Здесь, но не сейчас - Андрей Волковский
— Домой иду, — удивлённо ответил тот.
— А где твой хауз? Где живёшь?
Веля махнул вперёд:
— Да за этой громадиной, потом туда, — он махнул левой рукой.
— В доме намбер тен? В десятом, что ли?
Веля кивнул.
— Ого, а флэт какой? Ммм, квартира?
— Тридесятая.
— Тридцатая, что ли? Ого, да мы... как это по-твоему сказать-то... соседи! Я из тридцать пятой!
Надо же, можно всю жизнь прожить с кем-то рядом, да так никогда и не встретиться. А тут вот, как забавно вышло!
— Купишь Eye-фоны, добавь в друзья!
— Добре!
98 из 100
Человек на экране жрал.
Николай грубость не любил, но никакое другое слово к тому, что он видел, не подходило. Под настойчивую ритмичную музычку человек с упоением впивался зубами в бисквит, жмурясь и причмокивая. Крем неопрятными мазками пачкал губы, подбородок и даже нос испытуемого, пятнами ложился на светлую футболку, но человек этого не замечал. Вот он расправился с третьим куском и жадно схватился за четвёртый.
От этого зрелища Николая замутило. Он поморщился и отвернулся от экрана.
— Что, Коль, хорош?! — сидящий рядом Пётр, друг детства и по совместительству инженер и сборщик установки, довольно хохотнул и стукнул Николая по плечу.
— Да уж... — Николай невольно снова глянул на экран: человек продолжал пожирать торт. — Может, ему мало предложили?
— Да нет, как и остальным: по тыще за каждый оставшийся на тарелке кусок. Сделка века: высидишь свои полчаса, получишь восемь тыщ — хоть заешься потом этими тортами!
— И что, все вот так вот? — он кивнул на экран.
— Ну почти, — помедлив, ответил Пётр. — Два процента справляются. Башка у них болит, сидят злющие-презлющие, но торт не жрут. Но два процента — это фигня! Ерунда!
Пётр вскочил и взмахнул руками:
— Девяносто восемь из ста ведутся! Это ж круто! Это прорыв! Да мы озолотимся, Колян! Кстати, надо название придумать для презентации. Солидное какое-нибудь, а то “лекарство от здравого смысла”, конечно, по сути, но не в тему. Предлагай, ты ж у нас мозг и маркетолог!
После получасового “мозгового штурма” остановились на ёмком и продаваемом слове “Мотиватор”.
Через три дня Пётр поехал на презентацию. Николай, как назло, заболел и с утра изводился температурой и тягучим ожиданием.
Наконец Петька позвонил.
— Купили, Колян! — проорал он в трубку. — Купили! Счас приеду!
Привёз коньяк, сервелат, дорогое печенье, пакет молока и хорошие новости.
— Посмотрели презентацию, затребовали эксперимент на месте и тут же предварительный контракт подписали. Вот, аванс перевели, — Пётр сунул в рот печенье и схватился за телефон. — Давай тебе твою половину скину. Так, мобильным не получится: слишком большой перевод... счас зайду в личный кабинет... готово! Ты глянь на сумму, Колька-Коленька!
Телефон Николая тренькнул, принимая смс-уведомление от банка: сумма и правда впечатляла.
— И это только аванс, дружище!
— А если что-то пойдёт не так? — солидная сумма почему-то встревожила, а не обрадовала.
— Да что там может пойти не так? — Пётр разлил коньяк по рюмкам. — Свет и звук перегружают эту...
— Префронтальную кору.
— Вот-вот. Я ещё немного кой-чего на уровне инфразвука добавил — и всё. Самоконтроль падает — и готов человечек к покупкам, жратве, да всему, что нравится. Это вам не какой-нибудь фантастический излучатель. Никакого психотронного оружия! Ты ж сам “Мотиватор” разработал — надо верить в себя.. в нас! — Пётр довольно хохотнул. — Ну, за успех!
...На открытии нового ТРЦ “Стильный город” собралось не просто много, а очень много народу. Торжественную церемонию назначили на десять утра, но люди начали собираться ещё в восемь: первым тридцати покупателям обещали бешеные скидки в бутиках со специальной меткой на дверях.
Пётр занял удобное место в нише под балконом здания напротив ТРЦ, и Николай был рад, что не придётся толкаться локтями в толпе.
— Не дрейфь, Колька! — гаркнул Пётр. — Первое полевое испытание — красота! Всё отлично будет!
— А если нет, Петь? Ты представляешь, на какие деньги мы влетим? Да нас в порошок сотрут, если не сработает.
— Вот не будь ты таким осторожным, давно бы разбогател с твоими-то мозгами! Но ничего: у тебя я есть, — Пётр усмехнулся и заговорил тише. — Да и к тому же договор так ловко составлен, что отступи они хоть на один пункт — всё, к нам никаких претензий. Я над ним зря, что ли, неделю сидел не разгибаясь? Всё предусмотрено. Да и в любом разе наши задницы прикрыты: я видел, у них бесперебойник не из списка рекомендованного оборудования. А такой список есть, мелким шрифтом на предпоследней странице. Так что случись чего — сами виноваты.
— Эй, так, получается, ты там был и видел нарушение?
— А вот этого ни в каких документах нет. Так что не было меня там, нет-нет! — Пётр подмигнул и переключился на сцену на крыльце ТРЦ.
— О, директор этой лавочки пришёл — начинается!
К красной ленточке у входа подошёл солидный мужчина в синем костюме. Ему тут же вручили микрофон.
— В этот погожий сентябрьский день мы собрались...
— Счас врубят! Когда ленту перережут, — шепнул прямо в ухо Пётр.
Николай снова оглядел толпу: на директора ТРЦ мало кто смотрел, большинство пришедших с вожделением уставились на видневшиеся в больших окнах пылесосы, куртки, вазы и сумочки. Кто-то уже толкался, пробиваясь к дверям. Кто-то ругался вполголоса. Кто-то громко болтал по телефону.
...А ведь в американских торговых центрах и без всяких установок были случаи, когда жадная толпа затаптывала насмерть тех, кто не смог удержаться на ногах.
— ...и мы начнём!
Торжественная музыка достигла апогея, и в неё почти незаметно вплелись назойливые ритмичные звуки, генерируемые установкой. Замелькали огни подсветки, казалось бы неуместные при свете дня, но на самом деле преследующие ту же цель, что и навязчивая музычка — перегрузить префронтальную кору и на время вырубить самоконтроль. Человек в таком состоянии легко купит всё, что ему понравится, не задумываясь о цене, качестве и последствиях. Прощай, здравый смысл, здравствуйте, новые покупки!
Толпа слитно подалась к дверям. Сначала давка казалась естественной, но вот часть людей отделилась, ринувшись к стоящим слева от входа в ТРЦ киоскам с шаурмой, пирожками и мороженым. Остальные бросились ко
