосе.

— Восхитительно, Ямагути-кун, — её профессиональный тон слегка дрогнул. — Продолжаем. Харука, ты должна выглядеть испуганной, но в то же время зачарованной.

— Я… я стараюсь, — пробормотала Харука, бросая на меня нервные взгляды.

— Кенджи, твой выход! — скомандовала Рин.

— Кристина! — он картинно распахнул руки. — Я искал тебя повсюду!

Боже, да он играет как NPC из бюджетной RPG. Хотя, на его фоне моё унылое существование, наверное, кажется ещё хуже.

— Так, стоп! — Рин хлопнула в ладоши. — Ямагути, ты должен выглядеть более угрожающе. Ты же ревнуешь!

«О, поверьте, сенсей, — мысленно усмехнулся я, — с ревностью у меня проблем нет. Особенно когда вспоминаю одного типа в пальто…»

— В ярости, значит? — я шагнул из тени, вкладывая в движение всю накопленную горечь. — Я покажу вам ярость…

— Отлично! — выдохнула Рин. — Вот эта энергия! Теперь Харука, твоя реакция!

Харука отшатнулась от меня так натурально, что я чуть не рассмеялся. Видимо, вспомнила ту драку у школы.

— Рауль, спаси меня! — она метнулась к Кенджи, который встал в героическую позу.

— Не бойся, любовь моя! — он произнёс это с таким пафосом, что где-то в параллельной вселенной наверняка умер один начинающий актёр.

— Кенджи, без переигрывания, — поморщилась Рин. — Ты не в дораме про якудза.

«А жаль, — подумал я. — В якудза-драме я бы смотрелся органичней…»

— Призрак должен излучать угрозу! — продолжала командовать Рин, подходя ко мне. — Вот, смотри…

Она встала рядом, показывая правильную позу. Так близко, что я уловил знакомый аромат её духов. От этого голова закружилась сильнее, чем от всех репетиционных разворотов.

— Ты должен нависать над ними как тень, — её голос звучал совсем рядом. — Как неотвратимая судьба…

И показала нужное положение рук, что я чувствовал тепло её тела. На секунду наши пальцы соприкоснулись, и по спине пробежала дрожь.

— Вот так, — её голос слегка дрогнул. — Теперь разверни корпус…

Она коснулась моих плеч, помогая принять нужную позу, и время будто замедлилось. В воздухе повисло что-то неуловимое, любовное, и такое тяжёлое… За что она так со мной?

— Рин-сенсей! — вдруг подала голос староста. — А у нас будет живой оркестр?

Момент разрушился. Рин отпрянула от меня как от огня:

— Да, конечно… То есть, нет. Записанная музыка. Так, продолжаем! Ямагути-кун, теперь твой монолог.

Я посмотрел в сценарий. И что-то во мне надломилось. Особенно после её прикосновений. Что за бред. Играю человека, который прячется в тенях и тайно любит. Прям документальное кино. Справедливо? Нет. Заслужил я это? Вряд ли.

— Ты предала меня! — прорычал я, вкладывая в слова всю свою настоящую боль. — Нарушила наш договор!

Харука вздрогнула — видимо, мой голос прозвучал слишком убедительно.

— Ямагути, ты чего, — сглотнул Кенджи.

— Ничего, — огрызнулся я. Затем выдохнул и взглянул на перепуганную Харуку, — Прости за это.

Она медленно кивнула.

Рин старательно смотрела в свои записи, избегая моего взгляда. Но я заметил, как подрагивают её пальцы, сжимающие папку с режиссёрскими пометками.

— Накамура-сенсей, — я сделал паузу, подбирая слова. — Можно вас на минуту?

В её глазах промелькнуло удивление, но она кивнула:

— Класс, изучайте пока свои роли.

В коридоре было тихо, только где-то вдалеке слышались голоса. Солнце из окна падало на её золотые волосы, создавая что-то вроде сияния. И всё-таки, как же она красива. Я вздохнул. Что ж.

— Я не смогу играть эту роль, — произнёс я тихо. — Не потому что не справлюсь. Просто… некоторые маски слишком тяжело носить.

Она смотрела на меня с каким-то новым выражением:

— Ты о роли или…

— О жизни, сенсей, — я слабо улыбнулся. — Знаете, в биологии есть такое понятие как мимикрия — когда организм притворяется кем-то другим. Но иногда это слишком… энергозатратно.

— Понимаю, — её голос звучал мягко. — Но ты уверен? У тебя действительно хорошо получается.

— В том-то и дело, — я посмотрел в окно. — Хорошо. Будто не играю, а просто… живу. Но я готов помочь с декорациями, костюмами — чем угодно. К тому же, уверен, желающих на роль Призрака найдётся немало.

Рин молчала, теребя край пиджака. Я чувствовал, что она понимает настоящий смысл моих слов.

— Иногда,