Тест на измену - Инна Инфинити

Почему-то ни с того ни с сего в мысли просачивается Паша. То, как он смотрел на меня на свадьбе своей сестры. Аж жар по телу пробежал от его взгляда. И раз вышел меня проводить, значит, заметил, что я ушла. Все-таки тайком наблюдал за мной в банкетном зале?

Я ведь тоже скрываю от Ромы, что работаю с бывшим женихом. Но это другое. Если Рома узнает, кто новый генеральный директор в «Стройкапитале», ссоры не избежать. Да это будет не просто ссора, а грандиозный скандал. Так что это ложь во благо. А вот он про Ренату зачем-то утаил умышленно.

Вопрос: почему?

Ну не верю я, что он просто забыл рассказать про появление в их коллективе девушки. Не верю! Здесь что-то не так! Рома что-то скрывает!

— Ром, я не хочу, — сбрасываю с себя руки мужа и отхожу в сторону.

— Да блин, Арин, что не так? — зло рявкает.

— Все не так!

— Тебе постоянно все не так!

— А тебе все так!

— Ну вот что ты сейчас раздула скандал на пустом месте!?

— Не на пустом! И вообще, у нас вроде как пауза в отношениях. Она никуда не делась. Как и наши проблемы! Глупо их замалчивать.

Рома тяжело вздыхает и возводит глаза к потолку.

— Мне, наверное, лучше поехать к родителям. Нам все еще нужно время подумать о том, как быть дальше.

— Езжай, куда хочешь, — машет рукой и, развернувшись, выходит из кухни, оставляя меня одну.

Через минуту я слышу, как включается ютуб. Под громкий голос ведущего выхожу из квартиры, не попрощавшись с Ромой.

Глава 30. Одногруппница

Ненавижу ранние подъемы по выходным. Но в воскресенье встаю в семь утра, принимаю душ, одеваюсь, беру маленький чемодан и еду на Ленинградский вокзал. На перроне у вагона подаю проводнице паспорт и захожу в «Сапсан». Костя взял нам места за столом, где по два кресла напротив друг друга. Занимаю свое место у окна и жду коллег.

Следующим появляется начальник. Сонный Костя со стаканом кофе в руках закидывает дорожную сумку на верхнюю полку и садится рядом со мной.

— Зачем ты взял такие ранние билеты? — недовольно спрашиваю. — Встреча с клиентами завтра, мы вообще вечером могли выехать.

— У меня двое маленьких детей.

— И что?

— И то. Будут свои дети — поймёшь, как иногда хочется от них поскорее убежать.

— У меня нет детей, и я бы с удовольствием еще поспал, — зеваю.

— Я бы тоже с удовольствием поспал и планирую сделать это в Питере сразу, как только заселимся в отель. А то дома если ребёнок не спит, то никто не спит.

Дети — это для меня что-то из области фантастики. У нас с Ариной они вряд ли когда-нибудь будут, учитывая, что она категорически не хочет. Вернее, хочет, но боится. В груди больно ноет при каждой мысли о жене. Мы свалились в какую-то пропасть из недопонимания, обид, недомолвок и эгоизма. Если вспомнить, какая у нас была сильная любовь и страсть в самом начале, то кажется, что это все не с нами. Ну не могли двое людей, влюблённых друг в друга как сумасшедшие, превратиться в пару на грани развода, где каждый со своей правдой.

Вот только это с нами.

От мыслей об Арине меня отвлекает появление Ренаты. Она врывается в вагон как ураган за пару минут до отправления поезда: растрепанная, с наспех завязанным пучком на голове. Невольно улыбаюсь, вспоминая наше студенчество. Точно так же Рената врывалась на пары за минуту до начала занятий. Плюхалась рядом со мной за последнюю парту и шептала:

«Я пропустила что-нибудь важное, Белый?».

— Кто придумал взять билеты в такую рань!? — восклицает, падая на сиденье напротив меня.

Четвёртое место за нашим столом пустует. Надеюсь, так будет до конца дороги, и к нам не подсядет посторонний человек.

— Я, — гордо заявляет Костя.

— Но встреча с клиентами завтра! Мы могли выехать вечером!

— Вот когда у тебя будут маленькие дети, Рената, тогда ты поймёшь, почему я взял билеты на утро.

Рената непонимающе щурит глаза.

— Белый, он о чем? — обращается ко мне.

Костя не дает мне ответить, перебивая:

— Почему ты все время зовёшь Рому Белым?

— Это было его погоняло в универе.

Костя переводит на меня недоуменный взгляд.

— Не спрашивай, как оно появилось.

— О, я могу рассказать! — восклицает Рената. — Короче, однажды на вечеринке в общаге…

— Нет, Рената, замолчи! — перебиваю ее.

Она звонко смеется.

— Теперь стало еще интереснее, — говорит Костя.

— Закрыли тему, — строго произношу.

— Ладно-ладно, я не выдам твой маленький секрет, — заявляет шантажирующим тоном.

— Я тоже знаю про тебя достаточно секретов, не забывай об этом, — многозначительно на нее гляжу.

— Я чувствую себя с вами третьим лишним.

— Это потому что ты не учился на ВМК МГУ! — гордо произносит Рената.

— Я учился в Бауманке, — бурчит Костя, доставая ноутбук и раскрывая его перед собой.

Параллельно Рената вытаскивает из сумки планшет и засовывает в уши наушники. Сонно зевает, трет глаза. Опускает голову на окно и, ударив несколько раз по экрану айпада, принимается что-то смотреть.

Я знаю Ренату очень много лет. Если быть точным, двенадцать лет. Она была моей одногруппницей на факультете вычислительной математики и кибернетики МГУ. Мы были друзьями, ничего больше.

Арина под видом Веры задала мне хороший вопрос: верю ли я в дружбу между мужчиной и женщиной? И сама же Арина на него ответила: дружба между мужчиной и женщиной возможна, если хотя бы на подсознательном уровне со стороны одного из них присутствует симпатия.

Наверное, именно так и было у нас с Ренатой. Я ей нравился и понимал это. Наша дружба была на грани. В любой момент я мог протянуть к Ренате руку, и