Частная Академия. Осколки - Алина Ланская

От порыва ледяного ветра щурюсь и прикрываю глаза ладонью. Баев держит крепко, прижимает к себе, и я утыкаюсь в его пальто. Затем заводит внутрь, где нет холода и ветра, зато есть много любопытных взглядов.

Я жила у Баева несколько месяцев, и меня чуть ли не в лицо называли его подстилкой, и я выдержала. А сейчас чего робею? Сейчас, когда он сам держит меня за руку, когда он больше не чужой жених?

Мира, ты ведь и мечтать не смела вот так с ним вместе пройтись. А теперь чего психуешь-то?

Артем, не оглядываясь и ни с кем не здороваясь, проходит мимо притихших перваков, тащит меня за собой, как нашкодившего ребенка. Мне приходится даже ускорить шаг. Из-за нашей с Юлькой двери раздается дружный хохот — похоже, у нас тусят айтишные задроты. Но это ненадолго.

— На выход, — бросает Баев, еще не зайдя в комнату. Семеро парней как по команде поднимаются, торопливо прощаются с Юлькой и гуськом валят из нашей комнаты.

— Мы за вещами, — кивает он испуганной Шелест. — Сейчас все соберем, и через пятнадцать минут можешь снова своих звать.

— Окей! — медленно кивает соседка, таращась на Баева. — А… с вещами… это?..

— Насовсем, — отвечает Артем. — Сюда Мира уже не вернется. Она живет со мной.

Оборачивается ко мне и выжидающе смотрит. А я в этот момент размышляю, как буду все объяснять папе. Потому что Артем не отстанет от меня. Я вижу это по его глазам. Если я и правда хочу быть его девушкой.

— Да, Юль. Я переезжаю к Артему. Мы с ним вместе.

Глава 29

— Негусто…

Артем задумчиво смотрит, как я разбираю чемодан в гостевой комнате, где теперь буду жить. Все так стремительно меняется в моей жизни, что я не успеваю толком анализировать происходящее. И делаю ошибки. Как с папиным звонком. Сейчас хочется остаться одной, разложить аккуратно одежду, расставить книги на полке (там, правда, стоят изысканные и явно дорогие вазы. Всякий раз, когда я протирала их, боялась уронить) и почувствовать, что это место — мое.

Когда Артем привез меня в пентхаус после вписки Стэна, мне сразу пришлась по душе комната прислуги на первом этаже. Здесь тоже нравится, хотя ощущения иные — слишком роскошно, такой строгий шик, до которого еще надо дорасти. Которому надо соответствовать.

— Что негусто? — переспрашиваю я.

Беру джинсы и две футболки и несу их в гардеробную. Баев идет следом:

— У тебя мало вещей.

Звучит как приговор, который нельзя обжаловать. Но все-таки попробую:

— Мне хватает. — Кладу одежду на полку. Прикидываю, какую часть шкафа займут мои вещи. В лучшем случае одну пятую. — Я сюда учиться приехала, и в академии нет дресс-кода или каких-то правил. И вообще…

— Что «вообще»? — Артем пытается отобрать у меня полупрозрачный пакет с бельем. — Дай посмотреть!

— Не дам! — Получается грубовато. — Это личное!

Несколько секунд он таращится на меня как на сумасшедшую. А потом подходит вплотную и спокойно забирает у меня пакет:

— Я хочу увидеть, что буду с тебя снимать. В чем проблема?

Проблема в том, что это белье — не такое красивое и элитное, как то, что ты мне подарил!

— Там нет ничего интересного, — выдыхаю я прямо в губы Артема и с легкой дрожью наблюдаю, как темнеет, как становится опасным его взгляд. — Ты к такому не привык. К тому же мы выбирали его вместе с мамой. Так что…

Тебе не понравится! У тебя совсем другие запросы к женскому белью, и мои простенькие слипы в серую полоску точно тебе не зайдут.

— Ты не знаешь, к чему я привык, а к чему не привык. — Он гипнотизирует меня взглядом. Похоже, ему действительно плевать, что я не такая утонченная и женственная, как Настя, или такая раскованная и безотказная, как его эскортница Ангелина. — У нас с тобой своя история. Будем вырабатывать общие привычки.

Его губы почти касаются моего уха, обжигают дыханием, отчего сердце бьется сильнее, и я прикрываю глаза в ожидании поцелуя.

Да, у нас будет все свое: свои привычки, своя история, и неважно, что там было у него раньше.

Оплетаю руками его шею, ловлю тихий выдох и, наконец, чувствую его губы на своих. Артем как всегда требовательный и напористый. Его язык нетерпеливо хозяйничает в моем рту, отвечаю на каждую его ласку, но даже не пытаюсь взять инициативу на себя. Он не даст, я знаю.

Горячие ладони уже нащупывают под толстовкой застежку моего лифчика, и я замираю от предвкушения того, что нас ждет.

— Телефон твой где? — разрывает наш поцелуй Артем, а я недоуменно таращусь на него. — Отключи его.

— Он… в комнате… кажется. — Обнимаю его за пояс и целую в шею. — Ты вкусный… очень…

Он тянет вверх мою толстовку, и я послушно поднимаю руки.

Зачем я вообще настояла на отдельной комнате?! Как мы с ним будем порознь, если только за сегодня уже второй раз… Меня влечет к нему безумно. Понимаю, что надо остановиться: в первый раз все должно быть по-другому, романтично и при свечах. И чтобы…

— Такого ты мне еще не говорила, — ухмыляется Баев и трогает ладонью мою грудь. — Черт, Мира… хочу тебя. Очень!

Не дыша, слежу за тем, как он проводит пальцами по соскам, заставляя их напрягаться, желать более откровенной ласки.

— Я тоже… хочу, — признаюсь. — Обещаю, если кто позвонит…

— Не сейчас, — качает головой Артем и нехотя убирает руку. — Не сейчас. Иначе… я тут останусь… быстрый трах не прокатит… ты покраснела?

— А… — Сам раздразнил меня, а теперь что, кидает меня?

— Мира, тебе надо выспаться, я тебе не дам сегодня спать, а ты устала, я же вижу. И… и мне нужно поработать. А если останусь…

— Поработать? Тебе?

— Да. — Он нежно гладит меня по волосам, будто извиняется. — Это было одно из условий, да я и сам хотел.

— Условий чего? — Прижимаю к груди толстовку, которую совсем не хочется обратно надевать.

— Того, что я теперь не должен жениться.

— Одно из? А были еще условия?

Улыбка слетает с его губ, в глазах еще вижу тепло, но уже знаю — сейчас закроется и ничего мне не скажет.

— Поздно уже… — Целует меня в лоб как маленького ребенка перед сном. — Отдыхай и ложись спать.

И уходит, как будто все решил за себя и за меня. Я с ним свихнусь!

Утром просыпаюсь в хорошем настроении. Эта кровать как будто с подвохом, я спала на ней как убитая, ни разу не просыпалась ночью, а