Девятнадцать сорок восемь Том II - Сергей Викторович Вишневский

хочется, чтобы из него получился хороший и обеспеченный человек. Мне хочется, чтобы он был лучше чем мы. Только вот мы не можем его сделать настоящим. Это можно сделать только самому. Поэтому… — тут он закинул в рот котлету и закончил: — Поэтому дай ему пройти этот путь самому. Все что мы можем — помочь или поддержать.

Михаил Сергеевич пожал плечами и взглянул на Фирса, который слегка сгорбившись сидел и смотрел на деньги перед ним.

— Спасибо пап, — тихо отозвался он.

Мужчина кивнул, взглянул на сердитую супругу и произнес:

— А котлеты отличные. Еще есть?

Глава 9

Я сидел на полу и тренировался с карандашом. Однако на этот раз не катал его по столу. Положив карандаш на перед собой, я принялся упражняться. Наверное, с десятой, а может и сотой попытки, мне удалось поставить его острым концом вниз, после чего я пытался поймать баланс, удерживая его. Карандаш раскачивался из стороны в сторону, но что самое главное — не падал на пол.

— Академия…

При одном лишь упоминании этого слова внутри меня всё сжалось. По коже побежали мурашки, а затылок, словно что-то защекотало. Что-то невидимое.

Я прекрасно понимал, что мне необходимо делать. Однако всячески оттягивал этот момент, так как попросту боялся.

Первое возвышение… У меня уже есть вся необходимая сумма, прямо на руках. Но как же страшно… А вдруг и правда ничего не получится? Вдруг мне это вообще никак не поможет и ничего не даст?

Я сглотнул и чуть было не уронил карандаш на пол. Правда мне пришлось очень сильно напрячься, так что аж голова закружилась. Но мне удалось удержать его в полу подвешенном состоянии, а потом резко, полукругом развернуть на другую сторону. После чего уже снова смог установить его более-менее в ровное положение.

— Поступление… — продолжил я бормотать, после того, как слегка расслабился.

Набор будет проходить две недели. После чего вывесят результаты всех тех, кто пройдет и поступит в академию. У меня вроде бы ещё есть время… но… как же страшно.

Все эти мысли и нервозность просто не дают мне покоя. И даже тренировки не помогают. Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох, как вдруг услышал неожиданный стук дверной ручки об стену.

— Фирс! — возмущенный голос отца вывел меня из моего задумчивого состояния. Я видел, что он продолжает что-то говорить, но не сразу смог понять смысл…

— А? Почему?

— У меня от твоих тренировок кофе сбежал!

* * *

Михаил Сергеевич сидел в кресле перед телевизором с вытянутыми ногами. Растекшись в удобной и уже привычной позе, он тяжело вздохнул и отвел взгляд от ящика в сторону соседнего кресла, стоявшего совершенно пустым.

— Ага, Елена Викторовна не каждый выходной работала, — хмыкнул он и тяжело вздохнул. Настроение смотреть телевизор куда-то улетучилось и он поднялся с кресла и направился на кухню.

Подойдя к холодильнику, он заглянул в него и застыл, словно статуя, загипнотизированный светом из белого ящика. Несколько секунд просто понаблюдав за сотворившимся там безумием еды, в виде недоделанного салата, кастрюли с пюрешкой и тарелкой с котлетами, он закрыл его и тяжело вздохнул.

— Ну, котлеты пока есть… Все не так уж плохо.

Мужчина залез в нижний кухонный шкафчик, вытащил оттуда турку и поставил на стол, после чего налил в нее воду. Пока струя чистой фильтрованной воды наполняла турку, его взгляд скосился на сахарницу, где начал шевелиться сахар, превращая кристаллы сахарозы в настоящее подобие зыбучих песков.

Хмыкнув носом, Михаил Сергеевич покосился на дверь, что вела в комнату сына.

— Эти тренировки уже начинают напрягать, — проворчал он и достал упаковку с кофейными зернами.

Когда он ее открыл, зернышки, словно стайка тараканов ринулись по его руке. Испугавшись, мужчина отбросил ее на стол, но когда понял, что это никакие не насекомые возмутился:

— Э-э-э! Куда⁈ А ну стоять!

Растеряно хлопая по столу, он принялся ловить зерна и тут же пихать в кофемолку, приготовленную заранее. Кое-как заполнив ее, он с недовольством оглядел зерна, что хаотично ползали по столу и полу, и решительно направился к парню, что не выходил из комнаты со вчерашнего дня.

— Фирс! — вошел он к нему. — Это ни в какие ворота не лезет! Заканчивай тренировку!

— А? — спохватился парень, перед которым на полу стоял на остром конце карандаш и раскачивался из стороны в сторону. — Почему?

— Потому, что у меня от твоих тренировок кофе сбежал! В прямом смысле.

— Чего⁈ — наклонил голову парень и вопросительно уставился на отца.

— Того, зерна пляшут и ползают по столу и полу как тараканы, — проворчал отец и оглядев сына произнес: — Ты чего расселся? Я думал ты с утра пораньше на возвышение поедешь.

— Да, я как бы… Немного… Задумался.

— Уже почти обед, — нахмурился Михаил Сергеевич. — Ты же не…

Тут парень перестал дергать ногой, тяжело вздохнул и опустил взгляд.

— Ты что, боишься? — с прищуром спросил мужчина.

— Ну, не то, чтобы прям боюсь, но… Я думал. может тренироваться надо сильнее… Или может… Ну… — промямлил Фирс, словно оправдываясь.

— Но ты ведь все равно пойдешь, так? Заднюю уже не сдашь, верно?

— Да, просто…

Отец сел рядом, потрепал парня по голове и произнес:

— Перед смертью ведь не надышишься. Сколько бы не готовился, страх никуда не уйдет. Это нормально.

Фирс шмыгнул носом и кивнул.

— Всегда будет страшно, особенно когда не понимаешь что тебя ждет. Так со всеми, просто чем дольше тянешь, тем сильнее себя накручиваешь. Понимаешь?

— Да, понимаю, просто… как-то… Ну…

— Тогда делай то, что должен и будь, что будет. Не тяни.

Парень кивнул, потер ладонями лицо и встал.

— Да, ты прав. Смысла тянуть нет. Я и так давно тренируюсь. От того, что я пару дней буду тренироваться, лучше уже не станет.

— Ну, тогда дерзай, — кивнул ему отец.

Фирс тут же принялся одеваться, а отец направился на кухню. Услышав, как зазвенели ключи и хлопнула дверь, он слегка улыбнулся и кивнул своим мыслям. После, его взгляд остановился на кухне, что была засыпана зернами.

— Хоть бы обратно их в упаковку загнал, — проворчал Михаил Сергеевич, принявшись сгребать кофейные зерна со стола.

* * *

Я открыл глаза и увидел перед собой белоснежный